Гвардеец
Шрифт:
– А если вы никого не найдете!
Карабас снова улыбнулся улыбкой вампира:
– Мы, извините, найдем. Мы знаем обо всем, что происходит на нашей территории. Даже о том, о чем не знает главный черепок. Единственная проблема, я не могу гарантировать, что тот, кого вы ищете, жив, если черепа его убили.
– А если не черепа. – Осетр поражался собственной наглости. Как будто ее вкладывали в его душу со стороны…
– Если бы вашего пропавшего, извините, тронули мои люди, я бы уже знал. И не взял бы с вас даже задатка. Но мои люди крайне редко убивают торговцев. Зачем, извините, резать курицу, несущую золотые яйца? – Карабас встал из-за стола.
«Король встал, давая понять, что аудиенция закончилась», – вспомнилась Осетру фраза из какой-то книги.
– А теперь, извините, мы с вами расстанемся. Ждите от меня весточки… Никитушка!
На пороге вновь возникла лохматая образина.
– Проводи гостя, Никитушка!
– Да свидания, Касьян Романович! – Осетр неожиданно для самого себя поклонился.
И отправился следом за Никитушкой.
Глава двадцать вторая
Начальник Чертковской административной зоны Поликарп Платонович Бабушкин размещался в здании, расположенном рядом с тем местом, где у торговца Кайманова вымогал взятку чиновник из отдела регистрации.
Это было второе имя, которое назвала «племяннику» «тетушка» Баян, когда он позвал ее в кабинет, расположенный в конце коридора, и сообщил о своем выборе.
Конечно, Баян была весьма удивлена его словами.
– Мальчик, а вы уверены, что принимаете правильное решение? Я бы поостереглась соваться без крайней надобности к любому из этих кровопийц, даже по отдельности. А вы хотите обратиться сразу к обоим…
На что Осетр ей ответил:
– Я не знаю, правильное ли решение принял. Но знаю, что если обращусь к кому-то одному, гарантий успеха у меня не будет. А мне нужен успех, позарез нужен! Ради успеха я готов рискнуть! И я рискну!
Баян пожала покатыми плечами:
– Мое дело – предостеречь. В конце концов, раз вас сюда прислали, значит, уверены в качестве вашей подготовки. Но если вы погибнете, мне будет вас жалко.
«Да не каркай ты!» – сказал бы Осетр, если бы эти слова произнес, скажем, Беляй Капустин. А кто бы еще мог произнести их? Не капитан же Дьяконов! Тот всегда учил кадетов поменьше раздумывать о неудачном развитии событий и побольше представлять себе успех. Судьба любит уверенных в себе людей. И чтобы она тебя любила, будь в себе уверен. Для «росомахи» уверенность – второй бог. Но только второй, потому что первый – оперативная грамотность. Потому что без оперграмотности уверенность превращается в самоуверенность…
– Я не погибну, – сказал Осетр, и, по-видимому, уверенности в нем хватало на двоих, потому что Баян приободрилась.
– Что ж, – сказала она. – По крайней мере ваше решение неожиданно. Вряд ли кому в голову придет, что вы способны на такое. А внезапность – половина успеха!
Она была права. И капитан Дьяконов учил: «Внезапность ваших действий способна нарушить любые планы противника. Внезапность и решительность».
А древний полководец Бонапарт говорил: «Главное – ввязаться в бой, а там посмотрим!»…
И вот теперь Осетр поднимался по лестнице на второй этаж, где, если судить по информационному видеопласту, который он только что изучил на входе в здание, располагался кабинет Бабушкина.
Найдя нужную дверь, он постучал и вошел.
Из-за стола на него смотрел тип лет двадцати пяти с лейтенантскими погонами, украшенными сверкающим черепом.
– Вам чего, любезный?
– Я к Поликарпу Платоновичу. От Татарки.
Тип встал:
– Подождите, доложу.
Не предложив посетителю сесть, он скрылся за дверью, расположенной слева от его стола.
«Люди мы не гордые, – подумал Осетр. – Можем и подождать. И сесть без приглашения».
И уселся на расположенный в углу диван.
Диван под ним странно скрипнул. Ну, конечно, он же изготовлен совсем по другому принципу, не имеющему никакого отношения к современной мебели. Там внутри, скорее всего, такие металлические штуки, закрученные спиралью, как же их называют?..
Однако вспомнить он не успел.
Дверь слева от стола открылась, и на горизонтах снова возник череп-лейтенат:
– Проходите, господин майор примет вас.
Осетр прошел.
Господин майор сидели за обычным для Угловки деревянным столом, его руки с похожими на сосиски пальцами одиноко покоились на крышке стола. В кабинете царил тяжелый запах табачного дыма, и его жуткую настоенность не мог разбавить даже сквознячок из открытого окна с колышущейся темно-зеленой шторой. Под потолком висел огромный светильник, в виде колеса, по ободу которого шла излучающая трубка. Тоже сопряжение разных по времени технологий.
– Меня сейчас ни для кого нет, лейтенант! Только если руководство…
– Слушаюсь, господин майор! – Лейтенант повернулся через левое плечо и покинул кабинет.
– Прошу, присаживайтесь! – Майор сделал правой рукой приглашающий жест, и левая на пустом столе стала выглядеть еще более осиротелой.
Осетр утвердился в кресле, стоящем перед столом. Кресло оказалось не слишком удобным – все-таки эти штуки удобнее, если изготовлены из современных материалов.
– Какая у вас проблема, молодой человек?
Осетр принялся рассказывать. Майор слушал молча. Если в кабинете и работал диктофон, на виду его не было. Когда рассказ подошел к концу, майор спросил:
– И вы полагаете, что компаньона вашего отца похитили представители местного криминального сообщества? Почему вы так решили?
– Потому что если это не их рук дело, то, значит, представителей местной администрации, – рубанул Осетр.
– А если он попросту улетел с планеты, не поставив вашего отца в известность? – Хозяин кабинета забарабанил пальцами по столу. – Вам не приходила в голову такая возможность? К примеру, ему срочно потребовалось исчезнуть так, чтобы его не нашли…