Чтение онлайн

В том, что террористический флэшмоб намечается, не было сомнений уже ни у кого. Трохину, как известному теперь деятелю оппозиции, еще ночью пришло с полсотни загадочных приглашений от неизвестных, предлагавших ждать сигнала и выступить вместе. Причем в одном сообщении даже конкретно предлагалось снять штаны и развернуться задом к СШП ровно на сто восьмой минуте церемонии, а другое сообщение советовало показать зад в тот миг, когда на подиум выйдут оба президента и стихнет музыка. Ваня объяснил, что ж-террор применяется в большинстве террористических акций, лишь о точном времени террористы договориться не могут, и все решится в последний момент, с появлением первых задниц. Нужна была идея. Но вот какая?

Тем временем позади них, на соседнем ряду разместилась кучка молодых людей в синих шарфах. Настроены они были агрессивно - громко смеялись и махали руками.

– Осторожно!
– прошептал Ваня на ухо Трохину, - Видите этих, сзади? Это граждане СШП, посольские... Они могут нам помешать... Наверно для того и выторговали эти места...

– Понял, - сказал Трохин.

Церемония шла полным ходом. Пространство над полем заполнила гигантская голографическая фигура. Она возвышалась до небес и казалась могучим джинном, явившимся перед крохотными людишками. Хотя это был всего-навсего губернатор Канадо-чукотского штата, стоявший где-то в центре поля и лишь увеличенный мощными голографическими проекторами. Его голос гремел, стадион удовлетворенно урчал, а на заднем ряду хихикали. Как и предшествующие ораторы, губернатор тоже говорил что-то про Объединение и дружбу, и снова настолько гладко и правильно, что смысл речи ускользал, оставался лишь дружелюбный мотив.

– А вот еще, короче!
– громко заявил голос с заднего ряда, - Сколько надо евроиндоафрокитайцев, чтобы обновить просроченный свич?

Раздался приглушенный хохот, а голос радостно продолжил:

– Тридцать три! Один вводит пин-код, а остальные...

Голос потонул в ржании сразу нескольких глоток. Краем глаза Трохин увидел, как Инга начала возмущенно озираться, а Ваня сжал кулаки, и его уши стали малиновыми.

– Этот анекдот был про штатовцев на самом деле, - процедил Ваня сквозь зубы.

– А что, разве нельзя подать за такое в суд?
– удивился Трохин.

– Теоретически - да...
– поморщился Ваня, - Но не сейчас же? Все травмпункты по всему миру сейчас переполнены...
– Ваня устало махнул рукой, - Короче, это вам не к лаборанту домогаться.

– Я не домогался к лаборанту!
– возмутился Трохин, - Я только пожал ему руку и поблагодарил за...

– Я эту историю уже слышал сто раз, - прервал Ваня.
– Нашли чего пожимать! Сейчас наша с вами задача - сидеть и напряженно думать как предотвратить терроризм.

Тем временем мерзкий голос на заднем ряду не умолкал.

– Скажиттте, горячччие евроиндоафрокитайские гражданееее... Далллеко ли до Сузззздаллля?
– громко спросил шутник, нарочито растягивая слова, и сам себе ответил, - Теперь даллллекоооо...

– Вы меня уже задискриминировали!!!
– громко сказала Инга, но в ответ ей снова раздался смех.

Ваня побледнел и наклонился к Инге.

– Инга! Они это делают специально! Они нас провоцируют!!!

– Сделай что-нибудь, ты гражданин или нет?
– возмущенно завизжала Инга.

С заднего ряда снова раздался хохот.

– Почему евроиндоафрокитайские космонавты не питаются тюбиками? вопросил голос.

– Голова в тюбик не лезет!!!
– хором отозвались его дружки, - От фольги изжога!!!

Инга не выдержала, вскочила с кресла и возмущенно развернулась.

– А, можно подумать, у вас, у штатовцев, голова в тюбик лезет!!! закричала она, но ее слова потонули в громовом хохоте - теперь ржала вся компания в синих шарфах.

– Во баба дура!
– нагло заявил парень, который сидел прямо за Трохиным.
– Эй, подонки на соседнем ряду! Ты, мальчишка! И ты, козел из древнего мира! Может, вы в суд на нас подадите, а?

– В суд!
– подпрыгнул Ваня, - В суд!!! Иск!!!

– А я человек немолодой, - встал Трохин, - Обычаев местных не знаю. Долг у меня огромный, домой мне не вернуться, и терять мне уже нечего. Но за козла ответишь! Я тебе сейчас дам в глаз!

– Это что значит?
– удивленно повернулся Ваня.
– Что именно вы ему дадите?

– А вот увидишь, - сказал Трохин и перекинул ноги через спинку кресла.

Парень в шарфе сидел неподвижно и смотрел на Трохина пустыми глазами удивленно и недоумевающе, словно и не понимал что сейчас будет. Похоже, этого не понимали и окружающие. Трохин размахнулся, так, что заныло плечо, и вломил ему кулаком по челюсти. Окружающие изумленно ахнули. А дальше произошло непонятное - голова парня щелкнула, оторвалась и упала на колени дружка.

– Робот!
– заорал Ваня, - Засланные роботы-провокаторы! Вот почему они не боятся суда!

Теперь уже весь сектор смотрел на них. Трохину ничего не оставалось, как пожать плечами и сесть на место.

– Кажется первую атаку мы отбили...
– пробормотал Ваня.

Но тут двумя рядами ниже вскочил полный гражданин, быстро сдернул с себя штаны и развернулся спиной к площадке. Рядом вскочили еще трое. Началось движение и на соседних рядах. Трохин понял, что флэшмоб-террор начался, и спровоцировал его он сам. И процесс уже никак не остановить. Решение пришло в голову само собой. Трохин всочил и поднял руку.

– Рано!!!
– гаркнул он на весь сектор и снова сел.

Как ни странно, это подействовало. Трибуны успокоились, граждане поспешно натянули штаны. Остался сверкать задом лишь полный гражданин двумя рядами ниже - он знал, что вскочил первым, его засекли, в общей массе уже не затеряться и от ответственности не уйти.

Трохин посмотрел на Ваню и поймал его восхищенный взгляд.

– Отлично!
– сказал Ваня, - Мы остановили террор! Нас провоцировали! Нам мешали! Но мы остановили!

– Рано радоваться, - пробормотал Трохин, - Сколько до конца церемонии?

– Достаточно продержаться полчаса...
– вздохнул Ваня.
– Когда будет подписан пакт и разорвана карта мира, террор потеряет смысл.

– Мы не продержимся столько, - вздохнул Трохин.

– Мы должны, - вздохнул Ваня, - Это задача всех подразделений БЕЗНАЗА. Если я с вашей помощью выполню задание, сразу пойду на повышение.

– Как звучит задание?

– Не допустить терроризма со стороны ЕИАК.
– грустно сказал Ваня, Любыми способами. Но при этом надо помнить, что здесь каждый был бы готов что-нибудь устроить, если бы не боялся, что его вычислят.