Чтение онлайн

За этим увлекательным занятием время пролетело незаметно. Костя окончательно выздоровел. Семен уверенно шел на поправку и скоро должен отъехать в свою деревеньку, пожалованную ему боярином. На коня Семену еще рано садиться, но в санях - милое дело.

Корабли давно вытащены на берег и законсервированы до весны. Константин Федорович ожидал установления снежного покрова, чтобы отправиться в свою вотчину. Зима постепенно вступила в свои права, и можно уже скоро собираться в дорогу. Ладью свою Костя оставлял зимовать в вотчине Андрея. Домой боярин станет добираться санным обозом. Благо трофейных повозок и саней у князя скопилось несколько сотен. К тому же запасливый Спиридон озаботился изготовлением телег, возков, саней, и теперь транспортных средств было в избытке. За сани Спиридон умудрился выпросить у боярина Маслова что-то из добычи боярина, и, судя по довольной роже Спиридона, мена была не в пользу боярина.

Хороша зима тем, что путешествовать можно с комфортом. Зимой тебя не трясет на кочках, знай лежи в тепле, укрывшись медвежьей полстью или санным одеялом.

Вместе с Костей засобирался в дорогу Андрей. Князя повидать, проверить, как идут дела в лавке, отвезти товары на продажу. Крестьяне навезли оброку столько, что все амбары ломились от припасов, плюсом еще дар [133] преподнесли по старине, да торговые агенты исправно поставляли в усадьбу выменянные на сукно и другие товары зерно, овес, мед и воск, меха. По совету купца, Андрей стал внедрять практику кредитования крестьян Пронского княжества зерном для посевной и лошадьми с упряжью. Выгода была двойная и даже тройная: кредит оформлялся в соответствии с действующими нормами права, с докладом кому следует, только отдавать долг крестьяне обязывались натурою по бросовым ценам. В случае неурожая и невозможности отдать долг, крестьянин вместе с семьей поступал в закупы к князю. Боярин, на чьей земле сидели крестьяне, лишался арендаторов и положенного ему оброка. Доверенные люди купца в этом случае должны были гасить задолженность крестьянина перед его боярином и сразу предлагать боярину продать землицу князю, все равно обрабатывать землю у боярина становилось некому, раз крестьян уводили в закупы. Андрей сомневался поначалу жизнеспособности подобной схемы, но она, на удивление, работала и работала неплохо, крестьяне охотно брали в долг.

От Ивана Андреевича был скоровестник, от усердия чуть было не загнавший степную лошадку: просил купец поторапливаться. Конюх еще долго ворчал по поводу почти загубленной скотины, которая теперь по вине гонца должна проходить долгий период реабилитации, прежде чем кобылка снова сможет встать под седло. И была бы его воля, отправил бы он скоровестника на конюшню и всыпал бы ему по полной программе, что бы знал шельмец, как губить животину.

Зима нынче ранняя, в октябре ударили сильные морозы, сковав льдом реки. Самое время отправляться торговать. В Новгород купец собрался идти за товаром заморским да свой товар сбыть с прибытком. Андрей надеялся, что князь позволит ему съездить в Новгород, уж больно хотелось посмотреть Андрею на самый старинный русский город.

От Москвы до Новгорода семь-восемь дней пути. С санным обозом, конечно, дольше, но тут уж ничего не поделать. На дворе пятнадцатый век - скоростных поездов еще изобрели. А две недели пути по местным меркам - сущий пустяк.

Спиридон договорился со старостами крестьянских общин о выделении подвод вместе с возницами. По уговору с боярином крестьяне обязаны предоставлять сани и возниц два раза в год. Договор с крестьянами подразумевал определенное количество верст прогона, а все что сверху - должно быть оплачено, а уж как далеко соберется идти боярин, в Москву ли или в Новгород, то дело боярина. Бесплатно крестьянская община обязана давать возниц только до Переяславля Резанского и точка. Спиридон за отданное крестьянам сено затребовал не только меха, мед и воск, но значительно увеличил прогон санных поездов, так что проблем с этим не было. В Новгород так в Новгород.

С собой Андрей брал пять десятков дворян, так прозывали служивших князю воинов. Причем боевые холопы также попадали в эту категорию дворовых людей. Потери в живой силе во время набега на Литву боярин понес приличные, но раненые поправились, а убитых заменили новые холопы.

Все семьи погибших воев получили от боярина разовую компенсацию различным добром. Более того, Андрей, уточнив нормы потребления хлеба на человека, обязал Спиридона выдавать хлеб семьям погибших до тех пор, пока не вырастут дети. Если детей не было, то жены убитых станут получать хлеб и овес до тех пор, пока баба снова не выйдет замуж. Если у убитого дружинника нет ни детей, ни жены, то родители получат компенсацию в пять рублей. Если погибший совсем безродный, то причитавшиеся родным деньги пойдут церкви на помин души погибшего.

Родителям холопов, продавшихся Андрею, вопреки протестам Спиридона и Демьяна, боярин выделил по рублю. Большие деньги. Демьяна со Спиридоном понять, конечно, можно. Раз продавшись, холопы уже отдали свою жизнь боярину, и ничего больше семьям холопов не полагалось. Андрей решил иначе и не прогадал.

Двоих увечных Спиридон пристроил к Демьяну в охранную сотню и по хозяйству на одной из дальних пасек. Оставшийся в результате ранения хромым на всю жизнь воин, выбравший жизнь пасечника, до конца жизни станет получать от князя хлеб на прокорм. И так будет с каждым, кто получит увечья на службе князю, эту весомую гарантию двор встретил восторженно, ведь в практике князей доселе такого не случалось: обычно увечного выгоняли со двора, сунув ему пару монет на житье на первое время. Потом, когда деньги закончатся, живи, как знаешь, князю до судьбы увечного дела нет.

Авторитет боярина сразу же поднялся до небес. И вскоре во дворе усадьбы появились новые ловцы удачи из Резанского и Пронского княжеств. Предлагали свою жизнь и свободу в обмен на деньги. Все сплошь молодые, но года - дело наживное. Демьян лично вел отбор самых способных к ратному делу.

В Москве Андрей собирался нанять плотников поставить нормальные стены усадьбы. В Переяславле с мастеровыми мужиками уже была договоренность, но объем и сроки работ велики. Без Московских умельцев не обойтись.

Называли таких умельцев по смешному - огородники. По незнанию Андрей было подумал, что так зовут тех, кто работает в огородах. Оказалось, что нет. Так называли умельцев, строящих городские укрепления. Ибо городком назывались лишь те поселения, которые обнесены были крепостной стеной. Андрей вовсе не собирался строить город на месте усадьбы. Но практика штурма усадьбы польского пана показала, что тын - не- надежная защита от ворога. И набег татар летом лишь чудом удалось отбить. Если бы не пушки, татары легко захватили бы княжескую усадьбу. Конечно, Андрей обучил холопов обращаться с пушками, но высокие стены все-таки надежная гарантия безопасности. С высокими стенами спокойней будет.

Наученный горьким опытом Литовского похода, Андрей распорядился на всякий случай прихватить с собой в дорогу парочку пушек. Мало ли какая надобность в них случится. Если бы князь догадался взять пушки в набег на литовские земли, то не было бы таких больших потерь в его войске.

Из детей боярских сопровождали Андрея Лука Фомич, Федор и Кузьма. Крещеный норвежец Даниил на пару с новгородцем Прохором так же напросились взять их с собой. Неждан не сумел выкарабкаться из лап костлявой и отдал богу душу. Прохор тяжело пережил смерть друга, и Андрей опасался, что пьянка погубит мужика. Потому он согласился с просьбой мужиков взять их с собой в Новгород, тем более что буйный новгородец каким-то образом нашел общий язык с урманом, таким же буяном, как он сам. Уланы Кулчука, само собой, тоже шли. Андрей и шагу не мог ступить без своих татар. Теперь-то он понимал, почему русские князья всегда нанимали и нанимают на службе татар. Без них никуда.