Глубоководье
Шрифт:
Келемвор обнял Миднайт за локоть и обернул лицом к себе, заглянув при этом ей в глаза. «Боги или не боги», — твердо произнес он, — «но я с тобой, Миднайт».
Миднайт растрогала преданность ее друзей, но она все еще не была готова принять их предложение. Хотя она обращалась к ним обоим, смотрела она в глаза лишь Келемвору. «Выбор за вами, но прежде, чем вы его сделаете, я должна вам кое-что рассказать. Где-то в подземельях Замка Дрэгонспир находится мост в Царство Мертвых».
«В Уотердипе?» — скептически произнес Келемвор. Он подумал об известном городском кладбище, которое было известно как «Город Мертвых».
«Нет, Царство Мертвых», — поправила Миднайт, переводя взгляд на Адона. «Вторая скрижаль спрятана в замке Миркула».
Келемвор и Адон обменялись пораженными взглядами, не смея поверить, что она имела в виду место упокоения душ.
«Я пойму, если вы откажетесь», — произнесла Миднайт, приняв их удивление за колебание. Она осторожно освободила локоть из рук Келемвора. «Я действительно считаю, что вы не должны идти вместе со мной».
«Мне казалось, что выбор за нами», — произнес Адон, наконец придя в себя после первоначального шока.
«Вот именно! Тебе не удастся так легко избавиться от нас», — добавил Келемвор, вновь беря Миднайт за руку.
Теперь пришел черед удивляться Миднайт. Она даже и не смела надеяться, что Келемвор и Адон захотят сопровождать ее. Но сейчас, когда они согласились, она сразу же ощутила как ее покидает так долго терзавшее ее чувство одиночества и растет уверенность в своих силах. Миднайт нырнула в объятия Келемвора и слилась с ним в долгом и страстном поцелуе.
Замок Дрэгонспир
Адон неторопливо поднимался по пологому склону. На полпути к вершине жрец остановился и перебросил сумку со скрижалью на другое плечо.
Вот уже пятый день, вместе с Келемвором и Миднайт, Адон путешествовал по пустынной дороге. К западу простиралась равнина, поросшая золотистыми пучками жесткой травы пробивающейся из-под грязного, влажного снега. В одной миле к востоку возвышались темные утесы Хай Мура. Впереди миля за милей тянулась унылая, серая дорога ведущая к Уотердипу. Адон искренне надеялся, что никогда больше его нога не ступит на горный склон, но сейчас он бы с радостью променял милю ровной дороги на двадцать миль рискованной горной тропы.
Несмотря на утомительный утренний переход, пальцы ног Адона сморщились и окоченели. Дорога буквально утопала в трехдюймовом слое подтаявшего снега, который просачивался даже сквозь прочные сапоги, которыми их снабдил управляющий Хай Хорна. Судя по размеру и виду снежинок вскоре должно было выпасть еще больше снега.
Даже несмотря на то, что они значительно переместились на север, в этом году смена времени года произошла необычно рано. Хай Мур уже покрылся белой пеленой снега и реки, берущие свое начало в центре пустынной страны, несли в себе куски плавучего льда.
Адону казалось, что все боги природы словно сговорились, пытаясь как можно сильнее осложнить их путешествие. Однако, он понимал, что гораздо вероятнее было то, что неимоверный холод был вызван как раз отсутствием этих богов. Без их вмешательства в природе воцарился сущий беспорядок и то и дело одна из стихий брала превосходство над другими.
Непредсказуемость природы была лишь еще одной причиной, ради которой они должны были добиться успеха в своей миссии. Без порядка в наступлении времен года пройдет совсем немного времени, прежде чем фермеры потеряют свои урожаи, обрекая на голод целые нации.
Пока Адон предавался размышлениям о важности и сложности их миссии, с другой стороны холма донесся громкий лай. Он незамедлительно обернулся и подал Келемвору и Миднайт знак отойти с дороги, а затем начал обшаривать местность в поисках укрытия для себя. Земля вокруг была столь бесплодна, что в итоге ему пришлось скорчиться за ближайшим худосочным кустом.
На вершине холма появилась серая масса. Для того, чтобы разглядеть ее получше, жрецу пришлось изрядно напрячь зрение. В их сторону передвигались двенадцать волков, выстроившихся по трое в единую цепь. Они шли друг за другом, след в след, сохраняя между собой идеальные промежутки.
Когда колонна подошла ближе, Адон заколебался, не зная стоит ли ему броситься в бега или продолжать скрывать за своим жалким укрытием. Один из волков пролаял какой-то приказ. Волки, шедшие в первом ряду, проходя мимо укрытия жреца вытянулись в струнку, затем резко повернули голову влево, словно отдавая честь. Каждый из последующих рядов повторил этот маневр.
Адон выбрался из укрытия и вышел на дорогу, все еще не веря своим глазам. Через пару секунд к нему присоединились Келемвор и Миднайт.
«Хорошая работа, давненько я не видел таких отличных парадов», — заметил воин, окидывая волков критическим взглядом. Его слова звучали так, словно троица сейчас смотрела не на животных, а на отряд людей.
«Интересно, куда они направляются?» — спросила Миднайт.
«В Балдурс Гейт или Эльтурел», — предположил Келемвор, переводя взгляд на юг.
«С чего это ты взял?» — нахмурился Адон.
«А ты разве не слышал?» — спросила Миднайт, удивленно подняв брови, словно не в силах поверить в подобную невежественность Адона.
«На юге овцы подняли бунт», — закончил Келемвор.
Жрец уперся руками в бока. «Что за…»
И Келемвор, и Миднайт взорвались приступом смеха.
Покраснев от злости. Адон повернулся в сторону дороги.
«Нет ничего смешного в том, что рушатся установленные веками порядки», — резко произнес он.
Келемвор и Миднайт зашлись еще сильнее.
Адон отвернулся, но через пять минут созерцания уходящей вдаль колонны, он все же не выдержал и усмехнулся. «Овцы подняли бунт», — пробормотал он. «И как вам только такое могло придти в голову?»