Чтение онлайн

Я уже ничего не понимаю.

Еще какой-то компромат? Что еще Денис успел натворить за те месяцы, которые на свободе провел?

– Я не понимаю, - озвучила свои мысли вслух.

– Ты никогда ничего не понимала, Саша. Потому у нас и не складывалось. Признаю, и моя вина в этом есть, - Илья продолжил спокойно бриться, будто мы погоду обсуждаем. – Ты помнишь, что говорили про моего отца?

Я кивнула.

Помню эти сплетни. Что он с криминалом завязан, с поставками наркотиков из Азии в Европу. Что крупные суммы занимал под бешеные проценты, ростовщиком был. Оружием торговал, ювелиркой и предметами искусства.

Но дети криминальных авторитетов ведь живут не в Питерских ЖК, а… не знаю, в Лондоне, или хоть на Рублевке. Да, дыма без огня не бывает, и в девяностые многие с законом не дружили, но я никогда особо не верила в то, что отец мужа был авторитетом.

– Теперь я за него, - проговорил Илья, полюбовавшись на мое недоверчивое выражение лица. – Игра ведется по-крупному. Намного крупнее, чем при отце было. Ты ведь не думаешь, что я в Пекин летал только для того, чтобы контракты на дешевые стройматериалы выбить?

– Я никогда не лезла в твои дела, - пробормотала, пытаясь понять: врет или нет.

Илья и криминал?

Илья, который ходит на маникюр. Который пользуется парфюмом унисекс, и пропадает на работе в офисе. И криминал?

– Зря не лезла. Давно могла бы догадаться, если бы как следует разобралась, на каких документах ставила подписи, - муж вытер подбородок белым, как снег полотенцем. – Но тебе плевать было.

Мне и правда было плевать. Илья подсовывал документы, говорил, где поставить подпись, и я… я подписывала. Не вчитываясь даже в самое начало, не пробегая глазами.

– И что это за документы? – похолодела я.

– Некоторые фирмы уже на тебя оформлены. Не бери в голову, - отмахнулся муж. – Но ты многого не замечала. А сейчас я, скажем так, выхожу на китайский рынок. Потому мы и переезжаем. Будет больше охраны, больше внимания.

– Но Денис-то зачем?

Я все еще не могу поверить, не могу осознать то, о чем твердит мне Илья таким спокойным голосом. Мой муж – не генеральный директор перспективной компании. Мой муж… я до сих пор не понимаю, кто он.

– Он лучше всех сможет тебя защитить, Саша. Этот щенок всю жизнь по тебе сох. Да и весело будет понаблюдать за вами, - муж скинул одежду, и направился к душевой. – И, кстати, я и правда не собираюсь его шантажировать, расслабься. Твой Денис работает на меня. Вы оба мне принадлежите.

Кабинка душевой закрылась, а я осталась стоять и хватать ртом воздух, как выброшенная на берег рыба.

"Денис работает на меня".

И какого черта Денис, так сильно ненавидя Илью, согласился на такую работу?!

– Какая же ты тварь, - прошептала я, ненавидя своего мужа в этот момент так отчаянно, как никогда.

Но мои слова заглушил шум душа.

ДЕНИС

На зоне я многое видел: если человека ломать бесконечно долго, то он сломается. Если твердить, что он мразь – он станет мразью.

В моем случае, если убеждать, что я – малолетка, то рано или поздно захочется опустить руки, и сдаться. Так ведь малолетки поступают. Опускают голову, и покоряются.

Слабости хватает на пару минут, а затем я вспоминаю, что в моем случае год за семь шел. И если сдамся сейчас, то дерьмо я, а не мужик. Таких сдавшихся в лесополосе и закапывают, и таких не жалко.

– От Кравченко нужно избавиться, - рассуждаю вслух, решив, что Ильей эту гниду больше называть не стану. – И Сашку я верну.

Похер, любит, не любит.

– Полюбит, блть, - поднялся с кровати. – Не в первый раз. Уж лучше я, чем он.

Или не лучше. Наверное, в чем-то мы с этой падалью одинаковые. Я, хоть и пацаном совсем был, но помню, как Кравченко на Сашу смотрел – он тоже всегда ее хотел.

И оба мы ее получили.

Пока мы трое живы, вечно из-за этой женщины будем драться. Нужно, чтобы моей была! Даже если я ей не сдался… хотя, тогда бы она не пришла ко мне.

Телефон вибрирует под кроватью, доставать его противно – я помню, что за видео он мне демонстрировал. Но таких друзей, которые звонят просто поболтать у меня нет. А значит, дело важное.

– Да.

– Через десять минут выходи, - бросил Сява, он же Савелий – тот, кого Кравченко надо мной поставил. – Новое дело для тебя.

На секунду закрываю глаза, и представляю, как посылаю их всех на х*й. И это будет тупостью, достойной малолетки. Пока придется прогибаться, но способ вырваться я найду.

– Буду, - ответил, и нажал отбой.

И через десять минут и правда вышел из дома, упакованный в толстовку, спортивки и кроссы. Зря Сашку не послушал – ребра, кажется, живот хотят проткнуть. Хотя, заживут, не впервые ломают.

– Садись, - Сява открыл окно, и подал знак, чтобы я сел рядом.

Он, в противовес своей кликухе и внешности лесоруба, водит обычный такой седан. Типичный для семейного человека. Только детского кресла не хватает для полной картины. Даже елочкой пахнет для полноты картины, и от этого запаха меня мутит.

Или от сотряса.

– Если снова стрелка, то я не в форме.

– Да я вижу, - хмыкнул он. – Догадался, что отделали тебя. Иначе бы меня как таксиста за тобой не послали, малец. Много чести.

– И что за дело?

– Мне не докладывали, - ответил, и до меня дошло, что расспросами я ничего не добьюсь.

Питер проносится перед окнами, а я пытаюсь составить в голове план. Главное, не просрать свою жизнь, и Сашкину, но дело в том, что я – не охеренно умный. А потому думать придется усердно. Выяснять, вынюхивать.