Финал
Шрифт:
– Как ее зовут?
– разозлился Волкан.
– Как вас зовут?
– боязливо поинтересовался управляющий у ненормальной, чтобы через секунду передать ее слова хозяину.
– Летиция.
– Не знаю такую!
– хмыкнул он.
– Она говорит, что хорошо вас знает, и еще, что вы...
– Не нужно подробностей!
– остановил его Алан.
– Вызывай полицию, я сейчас подъеду!
– Что-то случилось?
– взволнованно спросила Джули, уловив суть разговора с управляющим.
– Все в порядке! Я разберусь сам!
– улыбнулся ей он, легко поцеловал в губы и подошел к двери, а там уже повернулся, чтобы сказать: - Возможно, ты злишься на него. Но не спорь, что не скучаешь! Меня ты не обманешь. Ты хочешь увидеть его. А зная нашего дорогого музыканта, он не приходит лишь из гордости.
И бросив на прощание: "Я не на долго!" - ушел.
– Иногда я вам завидую!
– вздохнула Сьюзи.
– С одной стороны влюбленный по уши граф, с другой весь такой заботливый, но суровый Блайд... Но когда вы вот такая грустная, зависть проходит, и мне хочется чем-то помочь.
– Спасибо, - слабо улыбнулась ей певица.
– Ты и так мне очень помогаешь!
– Вы обязательно помиритесь с ним!
– убежденно заявила девушка, подправляя прическу украинки.
Джулия хотела в это верить. Но, наверное, сначала стоило бы поговорить с Эриком. А он не брал трубку, когда она набирала его. Так что разозлившись на него окончательно, певица решила вообще больше не вспоминать о парне, быть гордой и неприступной и покочевряжиться лишний раз, если парень все же надумает с ней мириться. Однако весь пыл пропал за несколько минут до окончания съемок. Джули повернула голову в сторону дороги и увидела знакомый мерседес. Облокотившись об него и скрестив руки на груди, стоял Блайд. Он следил за кипевшей на площадке работой. Сердце девушки пропустило два удара, но она не позволила тревоге проявиться ни в ее движениях, ни на лице! Постаралась выглядеть беззаботной, ни в ком не нуждающейся. А он продолжал держаться в стороне и просто наблюдал. Пока Джулия не вышла из гримерки, собираясь демонстративно проигнорировать парня и сесть в машину к Честеру.
– Джул!
– окликнул ее музыкант, не двигаясь с места и не меняя позы.
– Чего тебе?
– огрызнулась она, все же решив подойти.
Блайд улыбался.
– Я говорил, что суровость делает тебя еще привлекательнее?
– спросил он.
– У Алана нахватался?
– фыркнула девушка.
Менеджер украинки, увидев парня, сразу сообразил, что можно спокойно ехать домой - ведь разговор между звездами затянется надолго и возможно будет весьма громким. Так что он ждал реакции от Джулии. Ведь неизвестно, какие мысли роятся в ее голове и захочет ли она мириться с Блайдом.
А потом Норфолк подумал еще немного и вообще пришел к выводу, что этим двоим полезно поговорить по душам, и надо бы воссоединить парочку. Поэтому он посадил в машину Сьюзен и укатил прочь, оставив украинку наедине с музыкантом. Певица злобно сверкнула глазами вслед предателю.
– Джул, - ухватил ее за локоть Эрик, чтобы она не сбежала, и подтянул к себе ближе.
– Ты кретин!
– выпалила она, выдернув руку из его захвата, и гордо зашагала к дороге, понимая, какую глупость делает, ведь действительно скучала. Но ее просто понесло - она уже не могла остановить внезапного порыва наговорить гадостей Блайду. Он же, не слушая всех неприятных слов, высказанных девушкой в его адрес, понял, что гнаться за ней бесполезно... по крайней мере на своих двоих, и сел в машину.
– Джули, - звал ее он из приоткрытого окошка.
– Садись!
– Нет!
– гордо выдала она. Но природа явно не соглашалась с ее мнением, и небеса извергли на девушку холодный ливень.
Выбор был не велик, и Джулии пришлось сесть в мерседес. Эрик, конечно, поблагодарил матушку Природу, но все же с опаской поглядывал на злую и мокрую украинку, расчихавшуюся не на шутку. Блайд привез девушку в ее квартиру. Пока она принимала теплый душ и переодевалась в более удобную домашнюю одежду, он готовил ее любимый какао.
– Итак, зачем ты приехал?
– спросила Джулия, отпив немного горячего напитка. Она испытывающе смотрела на парня, а он улыбался.
– Неужели тебе не понятно?
– удивился он, убрав влажный локон за ухо девушки.
– Хотел помириться.
Эрик стоял очень близко, и Джули внезапно попросила:
– Поцелуй меня!
– немного капризно сказала она.
Блайд рассмеялся, обхватив ее за талию.
– Да. Давно мы не делали этого, - произнес он, наклоняясь к ее губам и ловя дыхание.
– Я ведь могу и не сдержаться.
Она положила руки ему на плечи, приподымаясь на носочки.
– Ты сможешь!
– уперто заявила Джулия, поймав мягкий поцелуй, который затянулся на пятнадцать минут. Она пришла в себя уже на кровати, обхватив коленями бедра парня, прижимавшего ее к себе так страстно и крепко, что тяжело было дышать. Он вдруг приподнялся на руках, подозрительно улыбнулся и сел на постели.
– Ты была права! Я смог сдержаться!
Джули просто не поверила своим ушам! Она так обиделась, что чуть не высказала накипевшее и все свои соображения о коварной натуре музыканта. Но только прикусила губу и, стараясь не смотреть на парня, слезла с кровати, поправила растянутую майку и хотела уйти на кухню... Блайд поймал ее на первом же шаге и вернул в свои объятия, повалив обратно на кровать.
– Что ты делаешь?
– пыталась возмущаться между поцелуями Джулия.
– Ты же не хотела, чтобы я останавливался!
– все-таки ответил он, скользнув рукой под ее майку. Девушка застонала. Но, как на зло, в двери постучали.
– Нас нет! Ни для кого!
– прошептал Эрик.
И тут зазвонил сотовый, отобразив на экране имя абонента.
– Черт!
– выругался Блайд.
– Умеет он все испортить!
Еще раз поцеловав украинку, он все же отпустил ее и поднялся с кровати, выправляя измятую одежду. Он сел в кресло перед телевизором, несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, стараясь думать о чем-нибудь неприятном, чтобы успокоить пожар в душе. Джулии понадобилось больше времени. Ее щеки горели румянцем, глаза блестели, да и открывать она совершенно не хотела. Эрик улыбнулся и подмигнул девушке. Она укоризненно на него посмотрела и направилась к двери.