Государь
Шрифт:
– Убей его.
Солдат кивнул, обнажил короткий меч и заколол сына графа Василия в спину. Аристократ охнул, обмяк и рухнул наземь.
Линан развернул лошадь и уехал.
Дженроза глядела ему вслед. Она долгое время наблюдала за ним, пока уничтожали порт; видела, как пламя отражалось на его белой и жесткой коже; видела, что выражение его лица ни разу не изменилось за все время, пока армия по его приказу ломала слабеющее сопротивление, круша все на своем пути. Сознание отстранение отмечало вопли раненых и умирающих, треск рушащихся в огне зданий и поднимающийся в воздух вместе с дымом запах страха и отчаяния. А Линан и глазом не моргнул.
Когда он уехал, она невольно осела в седле, словно наблюдение за Линаном было чародейством и истощило ее силы. Подытоживающая поддержала ее за руку.
– С тобой все ладно?
Дженроза не ответила. Внимание ее привлекло что-то, схваченное уголком глаза, и она вернулась, чтобы найти это. Сперва она недоумевала – но затем ее взгляд остановился на волнах, золотистых и сверкающих. Она спешилась и подошла к урезу воды.
– Дженроза? – окликнула Подытоживающая.
– Да ничего, – отмахнулась Дженроза.
И моргнула. «Нет, не ничего; что-то тут есть, но что именно?» Глубоко-глубоко шевельнулось какое-то воспоминание. Она нагнулась и поводила ладонью в воде, вызвав расходящуюся кругами рябь – и каждая волна несла свое отражение горящего порта. Снова что-то затронуло глубины памяти – и Дженроза порылась в ней. Она заходила в воду все глубже, пока та не дошла ей до пояса.
– Дженроза! – обеспокоено вскрикнула Подытоживающая. Дженроза оглянулась через плечо и удивилась выражению лица своей наставницы.
– Ничего такого не случилось.
– Но ты зашла так глубоко! – не успокаивалась та.
Дженроза невольно улыбнулась.
– Да разве это… – начала было отвечать она, но вспомнила, что говорит с четткой – человеком, жившим в центре континента; мелководное озеро в Верхнем Суаке было самым глубоким водоемом, какой она когда-либо видела. – Со мной все в порядке, – успокоила она ее. – Я выросла у моря. Мне ничто не грозит.
Подытоживающая явно не была в этом уверена, но ничего больше не сказала.
Дженроза дождалась, пока улеглось волнение, вызванное ее движением, а затем снова пристально посмотрела на воду, давая взгляду расфокусироваться, очищая разум для воспоминания, которое оказалось таким неуловимым. Она рассеянно водила ладонью, вызвая новые круги на воде. Снова каждая волна несла отражение горящего порта. И тут, покуда рябь расходилась подобно зеркальным кольцам, мысленным взором она увидела нужное заклинание. И прошептала его. Ничего не произошло. Она прошептала снова – и на этот раз последний круг ряби отразил порт, который вовсе не горел; Дженроза мельком заметила идеально голубое небо, высоконосые хаксусские корабли, деревянные краны и деловую суету на причалах.
Она ахнула от удивления и невольно попятилась к суше.
– Дженроза! – снова вскрикнула Подытоживающая.
– Тихо! – резко приказала Дженроза.
Она попыталась успокоить собственное сердце, которое, казалось, готово было выскочить у нее из груди, но даже при этом мысли ее летели вскачь. Откуда взялось это заклинание? Оно не было воспоминанием: Дженроза никогда не слышала этих слов ни от Подытоживающей, ни в ходе своего обучения в теургии. Она вызвала в себе что-то намного более глубинное, чем просто воспоминание.
Дженроза глубоко вздохнула и повторила заклинание, снова вызвав рябь, и на этот раз каждый расходящийся круг нес иное отражение. Затихая, слова сошли с ее уст, пока она наблюдала сотню удаляющихся от нее сцен, непохожих одна на другую.
– Прошлое одинаково, – промолвила она, – но у настоящего нет границ.
Она услышала за спиной всплеск. Вода вокруг заколыхалась и помутнела. Дженроза обернулась, и гнев ее сменился удивлением. Она увидела стоящую прямо позади себя Подытоживающую, не замечающую воды, что лизала ей талию.
– Что ты сказала? – неистово потребовала ответа Подытоживающая.
– Что?
– Когда смотрела на воду. Что ты сказала?
– Не уверена… – Дженроза моргнула. – По-моему, я не…
Подытоживающая схватила ее за руки.
– Прошлое одинаково… – почти прокричала она. И Дженроза почти машинально ответила:
– Но у настоящего нет границ.
Лицо Подытоживающей раскраснелось.
– Кто сказал тебе это?
– Я… я не знаю.
– Что за заклинание ты применила?
– Не знаю. Оно… словно само всплыло из глубин разума. Я никогда его прежде не слышала.
Подытоживающая отпустила ее.
– Извини, если напугала тебя.
Дженроза внезапно осознала, что они с Подытоживающей оказались в центре какого-никакого, а внимания. Четты смотрели на них так, словно стали свидетелями какого – то важного события; хаксусские солдаты просто глазели. В этот миг она услышала, как Подытоживающая резко вздохнула.
– Что случилось? – спросила Дженроза.
– Я никогда раньше не бывала в такой глубокой воде, – призналась та.
Дженроза взяла ее под локоть и вывела обратно на берег. Поблагодарив, Подытоживающая быстро села на лошадь, спеша оставить между собой и водой как можно большее расстояние. Когда в седле оказалась и Дженроза, остальные восприняли это как сигнал и вернулись к делам, которыми занимались до ее приезда в порт. Вскоре они с Подытоживающей остались наедине. Некоторое время ни та, ни другая не произносили ни слова; наконец Подытоживающая шумно выдохнула – словно задерживала дыхание с момента пребывания в воде.
– Я знала: в тебе есть что-то особенное. Знала с того дня, как мы впервые вместе сотворили магию. Но и не представляла себе…
Голос ее стих.
– Ты ведь не собираешься снова заводить разговор насчет Правдоречицы, верно? Потому что если собираешься, то…
Подытоживающая покачала головой.
– Нет.
Дженроза осеклась.
Подытоживающая неуверенно посмотрела на нее, словно Дженроза не была больше той, кем она ее считала.
– У нас есть одно предание о великом маге…