Гетто
Шрифт:
— Может, послать за вином?
— Только не для меня, благодарю, — сухо отказался Кенри.
И встретил холодный взгляд полковника.
— Прежде всего, — сказал полковник, — я хочу, чтобы вы знали, что я не разделяю этих абсурдных расовых предрассудков по отношению к вашему народу. Нетрудно убедиться, что китяне биологически идентичны Звездам. И даже превосходят некоторых из них. — Он презрительно взглянул на Домса. — Правда, существует значительный культурный барьер, но этим можно пренебречь. Лично я, например, буду только рад способствовать тому, чтобы вы влились в наши ряды.
— Благодарю вас, сэр, — у Кенри закружилась голова. Еще ни один китянин за всю историю не поднимался так высоко. И кто бы мог подумать, что именно ему выпадет эта честь!.. Он услышал, как Дорти тихонько вздохнула, незаметно дотронувшись до его руки. На душе потеплело.
— Я… я буду стараться изо всех сил…
— Так ли это? Я хотел бы знать. — Фром Канда наклонился вперед, зажав костлявые руки между колен. — Давайте говорить напрямую. Вам, так же как и мне, прекрасно видно, что империю ждут великие испытания, и если она выдержит их, то только благодаря немногим решительным людям, которые объединят усилия и возьмут дело в свои руки. Мы не можем позволить себе роскошь иметь в рядах слабаков. И тем более, мы не имеем права позволить находиться среди нас сильному человеку, который не предан всецело нашему делу.
— Я буду… верным, сэр, — сказал Кенри. — Что я еще могу?
— Очень многое, — ответил полковник. — Хотя это наверняка покажется вам отвратительным. Особенно ценны для нас ваши знания. Вот, например, новый налог на Кит-таун. Это никакое не очередное издевательство, просто нам очень нужны деньги. Финансы Империи находятся в плачевном состоянии, и сейчас даже такой маленький доход сильно облегчит дело. И потом будут новые обложения и на Кит, и на всех остальных, а ваша задача — помогать нам проводить эту политику так, чтобы ваши люди не пришли в конце-концов к выводу, что им следует вообще оставить Землю.
— Я… — Кенри сглотнул, внезапно почувствовав себя плохо. — Но не ожидаете же вы…
— Что ж, нет так нет, я не могу заставить вас, — сказал фром Канда. В его холодном голосе вдруг мелькнули нотки симпатии. — Я просто вкратце предупреждаю вас о том, что ждет вас в дальнейшем. Но вы могли бы значительно облегчить участь очень многих из ваших… бывших… соотечественников, если бы согласились помогать нам.
— Но почему… почему бы не относиться к ним, как к нормальным людям? — спросил Кенри. — Мы всегда поддерживаем тех, кто нам настоящий друг.
— Три тысячи лет истории не отменишь декретом, — сказал фром Канда. — Вам это известно не хуже, чем мне.
Кенри кивнул. Мышцы его шеи чуть не лопнули от этого.
— Я восхищен вашей смелостью, — сказал аристократ. — Вы не побоялись вступить на тяжкую стезю. Но хватит ли у вас мужества пройти по ней дальше?
Кенри потупился.
— Конечно, он сможет, — мягко сказала Дорти.
Лорд Домс хихикнул.
— Новый налог, — сказал он. — Нужно скорее ввести новый налог. У меня на крючке сейчас один шкипер-томми. Сами знаете, неудачный рейс, долги, ха!
«Красное и черное и ледяная голубизна и свист поднимающегося ветра».
— Заткнись, Домс, — сказал полковник. — Ты мешаешь.
Дорти склонила голову на плечо Кенри.
— Спасибо, дядюшка, — сказала она. Голос ее был мелодичен. — Если вы станете нашим другом, то у нас все получится на славу.
— Надеюсь, — ответил фром Канда.
Кенри почувствовал нежный аромат волос Дорти. Он ощутил, как золотые волны гладят его щеку, но по-прежнему не поднимал глаз. В нем гремели громы и царила тьма.
Домс рассмеялся:
— Нет, я все-таки расскажу вам об этом шкипере, — сказал он. — Он задолжал фирме деньги, понимаете? И согласно контракту, если он вовремя не заплатит, я могу забрать его дочку. Да вот только его экипаж собирает для него недостающую сумму. Нужно их остановить. Говорят, что эти девицы-томми в постели просто чудо. Как вы считаете, Кенри? Ведь теперь вы один из нас. Как они на самом деле? А правду говорят, что…
Кенри встал. Комната плыла перед глазами и он смутно подумал, что это, должно быть, он сам покачивается.
— Домс! — рявкнул фром Канда. — Если ты не заткнешь наконец свою глотку…
Кенри одной рукой сгреб тунику лорда Домса и рывком поднял его с дивана. Другая рука вдруг стала кулаком, который со свистом врезался в ненавистное лицо.
Он стоял над телом, бессильно свесив руки. Домс стонал на полу. Дорти чуть слышно вскрикнула. Фром Канда вскочил, хватаясь за оружие.
Кенри опустил глаза. Голос его был хрипл:
— Давайте, арестовывайте меня. Давайте, давайте, чего же вы ждете?
— К-к-кенри… — Дорти коснулась его трясущимися руками.
Фром Канда усмехнулся и ногой пнул валяющегося на полу Домса.
— Хоть вы и не очень мудро поступили, Кенри Шаун, — сказал он, — но вообще-то он давно напрашивался. Я позабочусь, чтобы вам ничего за это не было.
— Но как же та девушка из Кита…
— Обещаю вам, что с ней тоже все будет в порядке. Если, конечно, ее отцу удастся собрать деньги. — Холодные глаза остановились на лице Кенри.
— Но помните, друг мой, что жить одновременно в двух мирах нельзя. Вы теперь больше не принадлежите Киту.
Кенри выпрямился. Теперь, хоть на душе у него было мрачно, он успокоился и голова его стала ясной.
Открыло ему глаза и подсказало, что нужно делать, недавнее воспоминание — получеловеческое лицо, глаза, лишенные надежды, и голос, который говорил:
— Человек жив по-настоящему, если только у него за душой есть что-то, за что он с радостью отдал бы жизнь…
— Спасибо, сэр, — сказал Кенри. — Но я принадлежу Киту.
— КЕНРИ… — голос Дорти сорвался. Схватив его за руки, она безумно заглядывала ему в глаза.