Чтение онлайн

Со всей силы я зашвырнула его подальше в кусты, окружавшие площадку. Когда я вернулась в номер и протянула тебе карту, ты, видимо что-то заметив, спросил, чем я расстроена. Я выкрутилась, сказав, что у меня вот-вот должны начаться месячные, и это была чистая правда. Но действительная причина была в другом: я уже догадывалась, что происходит, и меня охватил ужас.

Во время завтрака я не произнесла ни слова, и пока мы ехали через Фены, продолжала молчать, скованная страхом и глубоко погрузившись в себя.

Наконец ты обратился ко мне:

— Я бы съел яблоко. Там еще осталось?

— Сейчас посмотрю, — едва выдавила я. Я повернулась на сиденье, что в последние дни проделывала неоднократно, и посмотрела назад, однако на этот раз меня била дрожь.

Бумажный мешок с яблоками лежал, как обычно, на заднем сиденье с твоей стороны. И все остальные вещи лежали там же, сваленные в одну кучу: карты, твоя куртка, мой рюкзак, мешок с продуктами для завтрака на природе. Все они почему-то лежали на одной половине сиденья. И всякий раз, когда нам нужно было положить что-то в машину, мы инстинктивно занимали только одну половину сиденья. Вторая все время оставалась свободной…

Свободной для другого пассажира.

Я заставила себя посмотреть на это пустое место за своей спиной. Сиденье прогнулось, точно под тяжестью человеческого тела.

С нами в машине был Найалл.

— Останови машину, Ричард! — попросила я.

— В чем дело?

— Пожалуйста! Меня тошнит! Скорее!

Ты сразу притормозил и съехал на обочину. Едва машина остановилась, я выбралась наружу. Приготовленное для тебя яблоко так и осталось у меня в руке. Пошатываясь, я отошла от машины. Меня трясло, я чувствовала страшную слабость. От обочины поднималась небольшая насыпь, обрамленная низкой живой изгородью; дальше начиналось бескрайнее поле. Я наклонилась над изгородью, не обращая внимания на колючки и сухие веточки, впивавшиеся в тело. Ты выключил двигатель и бегом бросился ко мне. Я ощутила твою руку на своих плечах, но продолжала дрожать и плакать. Ты успокаивал меня, но ужас от того, что я только что обнаружила, пробирал меня насквозь. Ты поддерживал меня, не давая упасть, а я перегнулась через изгородь, меня рвало.

Ты принес из машины несколько салфеток, чтобы я могла привести себя в порядок. Потом я вернулась на обочину, но никак не могла заставить себя повернуться лицом к машине.

— Может, поискать доктора, Сью?

— Не стоит, через минуту я буду в порядке. Иногда у меня такое бывает перед месячными.

Не могла же я сказать тебе правду.

— Просто нужно побыть немного на свежем воздухе.

— Если хочешь, мы можем остановиться здесь.

— Нет, поехали дальше. Через пару минут, хорошо?

Я попросила тебя принеси из рюкзака мятные таблетки. Пресноватый вкус мела и мяты успокаивал. Я села на сухую траву и смотрела на высокие стебли коровьей петрушки, кивавшие зонтиками. Над головой изредка пролетали утомленные жарой насекомые. За моей спиной проносились автомобили, шурша шинами по мягкому щебню. Но я не могла заставить себя обернуться, зная, что там, в машине, — Найалл.

Вероятно, он был с нами с самого начала. Подслушивал, как я разговаривала с тобой в пабе, присутствовал на наших первых свиданиях, уселся в машину еще до того, как мы выехали из Лондона. Он все время был с нами, молча сидел позади, наблюдал и слушал. Мне никогда от него не избавиться!

Он вынуждал меня действовать. Если я действительно хочу жить как нормальные люди, я должна освободиться от него навсегда. Я уже не могу вернуться назад, к бессмысленной, праздной жизни гламов, а Найалл желает насильно привязать меня к себе, затащить на прежнюю дорожку, потому старается испортить и разрушить все, что угрожает его планам.

Я должна начать с ним войну. Не прямо сейчас — потрясение еще слишком свежо — и лучше бы не в одиночку. Я нуждалась в твоей помощи.

Я ждала, сидя в траве, а ты подошел и опустился рядом на колени еще минуту назад я даже подумать не могла о возвращении в машину, где по-прежнему сидел Найалл. Однако я понимала, что должна решиться, если хочу добиться своего, и это будет началом.

— Мне уже лучше, — сказала я. — Поедем.

— Ты уверена?

Ты помог мне подняться, и мы обнялись. Я сказала, что сожалею о причиненном беспокойстве, что теперь уже все должно быть нормально и, как только месячные придут, я почувствую себя гораздо лучше. Через твое плечо я смотрела на автомобиль. Заднее окно салона сверкало и вспыхивало, отражая солнечный свет.

Мы вернулись в машину, сели, пристегнули ремни. Я внимательно прислушивалась, пытаясь расслышать позади себя звук закрывающейся двери, поскольку Найалл тоже мог выйти из машины, пока мы сидели на обочине. Но невидимые умеют открывать и закрывать двери совершенно беззвучно.

Мы снова катили по дороге, и тут, собрав всю свою волю в кулак, я все-таки обернулась и решительно посмотрела на заднее сиденье. Я знала, что он там, ощущала присутствие его облака, но увидеть его было невозможно. Ничто не мешало мне смотреть на беспорядочную кучу карт и продуктов, на вещи в багажнике, но, когда я пыталась взглянуть на сиденье прямо позади себя, мне не удавалось сфокусироваться, будто некое препятствие отводило мой взгляд в сторону. Ничего, кроме мягкого сиденья и спинки, прогнувшихся под тяжестью невидимого тела.

Я отвернулась и смотрела только вперед, на дорогу, но теперь постоянно ощущала, что он сзади и все время смотрит нам в затылок.

Мы остановились в отеле «Грейт-Мальверн», в красивейшем месте — на склоне Мальвернских холмов. Прямо под окном спальни расстилалась долина Ившем. Не успели мы войти в номер, как я потащила тебя в постель: только так я могла удалить осадок от моего странного поведения. Как ни с того ни с сего начать разговор о Найалле? А если не говорить, то какое будущее нас ждет, коль он неотвязно следует за нами?

Я приняла решение на первых порах держаться так, будто Найалла с нами нет, просто забыть о нем на время. Но претворить это намерение в жизнь оказалось непосильной задачей. Весь вечер, пока мы гуляли среди холмов, а потом ездили ужинать, я избегала слишком личных разговоров. Ты, естественно, не мог этого не заметить. Когда мы вернулись в отель, я взяла у тебя ключи от номера и сама открыла дверь. Ты вошел первым, а я быстро проскользнула следом и резким движением захлопнула дверь за собой. Пусть это могло показаться тебе странным, но я была вознаграждена ощущением тяжести тела, навалившегося на дверь снаружи. Мне удалось-таки закрыть ее, и я быстро повернула ключ в замке. Задвижек на двери не было. Запертая дверь в отеле никогда не представляла для Найалла неодолимой преграды: он легко мог украсть ключ у горничной и позднее незаметно войти в номер. Но на это требовалось время — несколько минут, которых, как я думала, будет вполне достаточно.