Чтение онлайн

— Красиво врал, — Лис стянул сапоги и улегся на присыпанный сеном земляной пол. — Но он тебя все равно не полюбил.

— И хорошо, — проворчал я, устраиваясь рядом. — Для любви у меня жены есть.

Устал, однако. Ноги гудят, спина одновременно и ноет и дьявольски чешется. Надеюсь, это не вши.

— И что теперь, эрл?

Это Джорди.

Был бы здесь мой братец, я знаю, что бы он ответил. Убьем их всех. Но я не настолько кровожаден.

— Если не хотим переплывать реку на бревнышках, то этой ночью нам надо быть в назначенном месте.

— И как мы это сделаем? У черилендского тана полсотни воинов, а нас шестеро.

— Хы! — фырнул Давлах Бычок. — Полсотни англичанишек! Я уже убил втрое больше.

Джорди обиделся. Но промолчал.

Давлах встал, отошел в угол и щедро его оросил.

Что, понятно, не улучшило атмосферу внутри сарая.

— Я думаю: убивать нас не станут, — глубокомысленно изрек Малоун.

— Почему ты так решил, англ? — Давлах завязал штаны и уселся на перевернутую поилку для скота.

— Я сакс, а не англ, — уточнил Малоун. — А решил так, потому что нам оставили оружие.

— А ты бы отдал?

— А ты нет?

— А я нет! — самодовольства в голосе ирландца хватило бы на троих саксов. — Мои копья — это только мои копья, — он похлопал по месту, которое можно было бы назвать ширинкой. Но ее, увы, еще не придумали. — Рискни тан обойтись с нами невежливо, сколько бы у него тогда осталось людей? А зная нашего ярла, я почти уверен, что у этих людей не осталось бы тана.

Приятно, когда такой человек, как Давлах, столь лестного о тебе мнения.

— Малоун, посмотри, что там снаружи, — велел я, показав наверх. — Давлах, помоги ему.

Бычок вскарабкался на перевернутые ясли, топнул пару раз, чтобы убедиться, что они выдержат полтысячи фунтов. Малоун подобрал деревянные вилы, проковырял с их помощью дыру в соломенной крыше, встал на плечи ирландцу, протиснулся между жердями кровли и высунулся наружу.

Минут пять он изучал окрестности, потом, присев, мягко спрыгнул на пол и принялся вычищать солому из волос и бороды.

Я ждал. Торопиться было некуда.

— Дверь подперли бревном, — начал доклад Малоун. — Зачем, не понял.

Я тоже не понял. Дверь на кожаных петлях. Разрубить их — секунда.

— Снаружи — двое. Один старый, другой мальчишка. Играют в кости.

Малоун поморщился. Это в нем бывший десятник проклюнулся.

— Во дворе людей много, но солдат меньше десятка. Ворота открыты. Снаружи больше. Часть — верхом. Тан им что-то говорит. Похоже, намерен куда-то отправить.

Вот это хорошая новость. Можно временно расслабиться.

— Отдыхаем, — решил я. — До сумерек.

Положил под голову свернутый плащ и уснул.

Разбудил нас один из тановых дружинников, когда уже начало темнеть. Ну как разбудил: открыл дверь и заглянул. Увидел мирную картину нас спящих, успокоился, поставил у входа деревянное ведерко, и дверь снова закрылась. Но мы с Мурхой уже проснулись. Проснулись, переглянулись, а потом ирландец тихонько растолкал своих, а я — своих.

В ведре оказалась обычная вода. Заботу я оценил.

— По возможности никого не убиваем, — распорядился я.

Судя по небу в дыре над головой, уже достаточно стемнело.

Рубить петли мы не стали. Разрезали аккуратно, придерживая двери, сдвинули их слегка, ровно настолько, чтобы мы с Лисом просочились наружу. «Не убивать», — обозначил я Лису.

И два вахлака-сторожа отправились в небытие лишь на время.

Через пару минут (минус еще трое беспечных) мы уже были в конюшне. А еще через пять минут выезжали из ворот.

Два охламона-караульных даже поприветствовали меня как лорда. Я благосклонно кивнул.

Даже и не думал, что будет так просто.

А все почему? Потому что я — добрый. А убей мы караульных, сколько времени прошло бы до поднятия тревоги?

— Давно знал, ярл, что ты удачлив, но даже и не думал, что настолько, — сказал мне Лис уже на палубе драккара.

Я пожал плечами. При чем тут удача? Гуманизм, выдержка и точный расчет. И вот твой враг кормит тебя и поит, потом укладывает спать и практически не возражает, когда ты отправляешься восвояси. Ну да проехали. Сейчас у меня другая забота. Правильно подать Рагнарсонам мою стратегическую идею: как превозмочь могучую нортумбрийскую армию, не потеряв собственную.

— Нет! — Сигурд Рагнарсон не задумался даже на секунду, прежде чем определиться с позицией. — Я поклялся отомстить за отца, и я отомщу!

— Сколько бы ни было этих жалких англов, мы их всех уничтожим! — поддержал его Хвитсерк.

Бьёрн поглядел на Ивара. Ивар же объявлять решение не торопился.

Змееглазому это не понравилось:

— О чем тут думать, брат? Убийца нашего отца на том берегу! Ты забыл нашу клятву?

Ивар улыбнулся.

Когда дракон улыбается, его собеседнику хочется перенестись километров на триста. И все равно куда.

Но только если собеседник — не такой же дракон.

Мне показалось: вот-вот раздастся оглушительный треск ломающихся о борта весел и стоголосый рев сошедшихся хирдманов.

Но нет. Братья-Рагнарсоны очень четко чувствовали ту линию, после которой родная кровь перестает быть родной.

— Посмотрите на него, — Ивар указал на меня.

Я старательно изобразил невозмутимость. Что было непросто.

— Скажи мне, Ульф, у тебя ведь была возможность убить Эллу?

— Пожалуй, — осторожно ответил я.