Чтение онлайн

Не обнаружив Якубовского, журналисты не торопились расходиться и были готовы довольствоваться беседой с осужденными, которые были с Димой в одном отряде. Нашелся человек, который дал интервью телевидению о своих впечатлениях.

Наконец, мы прошли регистрацию на рейс Екатеринбург - Москва и сели в самолет. Я себя очень плохо чувствовала. Сказывались волнения бессонной ночи. Мы так долго ждали этого дня, и когда он пришел, оставив в прошлом годы неволи, наступила реакция. В довершение всего я почувствовала, что у меня началось кровотечение.

Дима прямо с борта самолета договорился с одной московской больницей о том, что меня сразу примут. В аэропорту толпились журналисты, но мы на машине поехали в больницу. Там меня осмотрели и успокоили: "Не волнуйтесь, кровотечение на нервной почве. Попейте таблетки, все пройдет".

Уже в 10 утра мы были дома - в квартире на Мясницкой улице. Эту квартиру нам сняли друзья. Отдохнуть не удалось. Практически сразу начались звонки. Приезжали родственники, друзья. Начиналась московская жизнь.

Колокольный звон

Мы знали, что обязательно приедем в Нижний Тагил, теперь уже как свободные люди. Поездка была запланирована на пасху.

Дело в том, что наше общение с церковью и с отцом Фомой не завершилось венчанием. Эта церковь строилась очень долго на народные деньги. Какие-то суммы перечисляли заключенные со своих заработков в колонии, посетители тоже оставляли в ящике для пожертвований деньги.

Дима продолжал заниматься обустройством храма и заказал в Екатеринбурге колокола. Отлили два. Один весит 50 килограммов, другой - 80. По окружности колоколов идет гравировка: "Храму ИК-13 от Дмитрия и Ирины Якубовских". А в проекте третий: "царь-колокол" весом в 200 килограммов.

Отца Фому на заводе проинструктировали, как звонить в колокола. И когда мы приехали в зону, состоялась торжественная процедура. Колокола повесили и освятили. Новоявленный звонарь из числа заключенных, только что обучившийся этому искусству, играл стройную, красивую мелодию. А прохожие, привлеченные колокольным звоном, оборачивались и крестились.

Планы на XXI век

Когда я спрашивала Диму, будем ли мы заводить детей, он ответил, что наш общий ребенок родится в марте 2000 года, и это будет девочка. Так ему хочется.

После рождения моего сына Алексея я поставила себе спираль и ни разу не беременела, хотя вела регулярную половую жизнь. Но стоило мне только встретить Диму, как все изменилось. Он фантастически плодовит. Я беременела, несмотря на спираль. Противозачаточные таблетки он мне запрещает принимать, поскольку ему кажется, что от них толстеют. Приходилось делать аборты. Заранее я Диме ничего не говорила, он узнавал о случившемся на следующий день. "По тебе не заметно", - говорил он. Физически я переносила прерывания беременности легко, а вот морально... Особенно в первый раз. Тогда я проплакала всю ночь напролет.

Почему я не решалась оставить ребенка? Во-первых, мы не были женаты, во-вторых, рожать в Нижнем Тагиле мне не хотелось. Просто не до того было.

Король сюрпризов

Я очень люблю лилии. И теперь в нашем доме каждый день цветы. Как бы ни был занят Дима, когда бы он ни вернулся, у него в руках всегда будет дивной красоты букет для меня. Вообще он очень любит делать подарки.

– Ему нравится делать добро, причем совершенно бескорыстно, он сам получает кайф, но матерится при этом страшно, - говорит Нелли Григорьевна, которая работала завучем в Болшевской школе, где учился Дима, а потом воспитывала нашего сына Лешу. Я о ней уже писала.

Она любит вспоминать, как Дима ещё в советские времена достал ей путевку в санаторий ЦК КПСС. Пока оформляла путевку, услышала, как некая дама, собиравшаяся в Крым, хвасталась, что в её магазине "сам Михаил Сергеевич рубашечки покупает".

– А вы, собственно, кто?
– обернулась она к Нелли Григорьевне.

– Директор школы.

– Так теперь что, все директора будут ездить в наши санатории?

– А продавцы тоже?

Сделать женщине сюрприз - вполне в духе Димы. Причем этот сюрприз может быть таким, что чувствуешь себя по меньшей мере королевой. Хотя необыкновенность подарков, на мой взгляд, связана не с их стоимостью. Тем более что у Димы была возможность не думать о цене. Ему нравилось дарить машины. Не только женам. Опять-таки подчеркну, что для него это особой сложности не представляло. Самые незабываемые подарки рождались из ничего. У Димы это получалось потрясающе.

Как-то, это было в Нижнем Тагиле, он попросил, чтобы я купила ему шелковые носки разных цветов. Я не знала, какие носки он предпочитал раньше, но во всяком случае в "Крестах" ничего подобного он не носил. Поручение я, конечно, выполнила, и носки немыслимо ярких расцветок были доставлены в зону. А через некоторое время получила в подарок необычные ручки, искусно оплетенные разноцветными шелковыми нитями. Это были те самые шелковые носки, которые Дима распустил. Потом он мне подарил фотографию в плетеной рамочке - произведение искусства.

А сколько красивых вещей из хлеба он смастерил! Конечно, многие поделки посвящены одной из любимых тем - сексу. Сегодня в нашем доме целая выставка необычных экспонатов. Кстати, технология хлебной скульптуры довольно сложна. Сначала хлеб долго жуют, затем особым способом высушивают, красят цветными чернилами. Получаются легкие статуэтки тонкой работы.

Руки у него золотые. Нелли Григорьевна рассказывала мне, что до сих пор в Болшевской школе висит аккуратнейшим образом сделанная Димой доска для ключей.

Специально к моему дню рождения Дима из тюрьмы заказал торт, который испекли в кондитерском цехе гостиницы "Европейская", - вкусный, с нежной начинкой и украшенный... фаллосом. Тоже съедобным. Не спрашивайте, как удалось пронести это сооружение в "Кресты".

Тогда, в "Крестах", Дима каждый день дарил мне цветы. Их доставка, поверьте, была непростым делом. На свободе не все женщины могут похвастаться тем, что им ежедневно дарят цветы. А в тюрьме тем более. Я шла по длинному коридору и ловила взгляды: удивленные, восхищенные, ревнивые.