Чтение онлайн

— Да даже в Даре уже об этом знают! Полюбуйся, о чем мне Волькарочка пишет, — бросила письмо своей венценосной коллеги суетливая и видимо пребывающая сейчас под расширяющими сознание веществам Ардская монарх.

— Да мало ли что там этой нимфоманке в голову взбрело? Перевранные слухи, и только, — шустро пробегая глазами по строчкам письма от ее королевского величества Волькары III «Доброй» Жаропещерской и откровенно охреневая от степени информированности агентурной сети Дарцев и масштабов «течи» в Ардских ведомствах, делал «хорошую мину» господин Ройзенг.

— Меркут, не разочаровуй меня! — остановившись, так глянула на своего собеседника рыжая, что тот чутка сбледнул и даже на миг усомнился: а не игралась ли она с ним все эти годы? Но мгновение спустя, конопатая опять суетливо затопала по комнате, озвучивая свое видение ситуации, не во многом отличающееся от того, которого придерживался и он сам. — Пока все верные мне Черничи, загодя сведенные в запасной Чернокрайский полк, благодаря чему и избежали мясорубки в Заливном Конфликте, уже прилично так перемоловшей большинство верных Черному Дому клановых, так вот, пока они старательно упрочняют свое положение и наращивают благосостояние в ослабленных или вовсе освободившихся регионах провинции, одновременно с чем, разумеется, растет и моя власть над Черным сектором империи. Пусть временно, пусть лишь на поколение-два, но Черные позабудут о своих амбициях и будут тенью Серых. И вот, когда всё идет как запланировано, как и должно было быть, тут внезапно вмешивается проклятый мальчишка… Ну или не знаю, Далдудин этот, при котором Франт и состоит…

— Алдуин, милая.

— А? Да, Алдудин. Так вот… эм, сбилась. О чем это я? А! Какой Пустоши, Меркут!!! — заголосила вдруг рыжая, вынудив собеседника вздрогнуть от неожиданности, а после, чуть ли не истерично засыпала того вопросами. — Что ему надо? Зачем он влез? Какие цели преследует? Для чего ввергает в животный страх МОИХ пешек?

— Ну… — собравшись было с мыслями, хотел он что-то сказать, но был прерван еще не выговорившейся импульсивной особой.

— Ладно покалеченные мечники. Пустошь с ней, с этой сбрендившей извращенкой и тем осликом. Даже плевать на то, что на Чернохолмское баронство теперь даже боятся косо глянуть. Но, Меркут, зачем летать?!!

— Эм… — попытался было вставить слово серый, но так и не добился успеха.

— Ну сжег ты драконом Чернорощинских бандитов и успокойся. Ночь была — свидетелей раз, два и обчелся. К чему еще средь бела дня по всей провинции летать на этой своей черной жути? Все ж с ума теперь от страха сходят. Никто ж теперь из моих Чернокрайцев не желает покушаться на земли воюющих Черничей-фронтовиков, пока еще лежащие на тарелочке — только и бери по праву сильного! Так нет же. По углам все забились и сидят не дышат. Весь план ослу под хвост, — сказав это, выдохшаяся рыжая что-то припомнила и скривилась. Но поборов рвотный позыв, со страдальческим видом выдала. — Фу, как вспомню доклад про эту Кобинэ. Бррр. Пусть духовенство издаст буллу какую-нибудь о моральной чистоте, чести и достоинстве высшего света. Негоже дворянам с аристократами свое грязное белье всем на глаза являть. Ну нравится тебе… эм, побольше, ну так и развлекайся у себя в маноре, зачем прям в трактир эту пакость волочь было? Сумасшедший дом!

— Непременно, дорогая, — наконец сумел включиться в разговор серый, при этом чуть поморщившись, попытался представить себе: что же такое нужно было сделать, чтобы заслужить подобной участи от мстительного целителя Франта, ведь очевидно же, что природа проклятия, постигшего кавалера Кобинэ из Чернопрудских, аналогична тому, что приключилось и с его отцом. Вот только, если Борода совсем безумен, и сейчас замкнут в родовом поместье под присмотром доверенного персонала, то эта извращенка вполне всё осознает и похоже уже даже смирилась со своей новой сущностью. Вот только она начала порочить облик благородного сословия, поэтому и была быстренько низложена, да продана в Халифат, где ей теперь найдут достойное применение. Поговаривают, тамошние цирки очень ценят всякие такие номера со змеями и прочей мерзостью.

— Ну? — поторопила задумчивого собеседника ее величество. — Ты ведь обещал освободить меня от забот по всему, что связано с мальчишкой. И что я вижу? Он начинает рушить МОЮ игру, Меркут! А я не терплю, когда смешивают МОИ фигуры! Особенно, когда не понимаю целей этого.

— Ловиль, милая, ничто ведь не указывает на причастность Франта к тому странному природному явлению, что наблюдали излишне впечатлительные и малообразованные зеваки. Ну увидели они что-то во всполохах Чернорощинского пожарища, ну и что? Да мало ли, что там спьяну могло им показаться. Ну а после, понеслось. Даже вон, какую-то тучку на следующий день приняли за нечто летящее по небу, — всё более раздражая рыжую, начал своим пресным голосом нудить господин Ройзенг. Однако видя, что оказываемый эффект противоположен желаемому, решил вывернуть в иную плоскость. — Я уверен, дорогая, враги целенаправленно вводят всех в заблуждение и распространяют многократно преувеличенные слухи, нагнетая тем самым…

— Ты хочешь сказать, что Волькара затеяла свою игру не по правилам? — вдруг остановилась и пронзительно вглядываясь в глаза собеседника вкрадчивым голосом поинтересовалась Ловиль «Решительная», от которого у ее собеседника похолодело где-то промеж лопаток.

— Дорогая, эту жадную до утех глупышку попросту могли ввести в заблуждение. А возможно и использовать, — найдя в себе достаточно мужества, сумел-таки никак не показать истинного своего состояния, всё так же малоэмоционально отвечающий серый интриган.

— Разберись, Меркут! — словно вбив гвоздь, жестко выдала лишь с виду милая рыжая дамочка. — Если к этому причастен Франт, то с ним нужно решать. Если многоходовочка, то найди мне: кто такой умный тут появился на МОЕМ поле. Иди.

****

— Госпо… Герд, — поправилась ИО Вироны Торпс, после моего недовольного взгляда, — у меня только что состоялся разговор с Лузин. Она наконец пошла на контакт и всячески прощупывала меня, делая двусмысленные намеки. Как вы… ты рекомендовал, я сымитировала заинтересованность и потаенное желание, но видимо, ранее Виро… я реагировала на подобное как-то иначе, потому что Крольц опять сбежала вся в слезах. Мне нужны инструкции. Я боюсь сделать лишь хуже, проявив инициативу.

— Дела-а-а… Может зажмешь ее уже где-нибудь в углу да… эм, выбьешь из ее головки глупые сомнения и надуманные страсти? — раздраженно выдал я, откладывая кусок рамы велика, с которым увлеченно возился проверяя степень дозволенного в облегчении данного неизвлекаемого элемента Системного объекта, путем вырезания полостей или целых фрагментов, с последующим их заполнением полимером. Увлекательное, в общем-то занятие, от которого меня так некстати отвлекло это в печенках уже сидящее бабье, со своей тонкой душевной организацией и прочими, требующими понимания и трепетного отношения, закидонами.

— В смысле избить её? — сделав свою красивую «морду» кирпичом, видимо решила потроллить меня эта гораздо более остро мыслящая, чем порою хочет казаться, особа.

— Тебе не идет. Ты прекрасно поняла о чем я.

— Я не люблю этого. Еще с академии. Меня воротит от…

— Не рассуждать! — грозно прикрикнул я на свою «собственность», но потом добавил более спокойно и даже несколько ворчливо. — Раньше думать надо было, тогда бы и не оказалась в подобном положении там, где ты сейчас.