Чтение онлайн

Лорд Денвер уставился на Франческу с ужасом и сомнением, словно у нее вдруг выросла вторая голова. Неужели это и есть величественная, сдержанная мисс Бодон, элегантная светская дама, которой он так долго восхищался? Судя по всему, ему просто повезло. В известной степени живость привлекательна, но во Франческе Бодон вдруг проглянули строптивость, если не деспотизм, и нелепое пренебрежение к правилам приличия — качества, которые, на взгляд Денвера, были абсолютно неприемлемы в представительницах прекрасного пола.

Но он смягчился, увидев ее дружескую, чарующую улыбку.

— Моим друзьям лучше не знать об этом. Увезите их в Кент как можно скорее.

— А вы уверены, что мне не следует отговорить вас? Подозреваю, вы отважились на роковой шаг.

— Лорд Денвер, вынуждена признаться, что на мои поступки способен повлиять лишь один человек на свете. И хотя теперь я уверена, что он любит меня больше, чем я того заслуживаю, и действует в моих интересах, я не стану слушать даже его. Я должна сделать все возможное, чтобы восстановить его репутацию в свете. Так что не тратьте время зря, лучше позаботьтесь о Лидии.

— Непременно. Пусть пока побудет вдали от Лондона. Я увезу отсюда Лидию и ее мать завтра же!

Уговорить миссис Кэнфидд и Лидию покинуть Лондон оказалось очень просто. Лидия была вне себя от счастья — ей просто не пришло в голову отвергнуть внезапное приглашение лорда Денвера. Мария была несколько удивлена, но прониклась доводом Франчески, что счастливой паре удастся избежать сплетен, на время покинув столицу.

Как только Кэнфилды уехали, Франческа отправила Маркусу записку с просьбой навестить ее. В ответ он сообщил, что в ближайшем будущем его появление на Маунт-стрит немыслимо. Это был удар, который Франческа предвидела заранее.

Не смутившись, она принялась готовиться к последнему шумному событию сезона — рауту в Нортумберленд-Хаусе. На сей раз она одевалась с особым тщанием. Вероятно, это появление в свете станет для нее последним, и Франческа вознамерилась не ударить в грязь лицом. Она выбрала красное атласное платье, расшитое серебряной нитью, украсила волосы и запястья бриллиантами, надела серебристые бальные туфельки — словом, воссоздала образ, в котором некогда очаровала Лондон. Собственная прелесть придала ей отваги, в которой Франческа так нуждалась.

В довершение всего она отправила Маркусу еще одну записку. К тому времени, как он получит ее, она уже будет на балу.

В Нортумберленд-Хаусе она переговорила с одним из лакеев. Тот нетерпеливо выслушал ее просьбу, с надменной снисходительностью принял щедрое вознаграждение и чуть погодя обменялся насмешливым замечанием с одним из товарищей.

Лондон с удовольствием созерцал прекрасную мисс Бодон, доброжелательно расспрашивал ее об отце и, похоже, ничего не знал о ее похождениях в Париже. Все полагали, что она уезжала в Паккард. Франческа улыбалась, отвечала на немногочисленные вопросы о Кэнфилдах и лорде Денвере и с увлечением танцевала.

До сих пор свет видел Франческу лишь в том образе, какой она старательно создавала для посторонних — образе элегантного, вышколенного и холодного ничтожества. Но теперь, наконец-то избавившись от волнений и тревог прошлого, всецело уверенная в любви Маркуса, она твердо решила взять судьбу в свои руки. Исполнилась ее давняя мечта: она чувствовала себя богатой, прекрасной и влиятельной, вместе с тем оставаясь самой собой.

Франческа блистала, как звезда, ослепляя партнеров остроумием и благосклонностью, порхала словно по воздуху, грациозно выделывая замысловатые па. Свет был очарован, поклонники окружали ее со всех сторон, добиваясь милостивого взгляда или улыбки. Франческа улыбалась всем подряд, танцевала и завораживала напропалую — и тут же забывала об этом.

В назначенный час все ее внимание было приковано к дверям зала. Удовлетворенный вздох вырвался у нее, когда она услышала изумленные возгласы: прибыл Маркус — конечно, без приглашения. Но благодаря вмешательству лакея Маркус вскоре оказался в зале, мрачно поглядывая на Франческу. Часы показывали четверть двенадцатого.

Как только танец кончился, Маркус подошел к Франческе и, не обращая внимания на протесты партнера, увлек ее в сторону. С трудом сдерживая ярость, он бесцеремонно обратился к ней:

— Что вы задумали? Я запрещаю вам это делать!

Франческа одарила его ослепительной улыбкой.

— Погодите, вот пробьет двенадцать, Маркус! Самое время для ошеломляющих откровений! По-моему, придумано неплохо!

— Ничего у вас не выйдет. Вы только пострадаете зря. Ради Бога, не делайте этого, Франческа, умоляю вас!

Франческа кивнула знакомому, с которым танцевала, прежде чем ответить:

— Вы утаили от меня часть истины — не так ли, Маркус? Оказывается, вас обвинили в предательстве, измене своей стране — и за что? За вечер в борделе! Об этом вы мне не говорили.

— Не употребляйте этого слова в обществе, ради всего святого!

— Нас никто не услышит: все думают, что я флиртую с вами. Почему вы не предупредили меня о том, что может случиться?

— Сэр Генри полагал, что Кокер будет молчать, но ошибся. Однако я предупреждал вас, что меня ждет недовольство света.

— Вы не упоминали об остракизме и опале.

— Какое это имеет значение? Главное, чтобы ваша репутация была спасена.

Склонив голову набок, Франческа окинула его взглядом.

— Вы по-прежнему пытаетесь спасти меня, Маркус? Хотелось бы знать, почему?

Маркус помедлил, затем неловко произнес:

— Не стоит обсуждать подобные вопросы посреди бального зала. Позвольте проводить вас домой.

— О нет! Мне понадобилось приложить немало усилий, чтобы вытащить вас сюда. О том, чтобы уехать прежде, чем я совершу задуманное, не может быть и речи. Но я позволю вам проводить меня на балкон — на одну-две минуты.

Не замечая любопытных взглядов в свою сторону, они вышли на балкон, откуда открывался вид на парк.