Чтение онлайн

Октавиан с уважением отнесся к последней воле Клеопатры и похоронил ее рядом с Антонием. Затем он убил молодого Птолемея Цезариона, сына Клеопатры от Цезаря, который был слишком красив, умен, а главное близок к трону, чтобы можно было оставить его в живых. Детей Клеопатры от Марка Антония не тронули. Старшего ребенка, девочку по имени Селена, выдали замуж за союзника Октавиана царя Маврета-нии Джубу. Двух ее братьев отправили жить вместе с ней в Северную Африку, и больше о их судьбе ничего не известно.

Египет не был похож ни на одну другую страну Востока, захваченную Октавианом. Он был большим, богатым, имел многовековую историю. Октавиан не стал делать из него провинцию Римской империи, так как это повлекло бы за собой передачу права владения страной в руки наместника, назначенного сенатом. Он объявил себя фараоном и правителем Египта и назначил своего полководца Корнелия Галла, в чьей преданности был абсолютно уверен, править Египтом от имени нового фараона. После этого Октавиан вернулся в Рим, где его провозгласили Августом и первым императором Рима.

Являясь фараоном, Август контролировал огромную и главное богатую страну, выгодно использовав это для укрепления своего положения в Риме. Под его контролем находились и все поставки зерна, от которых так зависел Рим. Это было мощным политическим оружием, и Август стал использовать его с типично римской предприимчивостью.

Модель римской галеры для перевозки зерна. Стремительно увеличивающееся население Рима можно было накормить только за счет поставок зерна, которое привозилось в огромных количествах со всех уголков Римской империи. Торговые корабли, перевозящие зерно, сыграли важную роль в обеспечении Рима продовольствием.

К 30 году до н. э. Рим захватил Сицилию, Северную Африку и Египет — три самых плодородных и хлебных региона Древнего мира. Теперь миллионное население Рима, отчаянно нуждающееся в огромных количествах зерна, могло кормиться с земель Римской империи. Единственное, что требовалось, это наладить эффективную систему транспортировки. Так на свет появились могущественные корабли — зерновозы империи.

На протяжении веков частные торговцы привозили в Рим зерно, используя обычные корабли и традиционные морские пути. Строились эти корабли по стандартному образцу, с учетом двух основных факторов — они должны были выдержать плавание в водах Средиземноморья и управляться небольшой командой, что было немаловажно, так как для того, чтобы получить существенную прибыль, необходимо было максимально снизить расходы на транспортировку.

Размер этих кораблей варьировался, но, как правило, они были способны перевозить грузы, весом от 150 до 300 тонн. Корабли имели приблизительно 23 м в длину и 6 м в ширину. Корпус изготавливался из длинных обшивочных досок, скрепленных меж собой при помощи шипов и гнезд; чтобы придать корпусу прочность и жесткость, встраивались шпангоуты. Корма имела закругленную форму и заканчивалась элегантным округлым ахтерштевнем. Вдоль всего судна шла единственная палуба, под которой и хранился груз. Небольшое надпалубное помещение, сооруженное из дерева или парусины в задней части судна, служило укрытием для команды корабля, а маленькая печь из черепицы, в которой готовили еду, являлась безопасным источником света.

Корабли имели две мачты, каждая из которых несла по одному квадратному парусу. Главная мачта располагалась в средней части судна и могла достигать в длину 18 м. Фок-мачта, расположенная в носовой части под углом в 30 градусов, была значительно меньше. Парус на наклонной фок-мачте выполнял главным образом функцию руля. Судового руля не было, маневренность судна обеспечивала пара мощных рулевых весел, расположенных в кормовой части. Современная модель одного из самых маленьких кораблей могла развивать скорость в шесть узлов, и хотя она не могла идти в крутой бейдевинд, но выдерживала сильные порывы ветра.

Морские пути, по которым шли эти корабли, зависели от привычек моряков. Римские моряки предпочитали не плавать ночью, так как это таило в себе множество потенциальных опасностей. Поэтому с наступлением сумерек моряки бросали якорь. Не любили они плыть и во время шторма, предпочитая при первых же признаках надвигающейся непогоды укрыться в порту. Все это означало, что корабли оставались в прибрежных водах, где море было достаточно мелким для того, чтобы бросить якорь, и можно было найти порт, чтобы укрыться в непогоду. С другой стороны, это упрощало навигацию, так как капитан мог следовать к пункту назначения по береговым ориентирам.

Морские пути из Сицилии были короткими и прямыми. Из портов таких городов, как Сиракузы, Мессина и Агридженто, груженные зерном корабли пересекали пролив и подходили к Реджо, а затем следовали вдоль западного побережья Италии на север. Пунктом назначения этих кораблей, как, впрочем, и всех других, привозящих в Рим продовольствие, был город-порт Остия, расположенный в устье реки Тибр. В случае попутного ветра путешествие из Сицилии в Остию занимало три или четыре дня, в то время как северный ветер мог удерживать корабли в гаванях в течение многих дней.

Приблизительно в 100 году н. э. Остия, находясь на пике своего расцвета, насчитывала 90 тысяч душ населения. Гавань была огромной, а вдоль доков шли ряды огромных зернохранилищ, способных вместить тысячи тон зерна. Из Остии зерно перевозилось по Тибру на маленьких весельных лихтерах к пристаням, расположенным вдоль реки.

Корабли из Северной Африки направлялись в город Карфаген, где удобная гавань позволяла большому количеству кораблей укрыться и дождаться юго-западного ветра, чтобы затем осуществить однодневный переход к западному побережью Сицилии. Оттуда корабли шли в порт Реджо, а затем в Остию.

Морской путь из Египта в Рим был гораздо длиннее и сложнее. Корабли шли сначала вдоль побережья Африки к городу Карфагену, а лишь затем поворачивали на север. Это позволяло им оставаться в пределах видимости береговой линии, но значительно увеличивало продолжительность путешествия. В результате перевозка зерна из Египта обходилась Риму крайне дорого. До 100 года до н. э. Рим обращался к египетским источникам продовольствия только во время крайней необходимости, когда голод принимал размеры стихийного бедствия и любое длительное путешествие было оправдано. Но позднее египетское зерно стало завозиться в Рим регулярно, так как иного способа прокормить все возрастающее население города не было. Небольшое число египетских и римских капитанов приспособились совершать длительные переходы через открытое море. К 50 году до н. э. такой переход стал занимать около семнадцати дней при условии попутного ветра.