Чтение онлайн

– Не горюй, если он любит тебя, то обязательно вернётся.

– Ты думаешь?
– с надеждой спросила Злата.

– Ну конечно, - заверил её отец.

Старик готов был петь и плясать от радости, что наконец-то сердце его дочери оттаяло, и она вновь стала прежней ласковой и доброй Златой. Однако радость бакалейщика была преждевременной. То, что вершилось месяцами, нельзя исправить в единый миг.

Злата вытерла слезы и сказала:

– Ты прав. Никуда он не денется. Где ещё он найдет такую красавицу? Прибежит, как миленький.

Старик-отец понял, что Злата всё та же гордячка и ни чуточки не изменилась, но он ошибался. В сердце гордой красавицы поселилась любовь. Днём девушка мечтала о прекрасном музыканте, а по ночам плакала, напрасно ожидая его возвращения.

Однажды, примеряя перед зеркалом свои наряды, Злата заметила, что вещи стали ей велики и болтаются, словно на вешалке.

"Видно, я похудела от переживаний", - решила красавица.

Она подшила юбки и перекроила платья, но не прошло и недели, как всё снова оказалось ей велико. Злата не знала, что и думать. Как- то раз она принялась расставлять банки с вареньем в кладовке и вдруг обнаружила, что не может дотянуться до полки.

– Что за наваждение! Не могла же я стать ниже ростом, - похолодев от страшной догадки, воскликнула Злата.

Тем не менее так оно и было. Злата уменьшалась день ото дня. Там, где замешано волшебство, порой случается невероятное. Каждое утро девушка с трепетом подходила к дверному косяку, где в её детстве отец ставил зарубки, чтобы отметить на сколько выросла его дочурка. Теперь Злата с ужасом замечала, что становится всё ниже.

Бакалейщику пришлось достать приступку, на которой Злата стояла за прилавком ещё маленькой девочкой, ведь бедняжка теперь была на целую голову ниже своих сверстников.

Как-то раз гордячка шла по улице, по обыкновению не замечая никого вокруг.

– Глядите, а красотка-то наша к земле растёт!
– вдруг услышала она за спиной насмешливый возглас.

Злата оглянулась. Люди показывали на неё пальцами и зубоскалили.

– Недомерок! Лилипутка!
– на все лады дразнили её сорванцы.

Сгорая от стыда, гордая красавица бросилась к дому, но до бакалейной лавки было далеко. Мальчишки с гиканьем и улюлюканьем побежали за ней. Прохожие смеялись ей вслед. Ни у кого не нашлось для гордячки ни сострадания, ни жалости.

С тех пор Злата перестала бывать на улице. Только по ночам, когда все спали, девушка выходила за порог, любовалась звёздами, смотрела на спящую улицу, знакомую ей с детства, и грустно вздыхала. Скоро даже приступка перестала скрывать недостаток Златы. Теперь девушка была не больше восьмилетнего ребёнка. Она устала перешивать платья, которые постоянно оказывались ей велики. Вещи висели на ней, словно сшитые на вырост, но красота гордячки по-прежнему была совершенной.

Однажды девушка достала из гардероба синюю суконную юбку с бархатным пояском и кружевную блузку, те самые, которые были на ней в злополучный день, когда она повстречала красавца-музыканта. С тех пор Злата не надевала их ни разу.

Воспоминания нахлынули на девушку. Ей захотелось вновь примерить этот наряд. Она начала поспешно переодеваться, путаясь в складках широченной юбки. И тут произошло чудо: стоило Злате облачиться в давно забытые одежды, как вещи уменьшились и стали ей точно впору.

"Может быть, чары рассеялись, и я такая же, как раньше?" - обрадовалась девушка и побежала к зеркалу, но, увы! Она по-прежнему оставалась маленькой, и только её наряд, словно по волшебству, уменьшился вместе с ней.

ГЛАВА 9. ЗАМАНЧИВОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ

– Только сегодня! Единственное представление! Лучшие в мире артисты! Спешите! Спешите! Спешите!

По улицам города ехала красочно расписанная кибитка. Тощая кобыла, тянувшая повозку, была покрыта пёстрой попоной, а в её жиденькой гриве развевались яркие ленты. На козлах, широко улыбаясь, сидел мужчина свирепого вида. Несмотря на радушную улыбку, он походил на разбойника с большой дороги. Позади него стояли тщедушный паренёк, одетый в пёстрый костюм скомороха, и ярко накрашенная девица. Скоморох, смешно раздувая щёки, дудел в видавший виды, но до блеска начищенный горн, который издавал истошные пронзительные звуки, ни в коем случае не претендующие на то, чтобы называться музыкой, а девица била в огромный барабан. Время от времени они переставали терзать инструменты и созывали всех на вечернее представление. В размеренную жизнь маленького городка ворвался дух странствий и приключений, ожидание праздника и волшебства, которые может принести только бродячий цирк шапито.

Злата сидела в своей комнатке над бакалейной лавкой, когда её внимание привлёк шум, доносящийся с улицы. Она выглянула в окно и увидела расписную кибитку, сопровождаемую ватагой ребятни.

"Ах, как бы мне хотелось попасть на представление!" - подумала девушка, но, увы, это было невозможно. Стоило ей появиться на улице, как городские озорники тут же осмеивали её. С некоторых пор даже в лавке красавица неохотно выходила к людям, и за прилавком всё чаще стоял её отец.

Скоро кибитка скрылась за поворотом, и ощущение праздника ушло вместе с ней. Злата тяжело вздохнула. Ей надоело быть узницей в собственном доме. Она вдруг представила себе, как было бы хорошо вырваться на волю, бродить по дорогам, спать под звёздным небом и встречать рассветы, как её возлюбленный музыкант.

"Как жаль, что это невозможно",- с тоской подумала девушка. Она ещё не знала, что судьба уже всё решила за неё.

Известив зрителей о своем прибытии, актёры расположились на пустыре близ города и отправились на поиски съестного. Неудивительно, что один из них набрёл на окраинную бакалейную лавку.

– Эй, папаша, не найдётся ли у тебя чего-нибудь, чтобы благородные артисты могли набить свои желудки!
– загремел в лавке сочный бас.

Привлечённая незнакомым голосом, Злата спустилась по лестнице и прильнула к плохо притворенной двери, ведущей в бакалейную лавку. Возле прилавка стоял высокий, крепко сложённый мужчина с залихватскими усищами. В последнее время незнакомцы редко появлялись в магазинчике. Девушка наблюдала, как усатый выбирает товар и бесцеремонно пробует солёные огурцы и маслины.

– Взвесь-ка мне, милейший, колбасы и сыру, - сказал посетитель.

Бакалейщик направился в кладовую, и тут усатый увидел притаившуюся за дверью девушку. На лице артиста отразилось недоумение, но в следующую секунду он расплылся в слащавой улыбке.

– Сударыня, я глазам своим не верю. Папаша, что же вы прячете от людей этакую жемчужину!
– воскликнул он. В глазах усатого блеснул алчный огонёк. "Что за чудо-карлица! Пожалуй, если прибрать её к рукам, на ней можно неплохо заработать", - подумал циркач.