Чтение онлайн

– У него и без того хватает забот. В городе полно нахальных черномазых, и мы не собираемся дальше с этим мириться. Мой муж, Джош, держит все время ружье рядом с кроватью. Ему пришлось спрятать его, когда янки вступили в город, иначе они бы непременно его забрали. Господи, как я радовалась, когда эти янки ушли! Некоторые из них, правда, еще здесь, не делают ровным счетом ничего, только напиваются в салуне и путаются с продажными девками. Остались якобы для того, чтобы поддерживать порядок, но я что-то его не вижу. Для порядочной женщины небезопасно появляться на улицах без сопровождения даже днем. – Она вздохнула. – Так, значит, я приду через день или два и тогда начну шить. Все в графстве будут говорить о вашей красоте. Я слышана, будто многие влиятельные люди уже приглашены, и даже сам губернатор. Это правда? – полюбопытствовала она.

– Не знаю. – Китти пожала плечами. – Я еще не видела списка приглашенных. Я оставляю все на усмотрение Кори.

Гостья удивленно взглянула на нее.

– Я же была больна, – добавила Китти.

Миссис Ривенбарк кивнула:

– Ах да, верно. Пожалуй, вы еще не вполне окрепли, чтобы со всем справляться. Как я слышала, меню будет роскошным – жареные перепела и утки, поросята и оленина. Фрукты и овощи привезут прямо из Роли. А пирог! Говорят, свадебный пирог ожидается вот такой величины! – Она развела в сторону руки на целый ярд.

– Похоже, вы знаете о предстоящем приеме больше, чем я сама.

Щеки портнихи снова вспыхнули густым румянцем.

– Об этом толкует весь город. И каждый надеется получить приглашение, не исключая и меня.

– Хорошо, я посмотрю, что могу для вас сделать.

– Правда? – Лицо маленькой женщины просияло. – Таким же удовольствием будет для меня стоять у подножия лестницы, когда вы совершите свой торжественный выход в наряде, сшитом мной! Да, этот вечер запомнится мне навсегда!

Китти сошла вниз и проводила миссис Ривенбарк до самого экипажа. Муж последней уже ждал там и, едва увидев Китти, поклонился ей с ослепительной улыбкой на лице. Она помнила и его. Джош Ривенбарк относился к ней с открытым пренебрежением. Теперь же, как и предсказывал Кори, он вел себя до крайности подобострастно.

Китти с наслаждением вдыхала в себя свежий воздух. Скоро нагрянет весна – повсюду уже ощущалось ее приближение. Бутоны на кизиловых деревьях вот-вот распустятся, она впервые уловила легкий пряный запах дикой жимолости, побеги которой уже расползались по краю веранды.

Пока Джош Ривенбарк усаживал свою жену в экипаж, из-за угла дома появился Кори вместе с Рэнсом и Койотом. Китти терпеть не могла его головорезов, которые нагло расхаживали повсюду с оружием, надвинув пониже шляпы, чтобы скрыть уродливые, потемневшие от загара лица. Койота она особенно недолюбливала, потому что он напоминал ей о Люке Тейте. И каждый раз, когда Кори не было рядом или он отворачивался в сторону, и Койот, и Рэнс бросали на нее плотоядные взгляды, так что у нее возникало желание убежать.

– А, миссис Ривенбарк… мистер Ривенбарк. – обратился к ним Кори, пустив в ход все свое обаяние. – Добрый день. Вы уже сняли мерки? Надеюсь, она выбрала самое лучшее платье, достойное ее несравненной красоты? – Он бросил на Китти полный обожания взгляд, от которого ту чуть не стошнило.

– Да, да, разумеется. – Миссис Ривенбарк, уже сидевшая в экипаже, порылась в своей сумке и протянула Кори набросок вместе с отрезом розового шелка.

Кори с глубокомысленным видом изучил набросок и принялся рассматривать шелк. Китти между тем следила краешком глаза за Рэнсом и Койотом и заметила на их лицах то же самое похотливое выражение. Она смерила их уничтожающим взглядом, и они смущенно отвернулись, впрочем, она успела заметить гнев в глазах Койота.

– Фасон великолепен.

Миссис Ривенбарк просияла.

– Мне особенно нравится декольте. Я хочу, чтобы все достоинства, которыми природа щедро наградила мою жену, были выставлены в самом выгодном свете, как редкие драгоценности.

Китти покраснела, Рэнс и Койот хмыкнули, а Джош Ривенбарк смутился.

– Но эта материя не подойдет. Я хочу видеть мою жену в платье из зеленою шелка, миссис Ривенбарк. Изумрудно-зеленого оттенка, под цвет дорогих украшений, которые я собираюсь ей подарить.

Он взглянул на Китти с притворной улыбкой, ожидая ее реакции. Она не проявила никакого восторга, и он, нахмурившись, снова обернулся к миссис Ривенбарк:

– Она наденет ожерелье с изумрудами и алмазами и серьги к нему. Когда прибудете в город, зайдите в ювелирную лавку Гидденса и взгляните на них сами. Я еще не успел забрать их оттуда. Постарайтесь, чтобы оттенок ткани точно соответствовал зелени изумрудов.

– Но для меня затруднительно… – начала она.

– Тогда поезжайте в Роли, – перебил он ее, отклоняя возражения. – Вам заплатят за все затраченное вами время и усилия.

– Да, конечно, как скажете, – быстро отозвалась она. – Кроме того, ваша жена согласилась, чтобы я сама уложила ей волосы, мистер Макрей.

– Вот и чудесно. Всего вам хорошего. – Протянув руку, он схватил Китти за запястье, увлекая за собой вверх по ступенькам.

– Я бы хотела остаться и подышать свежим воздухом, если ты не против, – попросила она.

– Я против. Нечего бродить без сопровождения, а у меня неотложное дело к Койоту и Рэнсу, которое нам нужно обсудить, и потому нет времени разгуливать с тобой под руку.

– В любом случае я бы не отправилась на прогулку ни с одним из вас. Уж лучше буду безвыходно сидеть у себя в комнате, и гнить заживо.

Кори открыл перед ней дверь, за которой уже стоял Хьюго, готовый проводить ее наверх.

– Хьюго, проследи за тем, чтобы миссис Макрей не выходила из дома без сопровождения, – произнес он холодно. – Я хочу, чтобы она как следует отдохнула перед обедом.

Кори многозначительно улыбнулся ей:

– Тебе лучше прилечь, дорогая. Я с нетерпением жду вечера, чтобы провести его вместе с тобой.

Развернувшись на пятках, он поспешил обратно к своим людям, а Хьюго крепко взял Китти за локоть. Резким движением она освободилась от его пальцев и бросилась бежать. Подобрав юбки, она взлетела вверх по ступенькам и, остановившись у первого поворота, перегнулась через перила из полированного красного дерева и крикнула:

– Не смей больше ко мне прикасаться, Хьюго! Никогда!

Его хохот эхом разносился за ее спиной, пока она бежала до своей комнаты, заливаясь слезами.