Чтение онлайн

– На хрен маленького попа! – Президент Эвелл проверил свое местонахождение. – Мы выиграли почти милю. Недурно, правда?

Джерри оглядел поврежденные экраны.

– Если тут все правильно, то вы отодвинули границы США в глубь территории почти до Род-Айленда.

– Это только начало. – Президент Эвелл не выглядел молодо. Его лицо покрылось пятнами и приобрело особый сероватый оттенок, как будто покрылось тонким слоем кофе. Джерри подумал, что это, возможно, какая-то форма проказы. Число больных в Южном Нью-Йорке неимоверно возросло. В короткий период, когда у власти стоял один из полководцев, были предприняты попытки мобилизовать врачей, но лекарства оказались поддельными. – Вашингтон сделал такое не в один день.

Джерри вдруг пришло в голову, что Старик покрывает свою кожу известью. Лично он в данный момент не видел в этом смысла. В конце концов сейчас существуют семнадцать черных самопровозглашенных президентов Соединенных Штатов, не считая приблизительно сорока латинов, европейцев и азиатов, большинство из которых контролируют маленькие островные территории размером примерно с остров Уайт [100] . Он поднял голову, когда князь Лобковитц откинул край палатки и вошел в Портапент.

– Мы почти готовы снова захватить Нью-Джерси. – На глазах у Джерри кожа президента Эвелла медленно меняла цвет. С таким явлением Джерри не сталкивался с начала семидесятых. – Если двигаться такими темпами, то к Пасхе будем в Питсбурге. А в День Благодарения мы сядем за столы с индейкой в Балтиморе.

– Может быть, ваш оптимизм немного преувеличен?

– Отнюдь нет, если у вас есть Анафема. – Эвелл осветил чистый бланк.

– А у вас есть Анафема?

– Она в пути. – Эвелл взглянул на Джерри и подмигнул. – Если ваш разумный брат прибудет благополучно, а, монсиньор Джерри?

Князь Лобковитц поджал губы. Джерри видел, что его старинный друг теряет самообладание.

– Президент рассказывал мне, как Альфред Великий начинал с таких же неудач, когда у него подгорали лепешки и все такое [101] , а закончил он созданием Британской империи.

– Можно вспомнить много историй о том, как люди поднимаются с самого дна, – согласился Лобковитц.

Джерри ухмыльнулся.

Негромкий взрыв, сравнительно недалеко.

Когда президент отыскал свою трость, все вышли наружу. В лагуну попал артиллерийский снаряд, взрыв покрыл новым слоем грязи сборные дома и прикрытые холстом развалины президентских укреплений.

– Черт! – Эвелл осторожно достал сигару. – Кто бы это мог быть, дьявол его раздери?

Джерри указал на пенящееся водное пространство. Вначале он подумал, что над поверхностью торчит шпиль храма, но эта штука приближалась к ним и делалась все выше. А потом, с шумом и ревом атомных аварийных устройств, субмарина начала подниматься, расшвыривая пластиковые бутылки, картонные пакеты из-под молока, обломки компьютеров и прочие отбросы, обычно беспечно покачивающиеся на поверхностях водоемов Америки.

Президент Эвелл заулыбался. Он увидел две Анафемы, установленные на крыше боевой рубки. Их не нужно было прятать. Они действуют не так.

– Вижу, Джерри, ваш брат справился!

Джерри не ответил. Он дожидался остановки субмарины. Когда крышка люка стала с шипением открываться, он вздохнул. Запах лаванды он узнал сразу.

Майор Най с трудом выбрался из люка и встал на палубе. Он крепко держался за поручень и махал белым платком.

– Прошу прощения за взрыв. Старушка весьма прихотлива. Мы считали, что мы просто останавливаем двигатели. Руководство упало за борт, когда я захотел посмотреть, как выдвигать перископ. Надеюсь, никто не пострадал?

Князь Лобковитц пересек пляж и остановился у кромки воды.

– Хотелось бы верить, что ее величество пребывает в добром здравии.

– Между нами говоря, старичок, она всегда была никудышным моряком. – За спиной Ная начал рывками подниматься электронный флагшток. Послышался глуховатый щелчок, и появился защищенный от ржавчины «Юнион Джек» [102] , подобный сувенирному чайному подносу.

– Надо полагать, вы здесь в качестве дипломатических представителей? Добрый день, монсиньор Корнелиус. Добрый день, президент-генерал. Без сомнения, вы понимаете, что я требую возвращения этой территории от имени ее полноправной правительницы, нашей доброй королевы Глорианы Второй. Я обязан просить вас воздержаться от оскорбительных выражений, использования оружия и не чинить препятствий. – Он поморщился, заставляя себя остановиться. – Полагаю, это все. Вас здесь только трое?

– Трое здесь – и еще десять тысяч идут на нагруженных Анафемами до планширов [103] судах из Джорджии. Семнадцати макинтошей будет достаточно, чтобы сдуть васс нашей воды, Джонни Красный Мундир [104] . – Эвелл принялся сверяться со своими записями. – Полагаю, так они и поступят, сэр.

Джерри никогда не переставал восхищаться трезвомыслием американцев. Они в самом деле верят, что, если будут говорить достаточно жестко и проявят достаточную силу воли, произойдет то, чего они желают. Даже и сейчас он почувствовал, что готов поддаться самоуверенности Эвелла.

– А пока я хотел бы поинтересоваться, – произнес майор Най почти извиняющимся тоном, – не соблаговолите ли вы подняться на борт. Нам нужно, чтобы Анафема немного поработала над этими руинами. Нет смысла что-либо строить, если ты не заложил добрый фундамент.

– Давно я не слышал речи, в которой было бы так много здравого смысла. – Президент Эвелл отвесил изысканный поклон. Он также осознал смертоносную реальность того, что было ему предложено. – Мой народ всегда помнил о том, что Великобритания объявила рабство вне закона на пятьдесят лет раньше, чем Соединенные Штаты.