Глаза дракона
Шрифт:
Флегг выглядел обеспокоенным, но чувствовал себя великолепно. Он обожал играть.
Подняв пакет щипчиками, он заглянул в него.
«Мне нужен кусок обсидиана, — сказал он. — И побыстрее».
«У меня в столе», — сказал Питер отстраненно. Этот кусок оказался не таким большим, как был у Флегга, зато толстым. Чародей рассмотрел его на свет. В сердце у него маленький человечек плясал и кувыркался через голову. Этот камень был очень похож на его, только сколот с одной стороны. Боги явно благосклонны к нему!
«Я уронил его год или два назад, — мрачно пояснил Питер, не подозревая, что только что заложил еще один камень в стену своей тюрьмы. — Эта половина упала на ковер, а другая ударилась о камни и разлетелась на тысячу кусков. Обсидиан ведь очень хрупкий».
«В самом деле? — удивился Флегг. — Я слышал об этом, но никогда не видел такого камня».
Он положил обсидиан на стол, раскрыл пакет и вытряхнул на камень зернышки песка. Мгновенно с поверхности обсидиана начали подниматься струйки дыма. Все присутствующие увидели, что каждое зерно медленно вдавливается в самый твердый в мире камень. Стражники начали тревожно перешептываться.
«Тише!» — рявкнул на них Пейна. Стражники застыли с лицами, белыми от ужаса. Все происходившее казалось им наваждением.
«Похоже, я знаю, что это за зерна, и как проверить мою догадку, — сказал Флегг. — Но если я прав, проверять надо как можно быстрее».
«Почему?» — спросил Пейна.
«Мне кажется, это Драконий Песок. У меня он когда-то был, но, к сожалению, исчез, прежде чем я успел изучить его как следует. Видимо, его украли».
Флегг не упустил того, как взгляд Пейны метнулся к Питеру.
«С тех пор я беспокоился об этом, — продолжал он, — это один из самых смертоносных ядов. Я не мог испытать его свойства и поэтому сомневался, но теперь вижу».
Он указал на обсидиан. Каждая из трех песчинок углубилась уже более чем на дюйм, и из отверстий вился дым, как из миниатюрных кратеров вулкана. Флегг прикинул, что половина толщины камня уже пройдена.
«Эти три частицы быстро разъели самый твердый из известных нам камней, — заключил он. — Драконий Песок известен тем, что разъедает все. И он вызывает сильный жар. Поди-ка сюда!»
Он подозвал одного из стражников, который не выглядел особенно довольным таким выбором.
«Дотронься до камня, — стражник нерешительно потянулся к обсидиану, и Флегг быстро добавил. — Только до края! Не вздумай лезть рукой в отверстия!»
Стражник с криком отдернул руку и сунул палец в рот, но Пейна успел заметить сильный ожог.
«Обсидиан очень слабо проводит тепло, — сказал Флегг, — но этот камень горячий, как печка, и все из-за трех крупиц песка! Дотроньтесь до стола принца, господин судья».
Пейна повиновался. Дерево было горячим. Скоро оно начало обугливаться.
«Поэтому нужно действовать быстро, — сказал Флегг. — Скоро стол загорится. Если мы вдохнем дым — во всяком случае, если то, что я слышал, верно, — все мы умрем в муках. Но для верности можно провести еще один опыт…» Стражники побледнели еще сильней. «Ладно, — сказал Пейна, — только быстрее». Его неприязнь к Флеггу еще увеличилась, но если раньше он считал его ничтожеством, то теперь от этого человека зависела его жизнь.
«Нужно налить в ведро воды», — теперь Флегг говорил чуть быстрее. Его темные глаза блестели.
Стражники и Пейна смотрели на черные дырки в обсидиане, как кролики на удава. Сколько еще осталось до дерева? Никто не знал. Смотрел даже Питер, хотя выражение его лица по-прежнему было отсутствующим.
«Воды! Быстрее! — заорал Флегг на стражников. — Нужно ведро или таз, или что-нибудь! Ну же!»
Стражники смотрели на Пейну.
«Выполняйте», — Пейна старался не показывать испуг, но он был испуган, и Флегг знал это.
Он заговорил снова:
«Я опущу палец в воду и стряхну каплю воды в одно из этих отверстий. Если это Драконий Песок, вода тут же позеленеет».
«А потом?» — спросил Пейна хмуро.
Стражник принес ведро и поставил его на стол.
«Потом я сделаю то же с остальными отверстиями, — Флегг говорил спокойно, но его всегда бледные щеки горели. — Вода не может остановить Драконий Песок, но она может его удержать».
«А почему просто не опустить их в воду?» — спросил один из стражников.
Пейна метнул на него свирепый взгляд, но Флегг любезно объяснил:
«Потому что вода тут же испарится, и ты можешь тогда остаться здесь, если хочешь, и тушить пожар».
Стражник замолчал.
«Вода уже теплая, — заметил Флегг, опустив палец в ведро, — а ведь она только стоит на столе».
Он осторожно стряхнул каплю воды в отверстие.
«Смотрите внимательно!» — Питеру в этот момент Флегг показался каким-то дешевым фокусником, но Пейна и стражники не отрывали взгляды от его пальца. Капля повисла на пальце, на миг отразив всю комнату Питера, и упала вниз.
Звук был такой, будто на раскаленную сковородку положили кусок сала. Из отверстия вырвался столбик пара, но Пейна успел заметить вспышку зеленого пламени. В тот момент судьба Питера была решена.
«Драконий Песок, клянусь богами! — воскликнул Флегг. — Умоляю вас, не дышите!»
Андерс Пейна не был трусом, но тут испугался и он. В отблеске зеленоватого света он увидел какое-то немыслимое, невыразимое зло.
«Остальные, — хрипло приказал он. — Быстрее!»
«Я же говорил, — голос Флегга снова стал спокойным. — Остановить его можно только одним способом, не очень приятным, но мы можем задержать его».