Чтение онлайн

Были и более профессиональные преподаватели, но единицы. Вообще Гейзер поделил для себя способности всех целителей на три группы: первая — слабые, вторая — средние, третья — сильные.

Первая группа не знает, как делать и что делать. Такие целители не умели диагностировать и не понимали, как именно надо работать. Люди обычно случайные в этом деле — это бывшие инженеры, домработницы, люди не нашедшие свое призвание в жизни и поймавшие, как им показалось птицу удачи. Пройдя много различных по направлениям оккультных курсов, законспектировав всевозможные приемы и способы оздоровления, они просто не могли в этом разобраться. Применяя только то, что им лучше удавалось делать, они применяли это абсолютно во всех случаях. Если не удавалось добиться эффекта, то в дело шла известная песня — у больного находили сглаз или порчу, в особо сложных случаях родовую порчу. Это позволяло им затрагивать темы не связанные со здоровьем, например, безбрачие, приворот, решение всех проблем связанных с бизнесом. Конечно, они даже не догадывались, что целебные потоки совершенно не совместимы с ситуационными потоками, поэтому эффективность их работы была минимальной. А в большинстве случаях их вмешательство в процесс выздоровления больного было просто вредным для него.

Вторая группа знает, как делать, но не знает для чего. Сюда входили хорошего уровня энергетики, но не целители по натуре. Они уже знали, как вылечить ту или иную болезнь, но не могли или не хотели докапываться до механизмов влияния биопотоков на пациента. Обычно для них целительство было сопутствующим элементом их основной деятельности.

Третья группа знала, что делать и как делать. Основу этих целителей составляли профессиональные врачи, то есть люди, осознанно выбравшие эту профессию для себя. Проучившись пять лет в институте, потом два года в ординатуре, плюс постоянная практика и работа с больными создавали прочный фундамент знаний. И когда на все это накладывались знания нетрадиционных способов лечения, получался уникальный симбиоз целительства. Что он давал? Во-первых, всегда точная диагностика, не было случаев, чтобы они не могли поставить диагноз. Во-вторых, зная в совершенстве анатомию человека, они применяли наиболее простые и надежные способы лечения. В-третьих, если они понимали, что необходимо применить традиционные методы лечения, то не стеснялись сказать об этом пациенту. Например, прописывали медикаментозный курс лечения или даже стационар. За свою жизнь Гейзер встретил только трех целителей из этой группы. Правда он знал еще одну девушку, вполне сильную целительницу, которая поняла, что ей не хватает знаний и поступила в медицинский институт. Поэтому, окончив его, она могла стать четвертой уникальной целительницей.

Когда Гейзер понял, что никогда не сможет перейти из второй группы в третью, просто не имея на это призвания, он оставил практику целительства. Тем более что надо было зарабатывать деньги, хорошие деньги, которые ему требовались для продолжения своего совершенствования и различных экспериментов. А прилично заработать на целительства было невозможно, если конечно не начать разводить людей на несуществующие болезни и проблемы, но этого делать он не хотел.

* * *

Хонда выехала на Воробьевы горы и остановилась у смотровой площадки. Алекс вышел и увидел Алену, которая стояла на смотровой площадке. У него создалось впечатление, что кто-то перепутал позитив с негативом. Выглядела она как в первое знакомство, только цветовая палитра поменялась на противоположную. Ботфорты, чулки и топик раньше были черные — теперь белые, а юбка, шуба и волосы были белые — теперь черные.

— Привет, тебе идут черные волосы.

— А я думала, что ты не заметишь. Мог бы и поцеловать, — стукнула она пальчиком по своей щеке.

— Ну, извини, — и он чмокнул ее в показанное место.

— Вот так всегда, мужик без подсказки ничего сам сделать не может.

— Я буду стараться, — соврал Алекс. — Куда поедем?

— Уже поздно, давай просто покатаемся. Мне просто хотелось побыть немного вместе, — и Алена пошла к машине.

«Надо же, и мне хотелось побыть вместе», — подумал он, тоже садясь в машину.

— Как у тебя дела? — спросила она, удобно устроившись на месте.

— Да все мотаюсь, то одно, то другое, в общем не интересно. Лучше расскажи как у тебя? Как там твоя Ева? — задал он интересующий его вопрос и поехал по направлению к дому.

— Ага, понравилась? Вот она эффектная, я знаю. Она всем мужикам нравиться, — заголосила Алена.

— Ты что ревнуешь? — решил спровоцировать ее Алекс.

— А чего спрашиваешь про нее?

— Она же твоя подруга, а мы вчера расстались и даже не попрощались.

— Я уже говорила, она мне не подруга. Она была сексуальным партнером, а сейчас все в прошлом.

— Как ты могла подумать, что она выглядит лучше тебя? — он положил ей руку на апетитную часть ножки у края юбки и стал тихонько ее поглаживать.

— Вот, а то Ева, Ева, — и она стала поглаживать его руку, которая гладила ее.

Алекс выехал на Проспект Вернадского и остановился у какого-то дома. Взял в свои руки ее лицо и крепко поцеловал. Он чувствовал, как она стала заводиться, отвечая на поцелуй все ярче и сильнее. Потом неожиданно отбросила его от себя.

— Я очень тебя хочу, как сука, у которой течка. Инстинкт воспроизводства толкает меня к соитию с тобой, — она просто кипела от страсти.

— И как ты это себе представляешь? В машине?

— Фу, банально, это потом когда сблизимся. Как у тебя готовность? — и она, расстегнув ему ширинку, залезла туда рукой. — Так мы уже в готовности, тогда вперед.

Она выскочила из машины и побежала к ближайшему дому, Алекс вылез и пошел следом. Открыв подъезд, она повернулась:

— Как думаешь лучше второй или третий этаж?

— Для чего? — не понял он.

— Правильно пойдем на третий, — и побежала вперед.

Алекс стал подниматься по лестнице и увидел ее между вторым и третьим этажами. Она уже все подготовила: открыла окно, которое выходило на проспект, бросила свою шубу на подоконник и залезла на него, встав на четвереньки. Половина тела вылезало наружу, и как она балансировала на краю, оставалось загадкой.

— Ну, что ты ждешь, разве ты не готов? — и она закинула юбку на поясницу, стрингов на ней, естественно уже не было.

— Я готов, — Алекс приспустил штаны и стал пристраиваться сзади.

— Не туда, мы же с тобой договорились, что туда только по любви. Выше, бери выше!

— Извини не соорентировался, — он на всякий случай придвинул ее за бедра к себе и подальше от проема окна.

— Попал, молодец! Давай, давай! — она почти кричала.

Он ускорил темп, и когда волна наслажденья должна была его накрыть, он вдруг понял, что трение пропало. А мимо него проносятся ее сапоги. Молниеносно среагировав, он схватил ее за щиколотки, но масса ее тела уже начала падать и потянула его за собой в окно. Им помогло то, что под его ногами был отопительный радиатор и Алекс сунул под него мыски ботинок. Неожиданный рывок вперед, он компенсировал благодаря своей массе тела, а рычаг ног позволил ему уверенно застыть на месте.

Картина была впечатляющая. Здоровый парень держит на вытянутых руках за щиколотки девушку, весящую вниз головой. Вся ее одежда задралась вниз, руки его были разведены, и он тупо смотрел ей между ног. Про то, что у него спущены штаны с вытекающим отсюда пикантным видом, даже упоминать не будем.

Выйдя из ступора, он аккуратно втянул ее обратно.

— Ух! — выдохнула она и посмотрела вниз. — Ты что не успел?

— Успеешь тут с тобой, — он тоже посмотрел вниз. — Уж извини.

Он резко развернул ее, наклонил и несколькими движениями закончил свое дело.