Чтение онлайн

– Дорога плохая, несколько больших оврагов на пути. Скоро сами их увидите. А в объезд будет дольше, чем нам идти до них.

– Так и пускай…

– Там три человека на три грузовика, - оборвал наёмника Хан. – Тебе пояснить, что это значит или сам догадаешься?

Увы, почти никто из группы вышеупомянутые овраги так и не увидел.

Всё случилось примерно через десять минут после того, как отдохнувший отряд продолжил движение. Внезапно появились тонкие тёмные жгуты из высокой травы, в которой двигались иммунные. Они на глазах меняли свой цвет, подстраиваясь под окружающую среду, как хамелеон. Жгутов было очень много, десятки, может, сотни. Самый тонкий был с палец и высотой по грудь Граниту, самый толстый с его запястье и на метр выше головы. Жгуты появились вокруг отряда и между его членов, передвигающихся редкой толпой. Это было странное явление, никем не виданное и не слышанное ранее.

А всё странное в Улье несёт смерть.

Эта мысль пронеслась в голове Гранита, и уже в следующий миг он активировал свой дар. И тут же со всей возможной скоростью бросился прочь из ловушки, в которой оказался отряд «золотоискателей». Сделал он это вовремя, так как с момента появления отростков и до начала атаки прошло секунды две. Кто-то из спутников трейсера тоже успел среагировать и попытался выскочить из западни. К сожалению, ни у кого из них это не получилось. Жгуты почти одновременно хлестнули по людям. При этом они удлинились и истончились. Один из них ударил по Граниту, пройдя через его тело от плеча до паха. Столкновение бестелесной плоти и материального отростка неведомого существа выразилось в страшной боли, пронзившей трейсера от кончиков пальцев на ногах до макушки. Ему показалось, что через него сверху пропустили раскалённый прут. Концентрация нарушилась, и он вернулся в обычное состояние. Вновь использовать сверхспособность у него не вышло, но хотя бы ноги двигались, и сознание не торопилось покидать тело. В противном случае Гранит остался бы лежать вместе с остальными членами отрядами. Кто-то из них был пронзён насквозь, другие разрублены на куски.

Граниту даже тяжеленный рюкзак не помешал развить высокую скорость. Его он сбросил через несколько минут, когда понял, что всё ещё жив, и никто не торопится отправлять его в поля вечной охоты. Избавляясь от поклажи, он заодно посмотрел назад, но увидел лишь несколько человеческих тел, неподвижно лежащих на примятой траве.

– Земля вам пухом, – прошептал он, потом достал фляжку с живчиком и сделал несколько больших глотков. Что ж, Улей в очередной раз взял свою плату. И, как всегда, она состояла из крови и жизней. – И что мне делать?

Трейсер обдумывал два варианта: не возвращаться на стоянку, чтобы не быть обвинённым в том, что он не совершал; вернуться и надеяться на благоразумие охранников, когда они услышат его рассказ. И если бы не ухудшающееся самочувствие, то он принял бы первый вариант. Ну, не верил он, что последний из нанимателей вот так просто согласится с потерей драгоценного металла и гибелью соратников. Жизнь в Улье приучила Гранита к подобному взгляду на вещи. Уж лучше готовиться к неприятностям и с облегчением узнать, что они обошли его стороной.

Каждый шаг давался ему с трудом. Казалось, что внутри горит жаркий костёр, который он раздувает каждым вдохом, словно кузнечными мехами горн. Как дошёл до стоянки он так и не мог вспомнить потом. Пришёл в себя от того, что его активно тормошат и кричат почти в лицо:

– … где остальные? Что с тобой?

– Все погибли, - сообщил в ответ Гранит и попросил. – Не дёргай – очень больно.

– Кто убил? Где? На станции? – тормошить его прекратили, но вопросов прибавилось. – Ты один уцелел? Как сумел выжить?

– Нет, не на станции… дай живчика, - к губам трейсера прикоснулось горлышко фляги, сделав из неё несколько глотков. Он продолжил. – Там потеряли троих, взяли груз и вернулись на черноту. Потом сбились с пути, и вышли километрах в пяти отсюда, за оврагами. И там на нас напал он.

– Кто он? Кто? Ма-ать, да не молчи ты!

– Он. Не на простом кластере о нём говорить, - пробормотал Гранит и отключился.

Единственные выжившие из всего отряда охотников за сокровищами растерянно переглянулись между собой.

– И что теперь делать? – спросил один из них. – Нам заплатят?

– Нет, но аванс останется у вас, - хмуря лицо, ответил ему Юрд, последний из нанимателей, кто отправился в рейд. Ещё несколько человек остались в Кубе и неизвестно как они отреагируют на такой эпический провал. – Хотя… хотя, я заплачу по десять споранов, если поможете перегнать грузовики обратно. Мужики, лично буду вам благодарен. Если я потеряю ещё и машины, то меня со света сживут. Да и вам на орехи достанется, так как официальный контракт заключили через ментата.

Два наёмника нехотя кивнули, вышло это у них почти синхронно.

– Ладно, поможем. А с этим что делать?

– Бросить бы его, да есть шанс, что безопасники заинтересуются тем, кто уложил всю группу.

– Ты понял, кто это? Лично я ни черта.

– Понял. Только называть его можно только на стабах.

В глазах обоих мужчин не мелькнуло ни грамма понимания. Зато блеснули огоньки наживы.

– Так может безы и заплатят за эту инфу, как считаешь? – спросил один из них.

– Не знаю. Может, и заплатят. Но для этого его нужно им живым доставить.

Глава 10

От тряски в машине Гранит несколько раз приходил в чувство, но состояние его было настолько ужасным, что в сознании он пребывал недолго и очень быстро вновь уходил в пучину беспамятства, спасающую его от внутреннего огня.

Лишь в больнице на стабе он пришёл в себя и при этом не испытывал желания опять потерять сознание. Жгучая боль в теле заметно ослабла, превратившись во внутренний дискомфорт, не более. Правда, шевелиться трейсер не хотел, опасаясь вновь разбудить её. Да и не мог по причине страшной слабости. По запаху и внешним признакам он понял, что находится в больничной палате. Хоть и маленькой, зато одиночной. С одной стороны, подобное радовало – стонущие или надоедающие расспросами соседи ему были меньше всего нужны в его текущем состоянии. С другой, переводить умирающих в «одиночки» - очень распространённая практика.

«Это что же – всё? – пронеслась в его голове страшная мысль. – Отжил своё? Ну, хоть умирать не бросили в полях, хоть за это спасибо».

Он провёл час наедине со своими мыслями, когда пришли гости. Первой стала молодая женщина с красивой фигурой, которую ещё более соблазнительной делал белый медицинский халат. Но вот лицом она не вышла. Она не была страшной и не обладала какими-то уродствами. Просто оказалась никакой, невзрачная мордашка серой мышки с тусклым взглядом. Увидев, что мужчина находится в сознании, она немедленно спросила: