Чтение онлайн

– Герр Фехнер, вижу по вашему взгляду, вы хотите мне о чем-то сообщить. Давайте, сразу перейдем к делу. Чего вокруг да около ходить, меня нервировать?

– Такая нервная? – словно издевался он. Губы растянуты в улыбке. Поза закрытая. Взгляд колючий, изучающий. – Может быть, я просто хотел узнать, нравится ли тебе с нами? Я все-таки, как твой непосредственный руководитель…

– Дэвид, – прервала я его, спокойно улыбаясь и закрывая ноутбук. – Я не первый день замужем. Что случилось? Говори прямо.

– Помнишь, я тебе в прошлый раз про контракт напомнил? – он взял с блюдечка мой круассан и принялся лениво его пережевывать. Пусть ест. Сытый мужчина – довольный мужчина.

Я заинтересованно склонила голову на бок. В сознании носились тысячи мыслей, я не понимала, какую тактику выбрать, не знала, какую маску нацепить. Сидела и внимательно на него смотрела с застывшей вежливой улыбкой. Он что-то знает про нас с Тилем? Кто рассказал? Кто-то из охраны?

– Понимаешь, ведь это все делается не зря, – медленно вещал он, неспешно работая челюстями, отчего мне захотелось дать ему пинка, чтобы говорил быстро и по делу. Ну что за манеры? – Ни что не должно отвлекать музыканта от работы. А ты… Ты… Как бы это так сказать, чтобы ты поняла?

– Короче? – не выдержала я.

– Ну, если короче, то я все знаю о ваших отношениях с Шенком. Что ты хочешь сказать в свое оправдание, чтобы я как-то мог защитить тебя перед своим руководством?

Стоп! Машка! Стоп! Спокойно! Быстро включай мозги. Он берет тебя на понт. Шенков двое. Сейчас важно не проколоться. Дэвид сам принимает решения насчет работников и ни перед кем не отчитывается – это я точно знаю, мальчишки насчет меня только с ним говорили, и именно он сказал свое последнее слово. Хотя Шенкам проще дать, чем отвязаться, этот факт так же многократно проверен мною на практике.

– Не понимаю, что именно ты хочешь от меня услышать, – держала я морду кирпичом. Наши так просто не сдаются! Мы вам Москву в сорок первом не отдали, и сейчас наши пароли и явки не сдадим.

– Я хочу услышать о твоих отношениях с Шенком, – мило лыбился Фехнер.

– Пф, Дэвид, – я дернула плечом и усмехнулась. Ну что же, играть так играть. – Ты все знаешь о наших отношениях. Даже вижу, что о некоторых нюансах ты осведомлен гораздо лучше меня. Мне нечего к этому добавить.

– Ты пойми, я бы не хотел, чтобы ты покинула команду, – опять принялся кружить вокруг меня, как мартовский кот, Фехнер. – Но контракт есть контракт.

– Я с контрактом прекрасно знакома, – подчеркнуто по-деловому и очень строго ответила я, занимая глубокую оборону. – Дэвид, ты прикрываешься туманными и мерзкими инсинуациями. Ты пытаешься чего-то добиться от меня или просто ищешь повод выгнать?

– Тихо, сбавь обороты, – махнул он вторым круассаном. Черт, сейчас этот урюк сожрет все мои булки! – Я не о том, – неожиданно соскочил с темы. – Просто ты категорически не ладишь с Тилем, вы постоянно ссоритесь, он тебя не выносит.

– Меня не надо выносить, я не ваза, – продолжала я деланно рычать. – Мы с ним не ссоримся, а спорим. И уж если на то пошло, то тогда ты обязан уволить всех, включая себя, потому что Тиль постоянно со всеми ссорится… Ну то есть спорит. В контракте ничего не сказано про то, что с Тилем спорить нельзя.

– Да, про то, что с Тилем спорить нельзя, там ничего не сказано. Но там сказано, что исключены «сексуальные отношения внутри коллектива».

Я постаралась, чтобы мои большие глаза наполнились оскорблением под самые ресницы. Гневно скривила губы, набирая в грудь побольше воздуха, чтобы полноценно разораться на охальника на все кафе.

– Вот только не надо изображать из себя оскорбленную невинность, – тут же торопливо добавил он. – Все знают, что ты спишь с Дэном.

Вместо того чтобы развыступаться, я рассмеялась.

– Ты только Дэну об этом не говори. Он из-за этого с Тилем на прошлой неделе чуть не подрался, но Тиль – брат и лицо группы, его особо не тронешь, а насчет твоей неприкосновенности я совсем не уверена. Мы друзья, Дэвид. Просто друзья. Очень хорошие, близкие друзья.

– Это легко проверить, – буркнул Фехнер.

– Ты поведешь меня ко врачу, а ребятам раздашь баночки, чтобы узнать, кто из них меня имеет? Или будешь лазить в номерах под кроватями и собирать использованные презервативы? Если ты хочешь, чтобы я ушла, так и скажи. Не надо оскорблять моих друзей глупыми сплетнями.

– Я не хочу, чтобы ты уходила. – Он накрыл мою руку своей. Откинулся на спинку и посмотрел на меня каким-то совершенно другим взглядом. Черт! Он же прощупывал почву! И сейчас он знает, что мин нет. Я «раскололась» как последняя дура. – Я слышал, что у вас отношения с Дэном. Это очевидно. Он так заботится о тебе, оберегает, защищает. Но если вы просто друзья, то, мне кажется, что должен быть кто-то, кто бы смог позаботиться о тебе не только, как друг. – Его пальцы поглаживали мои.

– Дэвид, у меня контракт, – не слишком уверенно напомнила я.

– Контракт со мной.

– Да, но… В нем не прописаны наши с тобой отношения.

– Ты хочешь их прописать?

Я нервно одним глотком допила свой кофе. Повернулась к нему, широко распахнув глаза, взяла его руку и чуть потянула на себя, вынуждая сесть нормально.

– Дэйви, – произнесла вкрадчивым голосом, лаская ладонь. Потупилась, словно собираюсь сделать неприличное предложение. – Я мечтаю, выйти за тебя замуж. Ты – мужчина моей жизни. Мне очень нравится твой шикарный дом. Я бы хотела в нем жить. Я хочу ездить на дорогой машине и носить лучшие бриллианты. Я мечтаю купаться только в самом дорогом шампанском! Я всегда говорила маме, что ты будешь лучшим зятем на свете.

– Подожди, – занервничал он. Я же эротично закусила губу, кое-как сдерживая смех. – Я не делал тебе предложение!

Я немного опешила, потому что не ожидала, что он примет мои слова за чистую монету. Я ж явно издеваюсь, по-моему, это видно невооруженным глазом. Странно, что эта прожженная лиса и мастер интриг, сейчас дергается.

– Как не делал? – расстроено протянула я, погладив себя по щеке его рукой. – Ты разве не знал, что у русских девушек с этим очень строго? Только после свадьбы. Ты разве не хочешь на мне жениться? Ты решил оскорбить меня? Принять за одну из «Наташ»? – весьма правдоподобно начала гневаться я.