Чтение онлайн

– Так. Можем двигаться дальше. Думаю, нам понадобятся две ночи, чтобы пересечь равнину. Лагерь будем устраивать с особой осторожностью: местность открытая – мало ли что. И не отклоняйтесь от заданного маршрута. Хорек, ты первый, потом Куколка. Тирдал, пойдешь последним – за Гориллой. Если почувствуешь что-нибудь необычное, тотчас дай знать.

– Понял, сэр, – ответил капитану Тирдал. Человек бы обиделся, если бы его сочли угрозой общей безопасности и поставили в конец цепочки – на всякий случай. Никто не знал, что чувствовал дархел, да сейчас никого это и не волновало. Главное – не напугать шумом стадо насекомых.

Разведчики медленно и бесшумно проползли километра три, запылились и вспотели, испачкались в испражнениях гигантских жуков. Им поминутно встречались огромные кучи помета, в которых копошились местные жуки-навозники, растаскивая фекалии на мелкие кучки. Запах стоял ужасный: ни люди, ни тем более дархел никогда в жизни не сталкивались с подобным зловонием. Но источник запаха был тот же, что и в привычных для них мирах: гниющие переваренные растения и анаэробные бактерии.

Примерно за час до восхода, когда Шива и Благовест уже начали беспокоиться, Хорек доложил:

– Есть низина. Сухая. Можно окопаться.

– Оставайтесь на местах. Сейчас проверю, – приказал Шива. Он прополз мимо членов отряда и поравнялся с Хорьком. – Да. Самое то. Поторопимся, скоро рассвет.

К тому времени как взошло здешнее солнце, собровцы укрылись в ложбине под прикрытием травы и защитных камуфляжных сеток. Сон разведчиков охраняли двое пригнувшихся к грунту часовых – с северной и южной сторон. И до полудня все шло нормально.

Солнце находилось в зените, голубое небо было покрыто молочно-белыми кучевыми облаками. В поле зрения часовых, Гориллы и Благовеста, появилось стадо небольших, размером с пони, насекомых. Медленно приблизившись, они стали пастись около лагеря. Затем, видимо привлеченные необычным запахом, пошли прямо на разведчиков.

– Что будем делать, сэр? – спросил Горилла.

– Самое главное – не напугать их, – ответил командир. – Будем надеяться, что они пройдут мимо, не заинтересовавшись нами. Мы не трогаем их, они не трогают нас.

– Понял, сэр, – ответил Горилла, на всякий случай покрепче сжав в руках винтовку.

Он не изменил положения даже в ту минуту, когда семейство из шести насекомых прошло прямо над ним, не наступая на неровную поверхность – его спину. Горилла слышал, как щелкают около его уха челюсти, срезая траву, чувствовал, как насекомые шершавыми боками задевают его ноги, как обнюхивают лицо. Он до смерти испугался, но остался целым и невредимым: травоядные быстро поняли, что он несъедобен.

– Бог мой. Ушли, – только и смог вымолвить техник, провожая насекомых взглядом.

– Могло быть гораздо хуже, – сказал Благовест.

– Не хочу даже думать об этом.

Однако вскоре действительно стало хуже. Местный аналог летучей мыши был размером с птерозавра и охотился днем. Пять таких мышей лениво парили над равниной. Потом, заметив отряд своим острым зрением, подлетели для более детального осмотра. Через некоторое время они уже кружились над лагерем, словно чудовищные грифы, заслоняя собой солнце. Тень одного такого существа укрывала все место, занятое лагерем.

– А что теперь, сэр?

– Главное – не стрелять. Иначе мы их раздразним, и жди неприятностей.

– Понял, сэр. Но хотелось бы, чтоб они поскорее сгинули. Такое ощущение, что вот-вот на нас обрушатся.

– Смотрите, они снижаются! Эти твари запросто могут унести того «носорога». Не хочу попасться к ним на обед.

– Есть идея. Где твои роботы? – спросил Благовест.

– В пятидесяти метрах, сэр. Кажется, я вас понял. Заставим дроида пошуметь и посмотрим, что произойдет.

– Да, – подтвердил Благовест. – Будь готов стрелять, если что.

– Нет проблем, сэр. Хотите, чтобы я палил по этим пташечкам?

– Если только станут атаковать. Действуй, они и впрямь снижаются.

– Есть, сэр.

Горилла взялся за джойстик и заставил робота кружить на месте, изображая раненое животное.

Один из «птеродактилей» сложил крылья и бросился вниз, удивительно напоминая терпящий крушение самолет из исторической хроники. Открылась чудовищная пасть, обнажив зубы, явно предназначенные для пробивания панцирей и кромсания плоти.

Перед самой посадкой тварь раскрыла крылья, чтобы затормозить, изогнула шею и сомкнула челюсти на корпусе робота. Тот отреагировал точно по программе, выпустив смертоносные иглы, пронзившие челюсть и голову животного. Оно тихо вскрикнуло, распласталось и забило крыльями, пытаясь освободиться от жгучих игл. Робот втянул свои шипы, и чудовище, выплюнув его, попробовало взлететь.

Но дело сделано. Смертельно раненый «птеродактиль», едва приподнявшись, опрокинулся на спину. Через пару минут все было кончено.

Другие птерозавры, почувствовав неизвестную опасность, взмыли под облака и полетели искать привычную добычу.

– Убрались, – вздохнул Горилла. – Надо бы облегчиться, а то штаны намочу. Можно отойти с поста, сэр?

– Нервы шалят? Что-то подсказывает мне: пора менять часовых. Буди Кинжала и делай, что надумал. Не теряй времени. Я жду.

На закате, когда командос готовились выступать, Горилла обнаружил, что робот, подвергшийся нападению, поврежден куда сильнее, чем можно было предположить. Пришлось активировать самоуничтожение и закопать дроида.

К концу ночи командос снова вошли в лес у подножия холма, с которого им, наверное, удастся осмотреть подозрительную местность.

Они устроили лагерь в лесу, выставив двух часовых и запустив в небо «стрекоз» для обеспечения безопасности. Техник не спал весь день, принимая специальные таблетки. Этой ночью начнется самая опасная часть маршрута.

Подъем оказался трудным. Густая растительность на склоне прикрывала россыпи обломков древней лавы, которые предательски норовили выскользнуть из-под ног. Маленькие камни то и дело шуршали, скатываясь вниз сквозь кусты, а большие больно царапали руки и ноги, несмотря на сапоги и перчатки. Пыль стояла столбом. Пыльца здешних цветов вызывала аллергию. Зудело в носу, жгло глаза, горел язык во рту. В общем, десантники чувствовали себя отвратительно. Удержаться на месте было нелегко, и перегруженные Горилла и Куколка не раз скатывались на несколько метров по склону, похожему на наждачную бумагу, а потом с руганью продолжали восхождение. Крепко сложенный Тирдал, цепляясь руками за каждый надежный выступ, идеально балансировал и медленно, но без падений продвигался вверх, вызывая тихую зависть спутников.