Чтение онлайн

– А что произошло сегодня ночью? Почему ты сбежала в одной ночнушке и шубе? Босиком, – осторожно переводит тему Даниил.

– Сегодня ночью я впервые осталась одна дома. Не знаю, так получилось. И он словно ждал этого, – хрипит Алекса.

– Кто?

От ее учащенного дыхания бегут мурашки по коже. От предвкушения, что сейчас ему станет известна тайна, которую она ни с кем не делила до него, Даня замер.

– Убийца. Я не знаю, кто его подослал. Но он пришел за мной. И убил бы. Если бы я не сбежала, – Алекса застывает. На ее лице сменяют друг друга различные эмоции, и Даниил даже не успевает их прочитать.

– Ч…что?! – вскакивает он на ноги. – Я д…думал, ты шутила, когда сказала это в первый раз. Но, если так, ты должна рассказать все полиции! Они ведь могут закрыть дело твоего отца, как самоубийство, но наличие убийцы все меняет. Значит, кто-то хочет убить всю вашу семью!

Алекса смотрит на Даню. Ужас читается в ее широко раскрытых глазах, побледневшем лице. Нижняя губа подрагивает, и она ее прикусывает. Господи, как хочется сжать ее в своих объятиях! Он резко отворачивается, чтобы не видеть Алексу. Так проще.

– Я не могу. Я не доверяю следователям. И я не хочу, чтобы кто-то знал об этом. Полиция начнет рыть и спугнет убийцу. Либо наоборот забьет на расследование и, действительно, закроет дело, как самоубийство.

Даня вздрагивает, когда Алекса хватает его за руку, и снова поворачивается к ней.

– Пообещай мне, что пойдешь со мной? Я представлю тебя своим парнем. Скажу, что ты мой фанат, и на этой почве мы сошлись. Они поверят. Мой инстаграм их никогда не интересовал. Зато ты будешь рядом. И поможешь мне найти убийцу без полиции.

– Почему ты так уверена, что я могу помочь?

Алекса отбрасывает его руку и неуклюже встает с постели. Прихрамывая, идет к картинам в углу комнаты и переворачивает их.

– Смотри! – она тыкает в незавершенную картину, где девушка-беглянка ютится возле дома. – Это же я сегодня ночью! И это твой дом. Сначала, я не сообразила, но потом, когда до меня дошел смысл твоих слов, я поняла! Ведь ты нарисовал картину уже давно, а сегодня ночью все сбылось. А это значит… ты видишь будущее, – с придыханием она завершает пламенную речь.

Во рту пересыхает, и Даня невольно оседает на кровать. Нет. Не может быть. Нужно что-то придумать. Что-то ответить. Но что? Правду? Он протирает тыльной стороной ладони лоб и криво усмехается. А может быть действительно, впервые в жизни сказать правду?

– Не знал, что ты веришь в мистику, – Даниил пытается перевести все в шутку.

Ну, давай же! Рассмейся! Но глаза Алексы сверкают ярким любопытством, от которого еще сильнее потеют ладони.

– Очень. Смотрела все серии «Битвы экстрасенсов», – серьезно произносит Алекса. – Увлекаюсь гаданием на картах таро, – она еще раз смотрит на картину.

– По твоему инстаграму так и не скажешь. Там… одно творчество. Твои картины, как ты рисуешь, – мечтательно вспоминает Даня.

Алекса ставит картину лицевой стороной к ним и возвращается на кровать. Забирается на нее с ногами и придвигается ближе к Даниилу:

– Мы идеально подходим друг к другу, – с придыханием шепчет она. – Пожалуйста, скажи, что ты и правда видишь будущее?

Он заглядывает в ее темные раскосые глаза. Голова кружится от терпкого запаха корицы. Она, как никогда близко. Белая, атласная кожа. Даня не может сопротивляться. Почему бы не сказать то, что она хочет услышать? Если это позволит быть с ней дольше. Увидеть, где она живет. Познакомиться с ее семьей. Вся его жизнь – серая и однообразная может в одночасье поменяться, если сейчас он скажет – да.

И Даня кивает. Это ведь не совсем ложь. Но и не совсем правда.

– Сложно назвать предвидением. Но п… порой я вижу некий образ. Скорее не вижу, а чувствую. И пока не выплесну на бумагу, не успокоюсь, – тихо произносит он. – Поэтому картина не закончена. Ведь это еще не случилось на тот момент, когда я ее рисую.

– А потом это сбывается? – подначивает его Алекса.

– Наверное. Иногда да, иногда… не знаю, – он подавляет в себе желание отодвинуться от Алексы. Но так близко к ней – велико искушение притронуться.

– Много у тебя таких картин? Покажешь?

Даня отчаянно мотает головой. Лицо бросает в жар. Он никому никогда не рассказывал даже полуправды, а с ней они меньше суток, и он уже рассказал почти все.

– Я их храню в другом месте. Да их и немного, – уклончиво отвечает он. – Алекса, это мой секрет, о котором никто не должен знать. Если узнают, то… либо поверят, либо запрут в психушку. Я не хочу рисковать.

– Я понимаю, – тихо произносит она. Ложится на спину и безучастно смотрит в потолок. – Знаешь, папы нет чуть больше недели. А я уже безумно скучаю. Хотя он часто бесил меня своими запретами и указами, но он был рядом. Почему люди устроены так по-дурацки, что начинают ценить, лишь потеряв? – она порывисто закрывает лицо ладонями и всхлипывает.

Даня сидит истуканом. Снова слезы. Может принести еще какао? Она еще то не допила… Печенье? Шоколад?

Алекса громко вздыхает и вытирает слезы. Опять усаживается на кровати и натянуто улыбается:

– Расскажи мне про свою семью.

– Да что рассказывать, – он поднимается с кровати и нервно прохаживается по комнате. – Полгода назад они продали наш семейный магазин кухонной утвари и отправились путешествовать. Так что этот новый год я впервые встречу один.

– Вот так? Ни с того, ни сего? – удивляется Алекса.

Даня замирает возле окна. По дороге медленно ползет трактор-снегоуборщик, а снег продолжает валить. Еще пару таких дней, и никакая техника не справится.

– Ну, они давно мечтали о путешествии, но никак не могли решиться. Мы регулярно созваниваемся по скайпу. Сейчас они гостят в Тайланде, а в феврале хотят отправиться во Вьетнам.