Хальфе
Шрифт:
Рецептов Тукумбай знает множество, однако лечебное воздействие его отваров и настоев гораздо эффективнее. Все они заряжаются мощной биоэнергетикой. Помню, как уже в конце нашей беседы к Тукумбаю приехал очередной больной. Мурат Эпенов, как ту же выяснилось, молодой, но уже долгое время страдает астмой и приступы удушающего кашля становились все чаще. Тукумбай молча выслушал прерывистую от стесненного дыхания речь больного и кивнул жене. Ханым принесла пучок сухой травы - нарпоз (название ее по-русски, как и травы адрасфан, помогающей при болях в суставах, я так и не смог выяснить). Хальфе начал мять, измельчать траву пальцами, и продолжалось это не менее 15 минут. Тогда-то я и вспомнил, что в Китае мастера ци-гуна (обладающие энергией "ци", то есть экстрасенсы) поступают точно также. Лечебные свойства растения плюс энергетическое воздействие - подзарядка биополем лекаря - и дают при лечении ошеломляющий эффект...
Однако идут к Тукумбаю и те, кто обнаружил у себя пропажу или у кого верблюда украли. И он помогает всем.
– Человек очень многое может, - говорит хальфе, - но бескорыстный и с добрым сердцем. Отец учил: если больной неизлечим, не говори ему об этом, иначе станешь убийцей. Людей и так губит безверие. Шейх Ахмед Ясави жил более восьмисот лет назад, а умел летать. Почему теперь не могут? Тукумбай обвел нас прищуренным взглядом.
– Был такой случай. У мечети Бекет-ата постоянно сидел седой старик-отшельник с черным бараном. Никто не знал, сколько ему лет. И вот однажды приехали в те места охотиться начальники из Алма-Аты. На трех машинах гнали они сайгака и настигли его у мечети. Хотели пристрелить, да местный охотовед, который был с ними, посоветовал не убивать животное у святого места. Не послушались, презрительно рассмеялись. И тогда все три машины охотников вдруг разом поломались, а сами они скорчились от страшных болей. Отвезти в больницу их было не на чем - рессоры на машинах скрутило так, что те уже никуда не годились. Такая сила крылась в седом старце...
Уже в машине Нургожаев неожиданно признался:
– А я ведь побаивался вашей встречи с хальфе. Тукумбай остро чувствует, хороший человек или плохой... Тогда ломать его всего начинает... Думал, а вдруг...
– он смущенно улыбнулся.