Фцук
Шрифт:
Пришла пора прощаться.
– Прощай лес, прощай другой лес, прощай болото, прощай ручей, прощай поле... Ну и дура же я!
– она немного посмеялась, но в совершенно тихую погоду в конце дня громкие звуки производили жуткое впечатление.
– Не буду больше смеяться! А то мне страшно... Всегда страшно, когда рядом нет Рудиса. А еще зимой в землянке не было страшно.
Когда стало темнеть, Фцук пошла к землянке, с трудом открыла вросший в землю люк, спустилась вниз и закрыла его над собой навсегда. Она легла на полусгнившую землянку и прикрыла глаза.
– Это ты? Ты поняла, что должна вернуться, что мы желали тебе добра?
– Я не вернулась к вам, я вернулась в Алларбю.
– Это можно было сделать раньше, ведь я и звал тебя в Алларбю, - настаивал червь.
– Алларбю находится глубоко под землей, там не нужны глаза, потому что нет света. Нет зла. Когда человек не смотрит, мир становится лучше.
– Здесь нет никакого мира. Мир там, за Сверкающими горами...
– Здесь свой мир. Мир без зла и без борьбы, мир смерти. Ты выбрала мир жизни, мир борьбы и пожирания, мир пауков. Ты сделала ошибку, я рад, что ты ее исправила. Теперь расслабься и ни о чем не думай, просто старайся помедленнее дышать.
Фцук знала, что на самом деле никакого червя нет, что он - лишь плод ее воображения, с которым она прожила всю жизнь после истории в подземелье Белой. Но теперь на это можно было не обращать внимания, потому что рано или поздно червь уводит всех. Зато не со всеми ведет такие обходительные беседы...
– Гости вы мои дорогие! Беленькие!
– выкрикнула она и засмеялась.
Червю это не понравилось:
– Не кричи, перестань! Успокойся! В тебе осталось еще слишком много света, слишком много зла... Я помогу тебе... Лежи спокойно и старайся дышать помедленнее, все медленнее и медленнее.
Так и закончилась история Фцук, девушки из северного поселка, сумевшей отвоевать свое место на юге, но всю жизнь немного жалевшей об этом. Умирал старый мир, мир людей. В горах и в тундре, на маленьких островах в океане и в затерянных среди бескрайних пустынь оазисах умирали люди, носившие устаревшие гены. Планета мучительно меняла кожу. Мир людей, начавший приближаться к своему концу с момента катастрофы, разбудившей насекомых, заканчивался навсегда. Люди по прежнему бродили по земле, боролись за свое место под солнцем, но это были уже другие люди. Люди мира пауков, не боявшиеся насекомых и не мыслившие себе жизни без них. В сущности, и сами они становились насекомыми, приобретая характерные для них черты. Те, кто не укладывался в этот процесс, уходили, по разным причинам не оставляя потомства. Таков закон жизни, закон света или, по мнению белесых жирных червей, закон зла.
Но планета продолжала вращаться вокруг солнца, а оно - мчаться в пустоте, отдавая ей тепло и свет. Жизнь продолжала исполнять свое загадочное предназначение, непонятное ни людям, ни паукам. Возможно, пройдут новые миллионы лет, и другие существа заменят нынешних хозяев мира, сильных и методичных, преданных и воинственных. Но пока над миром пауков еще только вставало солнце, раса начинала свой день, расправляя плечи.