Форель
Шрифт:
— Эй! Я тут поговорил с одним кшасом.
Джон обернулся и впился в него взглядом.
— Ну?
— Он говорит, искать Землю — дело опасное.
— Как там может быть опасно? — удивился Джон. — Там же так красиво!
— Откуда ты знаешь, дурень? Во сне видел?
Джон ничего не ответил, лишь покачал головой и исчез в глубине коридора.
Он сошел в следующем порту, который ничем не отличался от предыдущего — точно та же суета и грязь. Обычно он всегда нанимался на два-три перехода, но тут вдруг рассчитался после первого и теперь брел по улице, гадая, что это на него нашло, и раздумывая, как бы получше провести вечер. Толпа так и кишела арктурианцами, изредка попадались люди, но его вдруг охватило такое острое чувство одиночества, что он радостно замахал рукой, увидев знакомое лицо.
— Ты тоже сошел?
— «Неуклонный» идет в восьмой сектор, — мрачно пояснил Джон. — А Земля в седьмом.
— Далась тебе эта Земля! Пойдем лучше выпьем!
— Но я…
— Пошли-пошли! Я угощаю.
Портовый кабак ничем не отличался от сотен тысяч таких же заведений, разбросанных по обитаемой Вселенной, — дым, гвалт, разбитные официанты и мрачные портовые грузчики. Люди здесь почти не появлялись: разве что в углу у стойки дремал какой-то пьяный.
Он заказал виски с Канопуса и, пододвинув Джону стакан, поднял свой.
— Свободного полета!
Тот залпом проглотил порцию.
— Эй, красавчик, — раздалось у него над ухом, — хочешь поразвлечься?
Он обернулся. Арктурианка хищно склонилась над их столиком.
Серебристая ткань, обтягивавшая круглый зад, казалось, вот-вот лопнет.
Он досадливо дернул плечом:
— Послушай… отвали, а?
Арктурианка вгляделась в его лицо расширенными темными глазами и тут же разочаровано отвернулась.
— Да это же джон, — протянула она.
— Вот-вот, — он поднял стакан и сквозь опаловую жидкость поглядел на сутолоку в баре. В мерцающей глубине двигались темные тени… «Ну точь-в-точь рыбы в аквариуме, — подумал он. — Рыбы?»
— Черт бы побрал этих самок, — пробормотал он, — покоя от них нет. Хорошо хоть, арктурианцы их на корабли не нанимают. Говорят, что они несчастье приносят. Как поднимется такая вот на борт, жди катастрофы.
Он вздохнул. За что бы такое выпить? Кшасы пьют за дом родной, но среди людей вспоминать о доме считается дурным тоном… Запретная тема. Кто знает, сколько таких, как он сам… А впрочем…
— За Землю! — сказал он, опрокидывая стакан.
— За Землю! — согласился Джон.
— Что с того, что ее нет, — подхватил он. — Выпьем за Землю!
— Кто сказал, что ее нет?
Он обернулся. Пьяный отклеился от стойки и теперь, пошатываясь, приближался к ним.
— Земля существует, — воскликнул пьянчужка и, плюхнувшись рядом с ними, проканючил: — Угостите выпивкой, земляки…
— Вали отсюда, — поморщился он и уже приподнялся было с табурета, но Джон умоляюще сжал его плечо.
— Пожалуйста! Купи ему выпивку.
— Вот навязался на мою голову, — прошипел он. — Ладно. Бармен!
Пьяный поспешно влил в себя весь стакан и теперь, прищурившись, глядел на соплеменников.
— Собрались туда, верно?
Он пожал плечами.
— Только не я. Это вот моему приятелю неймется.
— Земля существует, — медленно повторил пьяный. — Но те, кто туда уходят, не возвращаются. Ни-ког-да.
Равнодушный холод космоса вдруг заставил его съежиться под мутным взглядом пьяного. Он отвернулся, но пьянчуга не унимался. Даже схватил его за руку.
— Туда нельзя. Никому. В самом деле, нельзя.
Он брезгливо стряхнул с рукава цепкую лапу.
— Отваливай!
— Я торчу тут уже второй сезон, — печально проговорил забулдыга. — Думаешь, меня не тянет? Но я еще держусь… Не-ет, я себе не враг! Нет! Чтобы вот так — раз и навсегда. Без возврата!
— Я сказал, отвали!
Он оттолкнул табурет и обернулся к Джону.
— Пойдем отсюда. Ты же видишь, прохиндей просто зарабатывает себе на выпивку этими байками о родном доме.
Джон послушно поднялся, но вместо того, чтобы тихо-мирно двинуться к выходу, схватил пьяного за ворот комбинезона и притиснул к стойке.
— Где она? Говори!
Он попытался оторвать приятеля, но тот приклеился не хуже веганской прилипалы.
— Брось его! Далась тебе эта Земля!
— Нет, пусть скажет!
Пьяный погрозил костлявым пальцем:
— Никто туда не ходит! Дураков нет. Но если заглянешь в контору к старому Дру-улу на углу Пятой Звездной и скажешь, что это я послал тебя…
— То что?
— Иди! — и пьяный с неожиданной силой отпихнул Джона. — Ступай, если ты такой храбрый.
Джон рванул прочь с такой скоростью, что джон еле догнал парня у выхода.
— Не делай глупостей, приятель!
— Мне правда надо… — Джон умоляюще смотрел на него.
Он покачал головой.
— Ладно. Пойдем. Но это просто мошенники, уверяю. Сговорились и теперь качают денежки у простаков вроде тебя.
Контора Дру-ула располагалась в самой гнусной части припортового района — ни освещения, ни патрульных… Мусорные баки да решетки на окнах — вот и вся цивилизация. Сам Дру-ул принадлежал к какой-то диковинной расе, джон таких сроду не встречал. Странное создание мрачно высилось за конторкой, но Джон кинулся к нему с таким пылом, точно встретил старого друга…
— Послушайте…
— В чем дело? — тот повернул к ним пустое безглазое лицо.
— Мне нужно на Землю, — пробормотал Джон с самым несчастным видом.
Мембрана на шее Дру-ула мелко задрожала.
— Восемь тысяч кредов, — прогудело странное создание.
— Я не ослышался?
— Восемь тысяч арктурианских кредов — и шлюпка твоя.
— Имей совесть, — вступился он за приятеля, — ну откуда у парня такие деньги, сам рассуди?
— А мне тоже нет резона задешево уступать, — мрачно возразил Дру-ул. — Шлюпку-то я в долгосрочную аренду сдаю. Когда еще обратно получу! Да еще арктурианцы дерут за эти дурацкие питомники…