Чтение онлайн

22

Машина тут же быстро скрылась,

Восьмой главы исчерпав часть,

Судьба опять не возмутилась,

Забыв всю жизненную страсть.

Я видел смерти злую власть

Под хохот призрачной вселенной,

Она карала нас, смеясь,

Где жизнь была для нас презренной.

23

Анастасия.... Боже мой!

Она лежит и еле дышит,

Струится кровь по мостовой,

И сердце боль уже не слышит.

Душе подняться нужно выше,

Чтоб ощутить судьбы итог,

Чтоб дух предать заветной нише,

Но ангел смерти изнемог.

24

Она жива, жива, для смерти

Ещё не пробил в жизни час,

Вы жизнью боль души измерьте

Меж сбитых смертью тихих фраз.

Реанимация....... Сейчас

Наркотик плоти даст истому,

Её шприц мягкий в этот раз

Предаст в услужливую кому....

25

Когда ж, ликуя, дух освободиться

Из плоти пагубных темниц,

Когда его взмах крыльев распрямится,

Не ведая физических границ...?

Но всё же во время чуть-чуть остывший шприц

Ласкает промедолом тело,

И боль уходит из ресниц,

Не доведя жизнь до предела.

26

Часы идут, хирург усталый

Берёт то скальпель, то зажим,

Да случай право не бывалый.

Страх смерти в жизни вечный сын,

Такое не случалось с ним,

Чтоб тело так могло терпеть,

Плоть под стремительный нажим

Могла уж трижды умереть.

27

А где мой Ян? Ещё не знает...?

Да нет, мой друг, уж мчится он,

В нём сердце дико замирает,

И просыпается дракон.

В больнице гул со всех сторон

Страшится денежных затрат,

Мой Ян не слышит этот звон,

Забыв набросить здесь халат,

28

Он рвётся в запертую дверь.

Жизнь без неё кромешный ад.

Попробуй боль его измерь,

Смерть завершает променад.

В душе беснуется набат

Крик боли.... Гул.... Колокола!

В мгновенье это рот зажат,

В миг вера в счастье умерла.

29

Так шли часы, как верный пёс,

Он ждал известье из-за двери,

Он мог бы смерти всякий взнос

Внести уже в конце недели.

Владыка мрачных подземелий,

Та дама с острою косой

Порой стреляет мимо цели

Своею дряхлою рукой.

30

Я б сбросил с лир её оковы,

Вернув отверженных поэтов,

Их воскресив строками снова,

Среди открытий и запретов.

Но нет в театр смертей билетов,

На сто задач один ответ.

Среди молчанья и советов

Кто в смерть войдёт здесь как поэт?

31

Проходит день за ним другой,

Она жива, но плоть блуждает в коме.

Мой Ян, ты сам себе чужой,

Едва ли вспомнишь здесь о доме.

Чего уж ждать от этой боли,

Страданье в жизни лишь закон,

Дух во плоти всегда в неволе,

Он здесь утратой ослеплён....

32

Что ж в ожиданье дух всегда томится,

Он ярко чувствует в себе добро и зло,

И вряд ли это может долго длиться

И грызть уставшее нутро.

Так быть наверно не должно,

Пора бы небу силой поделиться,

Быть в вечном страхе не смешно,

Дух должен снова возродиться.

33

Он должен возродится.... Всё же

Душа в судьбе потребует обман,

Ложь духу истины дороже,

Когда он встанет от удара сам.

Здесь волю страхам новым я не дам,

Они не чтят удачу производства,

Дух принимал восторженный Коран,

Где красоту не ждал впредь от уродства.

34

В глухих трущобах мирозданья

Дух воскрешал убитые сердца,

Включив в груди резервы испытанья,

Он доводил дела все до конца.

Вот и сейчас Ян вспоминал отца,

Который не был никогда героем,

Он жил всегда для красного словца

И промышлял бесчувственным разбоем.

35

Вдруг.... Тсс.... Быть может это голод,

Галлюцинаций променад?

В конечности врывался слабый холод,

Ян не страшился его лат.

Постой, он может и не враг.

Хлад не стремит прибрать всё тело,

Он подаёт здесь Яну знак,

Но как-то вяло и не смело.

36

Уж ночь, блуждая по палатам,

Меж коек задувает сны,

Она не слишком виновата,

Во снах теряются мечты.

Пройдя сестринские посты,

Ночь погружается в раздумье....

Читатель мой, не дремлешь ты,

Готов меж строчек посетить безумье?

37

Да, да.... Вот и она....

Плывёт по тёмным коридорам,

Рукой касается стекла

Всё тем же дьявольским узором.

Вдруг страхи стен бегут по норам,

Нечёткий свет касается лица

Холодным потом прилипает к порам,

Ян в тени узнаёт отца.

38

Он поседел, утратив солнца свет,