Чтение онлайн

— Это свои, — сказала Неясыть. — Должно быть, Ильсар.

— Кто?

— Брат нашего повелителя. Его помощник и правая рука. Ну, да. Точно он. Теперь он поведет вас дальше. А мне пора.

Из-за ближайшей скалы показалась группа воинов, одетых в легкие доспехи. Впереди всех шагал, видимо тот самый Ильсар, судя по воинственному виду и надменному взгляду. Они двигались с такой решительностью, что, казалось, нас хотят арестовать. Я остановилась, и все мои спутники встали позади меня, только Неясыть продолжала смело идти на встречу воинам.

Поравнявшись с ними, она крикнула какое-то приветствие, и они ответили ей, чуть замедлив шаг. О чем-то быстро переговорив с главным, Неясыть, обернулась, махнула нам рукой и очень быстрым шагом, почти бегом отправилась в сторону гор. Ильсар приблизился к нам и произнес:

— Приветствую вас в Гиперборее.

Почти ничем все эти люди, что встречались нам по пути во дворец, не выдавали в себе титанов. Некоторые из них были даже ниже меня ростом. Правда встречались и великаны. Но и среди людей, как известно, такое не редкость. Однако все они обладали какой-то непостижимой величественностью, и именно эта их внутренняя скорее, а не внешняя черта, отличала всех их от людей.

Город был прекрасен. На протяжении всего нашего пути ко дворцу диктатора Прона я не встретила ни одного заурядного здания. Величественные мраморные колоны, расписные фронтоны, изящные портики — все притягивало мой взгляд. Возможно, были в городе и попроще сооружения, но мы шли по центру, где я таких не встречала. К тому же в столице во всю светило солнце и было довольно тепло, отчего город казался еще более уютным и особенно нам, только что явившимся из-за гор, где царствовала суровая погода тундры. Мы подходили ко дворцу, который был виден почти от самых гор, и тот, кто строил его, явно страдал гигантоманией.

— Это Дворец Справедливости. Раньше здесь заседал совет старейшин, — на ходу рассказывал Ильсар.

— Он такой огромный…

— Главное здание в городе должно быть самым большим. Разве вы не согласны?

— Это спорное утверждение, — ответила я. — К чему эта показная величавость? Впрочем, это ведь было построено еще до Прона?

— Да. Раньше здесь постоянно ошивалось огромное количество разного сброда: старейшины, их приближенные, приближенные их приближенных, слуги приближенных и все их домочадцы.

— И где они все теперь?

— Не здесь, — уклончиво ответил Ильсар и поспешил перевести разговор на прежнюю тему:-Большое правительственное здание — это залог успеха власти. Наши граждане должны чтить эту власть и бояться.

— Особенно бояться.

Последняя моя фраза прошла незамеченной.

Бес вылез из сумки и перебрался на спину Шабура, восторгаясь архитектурой Аполло-Порт. Некоторые жители столицы, проходя мимо нашей процессии, обращали внимание на этого колобка. А он, как ни в чем не бывало, строил рожи.

— Бес, если ты сейчас же не перестанешь гримасничать, я за себя не ручаюсь, — предупредила я его. — Веди себя прилично!

— Мы отведем вашего коня в конюшню, — предложил Ильсар, когда мы были уже возле ступенек дворца.

— Хорошо, только, прошу вас обращаться с ним вежливо. Это кентавр, — предупредила я его и обратилась к своему другу: — Шабур, все будет хорошо. Если что, я знаю, где тебя найти.

— Снимите меня с него! — послышалось из-за гривы.

— Спускайся сам!

Мы с Троей начали подниматься по ступенькам, вскоре нас догнал Бес. Ильсар шел впереди и то и дело оборачивался, словно проверяя, следуем ли мы за ним. В холле было совершенно пусто. Никакой политической жизни, видимо, здесь не происходило больше. Все теперь решалось в голове одного единственного властителя. Наши гулкие шаги раздавались в сводах, поддерживаемых ионическими колоннами. Я пыталась представить себе, как все тут происходило раньше: важные старейшины, слуги, писари, глашатаи, шум, споры, обсужденья. Жизнь здесь кипела. Это было видно даже потому, как исшаркан был мраморный пол. На колоннах все еще оставались какие-то надписи, видимо, особо ретивых деятелей. Возле окон располагались скамьи, на которых, наверное, некогда восседали важные особы и вальяжно беседовали или горячо спорили о чем-то…

О государственном устройстве Гипербореи я знала лишь понаслышке. В общем, ничего такого уж сверхъестественного в том, что эта держава, бывшая по своему устройству демократической республикой, вдруг обрела диктатора, не было. Ведь все соседние наместничества являлись не чем иным, как деспотиями, в том самом первоначальном виде, как повелось еще с первых человеческих государств. Но Гиперборея исконно была демократической, еще с допотопного времени. Она никогда не находилась под властью Лютого Князя, ведь не все титаны стали служить ему после великого наводнения. Однако они находилась в его ведомстве, так как поселились по Ту Сторону. Тогда гипербореям пришлось заключить с Хозяином соглашение, по которому он — не вмешивался в их дела, а они — не участвовали в его предприятиях. Поэтому, ни у кого из здешних титанов не было такой силы, какая была дана наместникам. Однако при этом они не переставали быть детьми ангелов. Я решила понаблюдать, каким образом же это выражается в их повседневной жизни.

Пока же в проходящих мимо я ничего особенного не замечала, кроме того, что в их одежде замысловатым образом сочетались древне-римские элементы и кожно-меховые вариации местных человеческих племен. Видимо со здешними людьми гипербореи все-таки активно контактировали. Взять хотя бы Неясыть…

Я не смогла с улицы определить, сколько же этажей имело это здание, настолько замысловата была его архитектура. Мы начали подъем наверх по бесконечным ступенькам широких лестниц, покрытых пушистыми коврами, на которых были вышиты национальные орнаменты. Ильсар шел впереди, как и полагалось гиду или провожатому, за ним я, оглядываясь кругом и дивясь, за мной — равнодушная к великолепию Троя и уставший от всех этих прикрас и бесконечных ступенек Бес.

Перед тем, как мы подошли к апартаментам Прона, Ильсар предупредил:

— Собаку и вашего…,-он замешкался, пытаясь, видимо, определить морфологию Беса, — ручного гнома я прошу оставить у входа.

— Почему же?

— Принципал будет разговаривать лишь с наместницей. Без лишних глаз и ушей.

— Кто? Принципал?

— Принципал Прон, так мы его зовем.

— Ну, это вы его так зовете, потому что служите ему. Я же таким образом называть его не намерена, — сказала я и обратилась к своей собаке: — Троя, побудь здесь. Только никуда не уходи. И пожалуйста, проследи за тем, чтобы Бес никуда без моего ведома не совал свой нос.

Ильсар распахнул предо мной дверь. Странно: за ней я не увидела того, чего ожидала увидеть. Никакой роскоши, к которой обычно стремятся многие внезапно обретшие власть дикторы. Аскетический кабинет: стол стул, огромный шкаф, наполненный книгами. Самого хозяина в нем не было, но я заметила еще одну дверь.

— Она ведет в покои принципала. Он иногда совмещает работу и отдых, — пояснил Ильсар, заметив мой взгляд.

Я пожала плечами, показывая этим, что мне нет никакого дела до того, что кабинет и спальня диктатора находятся рядом.