Гром
Шрифт:
Экран моргнул, и опять появились те же двое в той же гостиной, по-прежнему сидевшие каждый на своем месте.
ЧЕЛОВЕК НА СТУЛЕ. …я только хочу знать это наверняка.
ЧЕЛОВЕК НА КУШЕТКЕ. Все хотят знать наверняка. Однако ты уверен в себе?
ЧЕЛОВЕК НА СТУЛЕ. Уверен. Вроде бы уверен. Да, я уверен.
ЧЕЛОВЕК НА КУШЕТКЕ. У тебя нет никаких оснований беспокоиться. Ты должен послать все это дерьмо куда подальше, правильно?
ЧЕЛОВЕК НА СТУЛЕ. Верно.
ЧЕЛОВЕК НА КУШЕТКЕ. В общем-то все дело – сущий пустяк.
ЧЕЛОВЕК НА СТУЛЕ. Верно.
На столике между ними стояли бутылки с пивом. Дневной свет заполнял окно в углу экрана.
ЧЕЛОВЕК НА КУШЕТКЕ. (руки расставлены, длинные белые кисти рук торчат из рукавов черной куртки). Думаю, ты понимаешь, что в такого рода делах не стоит задавать много вопросов!
«Наклонись же вперед! Лицом к камере!»
ЧЕЛОВЕК НА СТУЛЕ. По-моему, я имею право спросить…
ЧЕЛОВЕК НА КУШЕТКЕ. Нет, вы поглядите на него. Несомненно, из тебя получится настоящий делец. Именно поэтому мы выбрали тебя.
ЧЕЛОВЕК НА СТУЛЕ. Я…
ЧЕЛОВЕК НА КУШЕТКЕ. Не забывай, что ты находишься здесь исключительно благодаря умению держать язык за зубами и не задавать лишних вопросов.
ЧЕЛОВЕК НА СТУЛЕ. И все же, это дело, все это полностью санкционировано?
ЧЕЛОВЕК НА КУШЕТКЕ. Санкционировано по максимуму. В конечном счете, за что мы платим этому парню, правильно?
ЧЕЛОВЕК НА СТУЛЕ. Правильно и…
Экран мигнул.
Пляска черно-белых снежинок.
Вновь засветился. Лицо, перекошенное гримасой экстаза. Девица с бабочкой на заднице и тощий мужик с волосатыми ногами, которого Джон раньше не видел, скованные любовным параличом, стонущие и всхлипывающие.
Переведя взгляд на Джона, Фонг прошептала:
– Что… что это?
Джон улыбнулся твердо и непроницаемо:
– Назовем это предварительным просмотром или приманкой, если хочешь.
Глава 25
– Ты его убил? – спросила Фонг.
Они сидели за столом в углу.
– Я никогда никого не убивал, – ответил Джон.
– Ты убил моего отца?
– Нет.
Пистолет и коробки с видеокассетами лежали на столике. Телевизор выключен.
– Тогда кто? – спросила Фонг.
– Не знаю.
Лужа коки, разбитые бутылки и битые яйца, застывающие на кафеле кухонного пола.
Скажи ей:
– Лучшее, что ты можешь сделать, это сесть на самолет…
– Я села на самолет. Прилетела сюда. Потому что кто-то убил моего отца. Не было никакой «городской трагедии». Убийство. Мокрая работа. Предательский удар. Твое долбаное ЦРУ лжет мне…
– Они не лгали тебе.
– Что?
– Я не могу рассказать тебе больше.
– Не можешь. Дерьмо собачье! Ты не хочешь сказать мне. Скажи на милость, почему?
– Моя работа.
– А мой отец? А моя жизнь? Да пропади она пропадом, эта твоя работа.
Она откинулась на спинку стула, прищурилась.
– Как ты думаешь, много неприятностей я могла бы принести? – спросила она. – Полицейские? Газеты? Конгресс?
Он кивнул:
– Массу. Твой отец не одобрил бы это.
– Да? Может быть, но ведь мы не можем спросить у него?
Все же тон ее голоса смягчился, она опустила глаза.
– Я не уеду, – прошептала она.
Поверь в это. Поверь ей.
– Если ты кому-нибудь что-нибудь расскажешь, – сказал Джон, – ты вызовешь лавину лжи и…
– Меня не очень-то баловали честностью.
За окном начинались сумерки.
– Что это за чертова пленка? – спросила Фонг.
Они просмотрели запись еще раз.
– Думаю, это имеет какое-то отношение к случившемуся.
– Ты думаешь? Весьма утешительно. Расскажи мне, что тебе известно.
– Если я сделаю это, то подвергну тебя риску.
– Я уже видела пленку. Моя невинность потеряна.
– К счастью, этого недостаточно для того, чтобы дали санкцию на устранение.
– Ты, должно быть, не настолько ловок, как думал мой отец.
– Ты же говорила, что он не рассказывал про меня.
– Когда он звонил на прошлое Рождество, сказал, что работает с хорошим парнем.
Подкинь ей что-нибудь. Пусть успокоится.
– Твой отец… Фрэнк случайно обнаружил что-то. Он охотился за этим в одиночку.
– Потому что он не доверял управлению.
– Потому что не знал наверняка, кому он может доверять.
– Даже тебе.
Джон утвердительно кивнул.
– А я собиралась довериться тебе.
– А что посоветовал бы тебе отец?
Фонг прошла на кухню, посмотрела на желтые стены.
– Сбежать побыстрее и подальше.
– Это самая разумная идея.
Она покачала головой:
– Бежать некуда. Я останусь здесь. Как он заполучил эту видеопленку?
– Не знаю.
– Было это… все вместе, как мы видели?
– Не думаю. – Джон кивнул на полки с кассетами. – Наверное, у него была кассета, на которой была только…
– Запись беседы этих двух парней.
– Да. Он скопировал ее на этот фильм.
– Почему именно этот фильм?
– Лучший способ спрятать секрет – поместить его внутри другого секрета.
– Лучший способ спрятать секрет – это поместить его среди правды, – возразила Фонг. – Что ты скрываешь?
– От тебя? Ничего, кроме того, что я обязан скрывать ради твоей же безопасности.
– Это дерьмовый ответ.
– Это правда.
– Я уже говорила… – Фонг смолкла. – Мои фотографии… не оставил в доме ни одной…