Чтение онлайн

Несколько мгновений Тревельян пребывал в нерешительности, потом расслабился и перестал сопротивляться.

— Мы ведь друзья, да? — спросил он с легкой насмешкой в голосе.

— Надеюсь, что так.

— А как же Гарри?

— Мы любим друг друга, — тихо ответила Клер.

— Разве есть разница между любовниками и друзьями? — спросил Тревельян, когда они переходили через ручей.

— О да. Большая разница, очень большая…

— И что же важнее? Клер задумалась.

— Мне кажется, без друзей жить нельзя.

Когда они наконец добрались до маленькой двери в западном крыле дома, Тревельяна знобило так сильно, что Клер с трудом поддерживала его. Войдя в комнаты, она позвала на помощь Омана. Гигант появился немедленно, поднял Тревельяна на руки и понес по лестнице наверх.

Клер стояла рядом, наблюдая, как Оман укладывает Тревельяна в постель. Она впервые видела такую сильную лихорадку. Тревельян свернулся в клубок, и Оман закутал его в одеяло.

— Он поправится? — спросила Клер.

Ей казалось, что Тревельян не жилец на этом свете, так ужасно он выглядел.

— Все в руках Аллаха, — пожал плечами Оман и вышел из комнаты. Клер подумала, что слуга пошел за лекарством, но, когда через несколько минут он не вернулся, пошла в гостиную и обнаружила его стоящим у окна. Оман ел банан и разглядывал полную луну.

Клер понимала, что Тревельяна нельзя оставлять одного.

— Я хочу, чтобы ты пошел к моей сестре, — сказала она Оману, стараясь сохранять спокойствие. Ей надоели слуги, которые только бездельничают. — Ты знаешь мою сестру? Молодую девушку?

Оман смотрел на нее, утвердительно кивая головой.

— Я хочу, чтобы ты пошел к ней и попросил сказать всем, что я заболела. Никто не должен знать, что меня нет в комнате. Пусть Сара скажет Гарри, что я плохо себя чувствую и не могу увидеться с ним. — Она задумалась. Но что делать с ужасной мисс Роджерс? Ладно, Отродье что-нибудь придумает. — Скажи сестре, что никто не должен знать, где я. Передай, я щедро заплачу.

Оман кивнул головой и вышел. Клер вернулась к Тревельяну.

— Могу я что-нибудь сделать для вас? — спросила она.

— Мне холодно, ужасно холодно!

Девушка без колебаний залезла под одеяло и прижала Тревельяна к себе, пытаясь согреть его. Чувствуя, как передается ей дрожь Тревельяна, она представляла, как ему плохо.

Клер прижимала его к себе, гладила мокрые волосы, шептала слова утешения, как ребенку. Она испытывал странное чувство, лежа рядом с этим человеком. Тревельян прижимался к ней, цепляясь за руку, как будто боялся, что она уйдет.

— Ш-ш-ш, мой дорогой, — шептала Клер. — Спи, засыпай.

Девушка не знала, слышит ли ее Тревельян, но уговоры возымели действие: он расслабился в ее объятиях, а она продолжала гладить его по спине.

Тревельян уткнулся лицом в шею Клер, положил подбородок на ее плечо, и постепенно страшный озноб утих. Она нежно гладила его по голове, поправляла волосы и улыбалась про себя. Сейчас Тревельян уже не казался ей старым, не раздражал своим цинизмом. Он был похож на маленького ребенка, которому нужна мать. Она улыбнулась и прикоснулась губами к его лбу, а он еще сильнее прижался к ней. Прошел час, прежде чем вернулся Оман.

— Все в порядке, мисс, — доложил он.

Не выпуская Тревельяна из объятий, Клер взглянула на слугу и тут же заметила, что на его тюрбане нет изумруда. Он общался с ее сестрой, и Клер сразу догадалась, что произошло.

— Где твой камень? — спросила она строго. Вместо ответа Оман пожал плечами.

— Ты дал ей камень на время или отдал навсегда?

— Я одолжил его всего на три дня. Скромная драгоценность будет чудно смотреться на таком молодом и прекрасном существе.

— Ну, Отродье! — прошептала в бешенстве Клер и взглянула на спящего Тревельяна. Во всяком случае, Сара Энн точно сделает все, как надо. Отродье наверняка получает удовольствие от этой игры и лжет так искусно, что никто не узнает об отсутствии Клер.

Девушка решила, что гораздо легче узнать человека, когда ухаживаешь за ним. К полуночи Тревельян глубоко заснул, и Клер смогла встать. Она постояла минуту у кровати, глядя на своего пациента и чувствуя себя совершенно измученной. Танцы, длительная прогулка и страх, вызванный внезапной болезнью Тревельяна, лишили ее сил. Клер больше всего хотела нырнуть в постель и заснуть, укрывшись пуховой периной.

Тревельян лежал на спине и спокойно спал. Клер клонилась и убрала прядь волос с его лба. У Тревельяна были длинные волосы, и эта прическа шла ему. Оман зажег свечи, и Клер отметила про себя, что на лице Тревельяна появился здоровый загар, он уже не напоминал скелет. Клер погладила кончиками пальцев шрамы на щеках Тревельяна. Интересно, как он их получил? Она присела на край кровати, разглядывая его лицо. Широкие скулы. Квадратная челюсть. Жесткие черные бакенбарды. Густые усы, мягкие и пушистые, чувственный рот.

— Господи! Да вы очень красивы, господин Тревельян, — прошептала она. Конечно, он не так хорош, как ее светловолосый Гарри, у него скорее демоническая внешность. Если бы они играли в театре, то Тревельян был бы превосходным злодеем, а Гарри — героем-любовником. Может, ей следует подать эту мысль приятелю Отродья, тому старичку, который пишет пьесы с одним героем?

— Ну что, ему лучше?

Клер подпрыгнула от неожиданности, застигнутая врасплох. Она повернулась к Оману.