Шрифт:
Предупреждение! Особо впечатлительным не читать, имеются сцены мерзкого характера.
Когда моя мама была беременна, то часто переживала. Переживала за всё. Украли кошелёк, или в фильме убили героя, или же нет хлеба в магазине – всё это одинаково сильно заставляло её переживать. А я, будучи потенциально чувствительным, внимал ощущения матери.
Подошло время родов, но я не активничал, вел себя не так, как подобало ребёнку, которому пора родиться. Как следствие, маме сделали кесарево, иными словами, меня вырезали против моего решения. Мама была под наркозом, а я в шоке от резкой и незапланированной смены обстановки. Родился я ночью, в 2 часа 7 минут. В родах путем кесарева есть плюс – я родился в рубашке. Да и как в ней не родиться, если моей маме слой за слоем прорезали кожу скальпелем, чтоб достать меня. И вот я, рожденный ночью, в истерике не сплю и ору. Под утро уснул, а мама проснулась и решила увидеть меня. Однако, я спал, после перенесенного стресса. И так вышло, что с каждым днём, врачи и моя мама старались приучить меня жить и есть днём, а я упорно сопротивлялся очередному стрессу.
Вскоре, моя мама потеряла возможность давать мне своё молоко, я же потерял возможность напитаться наибольшим количеством полезного питания и быть крепким и здоровым младенцем.
Спустя пол года моей внеутробной жизни, я заболел воспалением лёгких. Несколько месяцев родители и врачи боролись за мое здоровье, которое значительно ослабло, в частности в области дыхательных путей. После, через год, было повторное воспаление легких, а в возрасте двух лет, у меня был сломан нос, мучал ринит и тогда же мне удаляли аденоиды. Аденоиды – это некие гнойно-кровавые наросты в носоглотке, которые образуются между ноздрями и пространством, ведущим в дыхательные пути. В советское и постсоветское время, эти наросты удаляли у детей без анестезии, пробираясь в носоглотку через рот, хватая специальными щипцами проблемную зону и резким движением вниз отрывали от стенок носоглотки зловредный полип. Так вот, процедуру удаления аденоиды, я прошёл в возрасте двух лет и в возрасте девяти лет. Причём, интересно то, что как оказалось, аденоиды возвращаются и восстанавливаются. Радует, что я не помнил свой первый раз, но вот второй раз был ярким эпизодом в моей жизни. Меня две женщины в халатах привязали к стулу, держали и вырывали частички из меня, а после сказали, что горло просто немного поболит и всё будет хорошо, могу идти в палату и отдыхать.
Но вот досада, помимо слабого иммунитета, я имел какую-то особую врождённую особенность, быть исполнительным и правильным. Родителей понимал с первого раза, а в детском саду не шалил. Именно тогда, в два года, после сон часа, мне якобы случайно сломал нос один ребенок. Воспитатели постарались сокрыть масштаб проблемы и всё было озвучено родителям, как разбитый нос. Поэтому моя носовая перегородка срослась криво, а моя жизнь стала полна посещений медицинских учреждений. Каждый день, всегда и везде я был с носовым платком, так как почти всегда текли сопли из моего носа, а ходить сопливым или вытирать рукой, это было неприемлемо, для уважающего себя детсадовца.
Шли годы. Частые болезни дыхательных путей, отит, насморк. Середина 90-ых, медицина платная или её нет в округе. Вот шесть лет мой насморк перешёл на новый уровень, теперь я оглох от отита. В ушах булькает и болит. Слова людей бубнящие и невнятные. Родители активно пытаются спасти меня и мой слух. Вылечить меня удалось, хотя одно ухо стало слышать хуже другого, особенно сложно разбирать звонкие звуки.
Моя личная победа в войне за собственное здоровье. Я расту и реже сморкаюсь в платок. Школьные годы. Всё чаще и чаще я быстро борю проблему, стараюсь максимально быстро излечиваться и не появляться на людях больным. Как минимум, мне стыдно ходить с носовым платком в школу. А ещё, особо сильно, мне не хотелось перед девчонками выглядеть больным. Стал лучше питаться и пить чай на травах с вареньем. Уж очень-очень не хотелось получать уколы от врачей.
Примерно тогда, моё здоровье подкинуло мне новое испытание, когда, казалось бы, я начал активно побеждать. В те школьные годы, как минимум раз в год, у меня была гнойная ангина. Гланды краснели, набухали, а на одной из них было бело-желтое пятнышко гноя. Глотать слюну больно, словно что-то острое вонзалось в глотку, а про то, чтобы пить и есть даже думать было больно. Температура и озноб были словно приправа к данному блюду, под названием гнойная ангина. И так было минимум раз в год, обычно весной.
Шли годы, ангина лечению поддавалась всё хуже и хуже. Организм привыкал к лекарствам, а я при этом переживал переходный возраст, в котором и без гланд хватает причуд с организмом. Гной при ополаскивании горла не выполаскивался легко.
Конец ознакомительного фрагмента.