Генерал Лебедь
Шрифт:
«С НАТО Россия должна быть равноправным партнером, тогда мы сможем сообща заняться вызывающими явлениями в Европе», — заявляет Лебедь в США, как и в других поездках за границу. Он имеет в виду борьбу с терроризмом, который в России может переродиться в ядерный терроризм, а также с торговлей наркотиками и организованной преступностью, которая действует во всем мире. Хорошо принимается также предупреждение Лебедя о новом режиме Талибана в Афганистане, который поддерживается Ираном, являющимся до сих пор врагом Америки; Лебедь видит в этом опасность для центрально-азиатских республик на юге России и призывает поддержать оппозицию Талибану в Афганистане, с которым он в свое время боролся, служа в армии.
Отклики на визит Лебедя в США преимущественно положительные: «Не Пиночет или грубый служака, как мы ожидали, — признается один депутат конгресса, — скорее, своего рода русский де Голль…». Только «Нью-Йорк тайме» выражает озабоченность: Лебедь показал себя антисемитом, считает комментатор. Имеется в виду замечание Лебедя, по которому традиционными религиями в России являются православие и ислам, а также буддизм. Кроме того, летом 1996 года Лебедь, будучи советником по безопасности, во время совещания с работниками российских секретных служб высказался за участие России на Ближнем Востоке на стороне арабов; их противники могли обидеться. Было также отмечено, что Лебедь проигнорировал американский стол с холодными закусками, попросив хлеб, соль и лук. А во время десерта он сказал: «Это только для слабаков…».
Обижаются на Лебедя в Нью-Йорке многие русские за то, что он во время посещения синода православной церкви за границей не нанес даже символического визита в церковь Манхэттена. Это было первое приглашение российского политика после 1917 года от синода. Оно стало возможным только благодаря интенсивным усилиям Юрия Милославского, сотрудника российско-американского отдела телевидения в Нью-Йорке. В переполненном зале, где Лебедь впервые встречает соотечественников, которые эмигрировали в ходе коммунистической революции, его приветствует русский священник словами: «В Вас мы приветствуем русского офицера, который возвеличил свою страну…». И когда заканчивается эмоциональная дискуссия, встает пожилой мужчина и задает риторический вопрос: «Если не Вы, то кто же тогда?».
В феврале 1997 года Лебедь с женой едет в Париж. Они останавливаются в отеле, в котором сто лет назад жил царь Александр III, подаривший Парижу Александровский мост. Французская торговая и промышленная палата — это организация, принимающая Лебедя. Лебедя принимает председатель сената и генеральный секретарь французского министерства иностранных дел, который до этого был послом в Москве. Выступление Лебедя выслушивают благосклонно и комментируют следующими словами: «В экономической области ему нужно еще кое в чем подтянуться».
Самым главным желанием Лебедя при визите во Францию было посещение дома де Голля и его могилы. Не только как генерала, подчеркивает Лебедь, уважает он его — «он, в конце концов, основал пятую республику»!
Перед возвращением в Москву Лебедь едет по приглашению Общества за безопасную политику в Женеву, где он призывает проводить на этой нейтральной территории больше международных встреч, чем до сих пор.
Вопросы к Лебедю всегда одинаковы. «Как бы вы вели войну в Чечне?» — «Сначала информировал бы подробно президента о последствиях и риске; если бы он все же пришел к военному решению, оптимально подготовился и провел блицкриг максимум за десять дней с целенаправленными ударами, а не бомбардировками и нападениями на мирное население; потом предпринял бы срочные гуманитарные меры»…
Между прочим, говорит Лебедь, хотя цари и вели в этой области несколько столетий войны, но в общем на Кавказе скорее предпринимались попытки решать все дипломатическим путем. «Русские привыкли мирно сосуществовать с мусульманами. И последний царь Николай II велел построить в Москве мечеть на 10 000 человек…» — «Кто правит в настоящее время в России?» — «Финансовые олигархии во главе с Чубайсом в качестве регента».
«Никогда больше с Ельциным?» — «Никогда больше. Я предложил ему свою руку, когда он был в июне в трудном положении. И я вытащил его из пропасти чеченской войны…»
«Разве не новая команда президента — Ельцин тем временем противопоставил Чубайсу удачливого и более популярного Бориса Немцова — лишила Лебедя надежды на завоевание власти?» — «Нет. Ситуация не улучшилась, и люди однажды взбунтуются. Что касается Немцова, я считаю его хорошим, он мог бы стать моим премьер-министром…»
И Лондон приглашает Лебедя. Там он произносит речь перед финансовыми кругами и объявляет об учреждении экономического форума Восток-Запад, а местом встречи инвесторов называет Россию.
Лебедь всюду ведет себя уверенно. «Он достигает всего, чего хочет», — говорит его жена Инна.
В январе и марте Лебедь принимает приглашение посетить ФРГ, которое он получил во время визита в штаб-квартиру НАТО в Брюсселе. До сих пор Лебедь не считался большим другом Германии. Хотя учреждение Квандта совместно с заводами БМВ и было спонсором визитов Лебедя в Бонн, Дюссельдорф и Мюнхен, договорился о них немецкий эксперт по России Александр Рар. Молодой немец, родившийся в России, предназначен для посредничества между обоими государствами из-за знания менталитета обеих сторон. В ежемесячном издании «СНГ-Барометр» научно-исследовательского института Немецкого общества внешней политики в Бонне Рар выступает с кратким и точным анализом положения в СНГ.
Рар сопровождает Лебедя также и во время этого визита в Германию. После официальных докладов в Бонне и Дюссельдорфе доклад в Мюнхенском университете генерал перевел в рассказ о своей миссии в Чечне. Рар видит в Лебеде прямолинейного человека, кавалера по отношению к своей жене и очень восприимчивого к знаниям. Доброжелательному приему в Федеративной Республике, который он заслужил своими усилиями установить мир в Чечне, Лебедь, кажется, удивляется сам. Так, когда его кортеж останавливается перед Кельнским собором, мгновенно собирается толпа, и люди стараются обменяться с ним рукопожатием.
Позже Лебедь едет в Амстердам, куда он приглашен выступить на конференции главных редакторов газет всего мира наряду с принимающим гостей нидерландским премьер-министром. Здесь он подчеркивает влияние средств информации на формирование политики и политической карьеры, что он ощутил на себе: это оружие, которое может быть не менее опасным, чем пуля в ружье. Он только что стал его жертвой — не только из-за замалчивания его дел, но и из-за публикации в одной российской газете статьи о НАТО, приписанной ему. Он подчеркивает политическое значение оси Россия — Китай.