Good Again
Шрифт:
— Я тоже, — у меня перехватило дыхание. — Вернись домой, Пит, Я снова этого хочу. Хочу чтобы ты был здесь, чтобы мы с тобой занимались этим…
— Ты хочешь, чтобы у меня снова все восстало? — подколол меня он, и я услышала в его голосе улыбку. И я могла себя представить его усталое лицо, блестящие от чувственного пота, блеск его глаз.
— Хватит с тебя на сегодня. Я только хочу, чтобы ты знал, что я скучаю по тебе и в этом смысле, и не важно что случилось до этого, — я говорила совершенно серьезно и даже не могла себе представить, о чем он сейчас думает.
На линии повисла долгая тишина.
— Ты меня не боишься?
— Нет! Это был не ты! Я все еще хочу этого с тобой! Я тебя не боюсь. Просто возвращайся домой целым и невредимым, ладно? А там разберемся, — я замолчала, снедаемая желанием сей же миг оказаться рядом с ним. — Я жду.
— Хорошо, — прошептал он, и я чувствовала, что он уже смежил веки.
— Я тебя люблю… — произнесла я тихо, уверенная, что он уже меня не слышит. Когда же он едва различимо ответил мне тем же признанием, я растворилась в бесконечном блаженстве и, удовлетворенная, погрузилась в безмятежный сон.
________
*«Любимый» Селин Дион — перевод (исходный) Маргариты из Санкт-Петербурга. Доступно на: http://www.amalgama-lab.com/songs/c/celine_dion/my_love.html
Аудиоv=nFk4VPgga2Q Видео (концертная запись)v=4jjR5ykr2Jg
**В оригинале «fake it till you make it» — аналог «act as if» («Веди себя, будто бы это так») — слоган, означающий имитацию уверенности с расчетом на то, что в случае успеха уверенность станет подлинной. Целью является избежание ловушки т.н. самоисполняющегося пророчества, когда человек боится своей же неуверенности. Например, думая, «Я не могу заговорить с этой девушкой, поскольку она точно почувствует мою неуверенность в себе.» Также это часто рекомендуется в качестве терапевтической методики борьбы с депрессией. Идея заключается в том, чтобы намеренно пытаться наслаждаться повседневной рутиной, не принимая во внимание принуждение, пока ощущение счастья не становится подлинным. Это пример т.н. положительной обратной связи. Подробнее здесь https://ru.wikipedia.org/wiki/Fake_it_till_you_make_it
***Г.Х.Андерсен, «Снежная королева», Перевод с датского Анны и Петра Ганзен (1844). Полный текст на: http://az.lib.ru/a/andersen_g_h/text_0290.shtml
Комментарий к Глава 41: И так я выстояла
Комментарий переводчика: Эту главу (в двух частях) я посвящаю окончанию кино-франшизы. Дождались. Сама только что с пресс-показа. Ну да, должны же быть хоть какие-то бонусы у моей собачьей работы :) Кому интересны мои впечатления (вкратце) - вам сюда https://www.facebook.com/hashtag/%D1%87%D0%B5%D1%82%D0%B2%D0%B5%D1%80%D0%B3_%D0%B4%D0%B5%D0%BD%D1%8C_%D0%BF%D1%80%D0%B5%D0%BC%D1%8C%D0%B5%D1%80?source=feed_text&story_id=10206827873087873&pnref=story
========== Глава 42. И так я выстояла. Часть 2 ==========
Я буду дальше гордо преодолевать все невзгоды
И не важно, как трудно прятать боль
Заметил ли ты, что я могу сломаться?
Заметил ли ты все мои ошибки?
Порой мне казалось, будто ты читаешь мои мысли…
Знал ли ты, что это я дала тебе время?
Знал ли ты, что я видела тебя насквозь?
из песни Любимый (My Love) Селин Дион</i>
Я лежу на ласковых соленых волнах на спине, и наблюдаю за движением по небу громадных перистых облаков. Мне давно ясно, что здешнее радужное, сияющее небо совсем не то, что мое, в реальном мире. Оно всякий раз будит во мне целую лавину чувств, это невероятное небо, которое разом и венчает собой этот нездешний мир и оказывается при этом неразрывно с ним связано. Оно безбрежное и при этом конечное, едва ли не осязаемое. И каждый его цвет имеет для меня особое значение — оранжевый, зеленый, желтый, золотой — и каждый его перелив становится продолжением моих переживаний. В разводах синего и переливах розового, которые царят на небе, я нахожу частицы своей жизни, как на любой из картин Пита, стоящей на его мольберте.
— Китнисс, ты так близка, — говорит мой компаньон, который дрейфует рядом со мной, слегка переплетая наши пальцы. Вообще-то я должна бы пойти ко дну — ведь я ничего не делаю, чтобы держаться на плаву, а тяжесть руки Финника могла бы запросто утащить меня под воду. Но я давно оставила попытки разобраться в том, по каким физическим законам существует этот параллельный мир, мир Финника, и решаю просто наслаждаться пребыванием в нем и не ломать голову как же здесь все устроено, какой же в этом смысл.
— Близка к чему? — спрашиваю я шепотом, хотя уверена — я и сама могу сообразить, о чем это он.
— К тому, чтобы вырваться. Сделай еще кое-что, и тебе не придется сюда возвращаться.
Меня вдруг охватывает паника, и я резко сажусь в воде, нарушая наше хрупкое равновесие.
— Ты же не уходишь?
Мы оба знаем, что я исчерпала отмеренный мне запас прощаний, и не ручаюсь за себя, если мне поневоле придется снова его потерять. Однако в ответ на мое беспокойство он лишь снисходительно улыбается.
— Нет, я всегда буду здесь, или же там, где я тебе понадоблюсь, — сказав это, он ныряет и всплывает уже по другую руку от меня. С его медных волос стекает морская вода. — Все, что происходит с тобой — хорошо.
— Да ничего со мной не происходит, Финник. Просто делаю то, что и всегда, — возразила я, поводя руками под поверхностью воды и наблюдая, как свет в иной среде преломляет мои пальцы.
— Неправда. Ты ведь помнишь, что чувствовала, когда Пит уехал? Насколько ты была опустошена и подавлена?
— Я все еще подавлена, — отвечаю я с досадой.
— Нет, ты просто грустишь по нему. Это нормально. Ты должна гордиться тем, что сделала, пока Пита нет рядом, — невероятные зеленые очи Финника мерцают, и я даже на миг теряю нить разговора. — Ты достигла огромного прогресса, и скоро будешь полностью готова.
— Готова к чему? — спрашиваю я осторожно. Я так не привыкла, что другие люди — или их тени — отчего–то настолько вольно обращаются с моей жизнью и слишком много всего знают обо мне.
— Просто готова, — он усмехается моей сердитой гримасе. — Есть вещи, которые тебе нужны, но ты не готова пока их получить, однако же, когда будешь готова, они сами приплывут в руки. — он беззаботно смеется, и я ему за это благодарна. Ведь это тот Финник, которого я всегда хотела видеть во сне и помнить, а не искалеченный юноша, что сгинул в зловонной канализации.
Внезапно он оказывается прямо передо мной, его лицо всего в каких-то пяти сантиметрах от моего.
— Не надо, — твердо произносит он, его дыхание овевает мое лицо, будто порыв морского ветра. — Не думай об этом. Я здесь, а не на дне темного коллектора.