Глава рода
Шрифт:
Чем он мне поможет? Ничего не знает по существу дела. А рассказывать уже поздно. Твою ж мать!
Спустя несколько томительно долгих мгновений из джипа выпрыгнул худощавый мужчина в форме. Погоны на его плечах, естественно, мне ни о чём не сказали.
— Полковник муниципальной полиции, — наклонившись, шепнул на ухо адвокат.
Нервы превратились в натянутые канаты. Однако полицейский не спешил предъявлять мне обвинение. Он открыл заднюю пассажирскую дверцу, занырнул в салон. А когда выпрямился, увидела в его руках… роскошный букет.
Да ну нафиг.
Я с изумлением взирала на приближающегося ко мне мужчину. И не могла понять, что происходит.
В этом мире не явившимся на допрос подозреваемым дарят хризантемы? Зачем?!
Покосилась на Кони: тот стоял, не шелохнувшись, и не издавал ни звука. Тем временем полицейский подошёл к нам.
— Добрый день, Александра Петровна, — галантно поздоровался, вручая мне букет. Как только взяла цветы, он обаятельно улыбнулся и представился: — Начальник городской полиции, барон Сергей Сергеевич Кравчук.
Перехватив поудобнее растения, я холодно ответила:
— Здравствуйте. Чем вызван ваш визит, Сергей Сергеевич?
Полковник красноречиво посмотрел на моего молчаливого спутника:
— Александра Петровна, мы можем с вами поговорить наедине?
— Господин Кони юрист. С сотрудниками правоохранительных органов предпочитаю общаться в его присутствии.
— Кони? Тот самый? Вы московский адвокат? — с неподдельным интересом поинтересовался Кравчук.
— Нетитулованный дворянин Анатолий Фёдорович Кони, — невозмутимо сообщил юрист. Усмехнулся и добавил: — Уж не знаю, тот ли я Кони. Но по большей части, действительно, практикую в Москве.
— Молва о вашем профессионализме достигла и нашего городка, Анатолий Фёдорович. Скажу по секрету, наш прокурор вас уже заочно недолюбливает, — начальник городской полиции многозначительно замолчал, а после неожиданно признался: — Ничуть не удивлён, что именно вы защищаете интересы Александры Петровны.
Не отводя взгляда от полковника, опытный адвокат ровным тоном уточнил:
— По вашему мнению у главы боярского рода Апраксиных, имеются проблемы с законом?
На лице начальника городской полиции промелькнула растерянность. Но уже через секунду Кравчук совладал с эмоциями. Игнорируя повисший в воздухе вопрос, обратился ко мне:
— Александра Петровна, как руководитель городского отделения полиции, я сообщаю вам, что провинциальный секретарь Житников, посмевший усомниться в вашем патриотизме, привлечён к дисциплинарной ответственности. Он снят с должности и переведён в городовые. Искренне сожалею, что вам пришлось выслушать его оскорбительные подозрения. Прошу принять мои глубочайшие извинения.
Охренеть. Меня не собираются ни допрашивать, ни арестовывать. Начальник этого толстомордого Житникова приехал просить прощения! Ещё и с цветами!
Вдруг стало мучительно стыдно перед собственным мужем. В очередной раз, причем с лёгкостью, поверила в его предательство. При таком раскладе наш брак действительно станет кошмаром.
Сжимая букет, я мрачно взирала на офицера полиции. Тот кашлянул, достал из внутреннего кармана визитку, протянул мне со словами:
— Здесь мой рабочий и личный телефон. Если вам понадобится моя помощь, звоните в любое время.
— Спасибо, — глухо ответив, я вязала гладкую картонку.
— Александра Петровна, не хочу вам больше докучать. Позволите перекинуться парой слов с вашим юристом?
Я удивленно-вопросительно посмотрела на Кони: тот согласно кивнул.
— Всего доброго, Сергей Сергеевич, — попрощавшись, я пошла обратно к нашей машине.
Сев в пассажирское кресло, положила на колени цветы. Взгляд зацепился за мужчин: они все так же стояли посреди дороги и явно что-то обсуждали.
«Або, ты знаешь, о чём говорят?» — я не отводила напряжённого взора от служителей Фемиды.
«Знаю, — бесстрастно поведала высшая сущность. — Если кратко, то речь идёт про зомби, которых ты подняла, и возможные негативные последствия. Для тебя».
«Какие ещё негативные последствия? — я озадаченно нахмурилась. — Рюрикович видел моих ходячих покойников. Однако даже не заикнулся, что мне грозит наказание за поднятие мертвецов».
«Так оно тебе и не грозит. Здесь другое. Если адвокат промолчит, тогда расскажу, что прочел в памяти полковника».
Да ладно? С чего вдруг Або стал таким загадочно-таинственным? Или это у него такой воспитательный процесс? Попробуй, мол, сама во всём разберись?
Хм-м. А ведь, похоже, так оно и есть. Я нервничала, а тушканчик читал мысли полицейского и молчал. Ну да опасности не было. И всё же ушастый мог бы предупредить, что в кутузку меня не заберут!
Я шумно выдохнула, успокаиваясь, и приготовилась ждать юриста. Тот вернулся минут через десять, не больше, сел за руль, завёл двигатель. Подождав, когда джип развернётся и выедет через арку, поехал прочь с территории особняка.
Молчит. Прямо как партизан на допросе.
Полуобернувшись, я демонстративно изучала профиль мужчины. Почувствовав взгляд, дворянин глянул на меня мельком. Сосредоточившись на дороге, равнодушно поинтересовался:
— Вам интересно, о чем мы разговаривали c Кравчуком?
В груди забулькало раздражение. Растянув непослушные губы в улыбке, я согласилась:
— Да.
— Сергей Сергеевич любезно поделился со мной информацией. По городу ползут слухи, что вы подняли множество зомби и использовали их в своих целях.
— За подобные действия предусмотрена уголовная ответственность?
— В уголовном праве есть статья «вандализм». За осквернение могил и трупов полагается не просто штраф, но тюрьма. Однако действие закона распространяется сугубо на крестьян и мещан. Дворяне, обладающие даром некромантии, имеют право нарушать целостность любых захоронений для создания зомби, — аристократ переключил скорость, безучастно продолжил: — Начальник полиции справедливо опасается, что возникнет общественный резонанс и у вас начнутся неприятности. Поясню. Во-первых, некромантов крайне мало. Во-вторых, они стараются делать зомби исключительно из безродных: избегают эксцессов с родственниками. Ну а в-третьих, в истории современной Российской Империи нет упоминаний о том, чтобы некроманты одномоментно поднимали больше сотни трупов. По сути вы создали прецедент.