Фантомас
Шрифт:
– Я первым получил информацию по этому делую. И, естественно сразу отверг версию о несчастном случае. Все имеющиеся данные говорили о том, что произошло преступление!
– Почему же?
– Опыт, мсье, опыт… А поняв, что это убийство, я, не имея конкретных улик, начал подозревать всех. Проверил каждого, кто был так или иначе связан с лордом Белтхемом. Ну и вышел на этого Гарна… Выяснилось, что лорд познакомился с ним еще во время англо-бурской войны. Причем при довольно подозрительных обстоятельствах. Вот я и отправился к нему в гости хотя бы для того, чтобы выяснить, что это за фрукт. Как видите, ничего сложного.
Господин Фузилье рассмеялся:
– Ваша скромность просто очаровательна, дорогой Жюв! Послушать вас, так выходит, что найти этого Гарна было парой пустяков! Только я-то профессионал! И знаю, какое для этого нужно оперативное чутье!
Инспектор смутился:
– Так вы совсем меня захвалите. Поверьте, это всего лишь счастливый случай!
Следователь рассмеялся еще громче:
– Побольше бы таких случаев! Если бы моей гадалкой были вы, господин инспектор, из моей жизни исчезли бы сомнения! Надо же – счастливый случай!
Он прикрыл рот ладонью:
– А кто первый обратил внимание на отсутствие трупного запаха? Признаться, мне бы и в голову не пришло, что труп набальзамирован! А вы это сказали сразу. И оказались правы – в крови обнаружен сульфат цинка!
– Но это же было очевидно! – запротестовал инспектор. – Вы меня переоцениваете!
Следователь снова сел.
– Ну хорошо, – сказал он. – Допустим, вы промахнулись с этим лордом. Но не будете же вы отрицать, что вы единственный, кому удалось внести ясность в дело Лангрюн?
– Так уж и ясность!
Господин Фузилье поморщился:
– Послушайте, Жюв, я прекрасно знаю, что вы даже ездили на суд в этот Каор.
– Ну и что же?
Инспектор пожал плечами:
– Не может быть, чтобы у вас не осталось никаких впечатлений!
– Впечатлений от чего? – уточнил Жюв.
– Ну вообще от этого дела. Как вы считаете, приговор справедлив? Этьен Ромбер невиновен?
Инспектор подумал.
– Господин Фузилье, – начал он, тщательно подбирая слова. – Если бы я говорил с кем-либо другим, я бы вообще отказался продолжать разговор. Но и вам я не могу дать однозначного ответа. Видите ли… Мы знакомы не первый год, и я никогда не видел от вас ничего, кроме понимания и участия. Поэтому я поделюсь с вами своими сомнениями.
Он помолчал. Затем продолжил:
– Дело в том, мсье следователь, что я не считаю дело об убийстве маркизы де Лангрюн законченным. Мы не знаем самого главного…
Он снова замолчал. Следователь, глядя на него, нетерпеливо щелкнул пальцами:
– Так что же, по-вашему, Этьен Ромбер не совершал преступления?
Инспектор протестующе поднял руку.
– Этого я не говорил!
– Так о чем же вы говорите? Разве юноша не был убит своим отцом?
– Понимаете, это самая удобная гипотеза. В нее все укладывается…
– Но вы в нее не верите? Так не морочьте мне голову, назовите свою версию!
Жюв в задумчивости потер рукой лоб:
– Если бы у меня была четкая версия! Поверьте, я ночей не сплю из-за этого дела. У меня уже голова от него распухла! И чем больше я думаю об этом преступлении, тем больше оно меня интересует…
Господин Фузилье внимательно смотрел на инспектора. Тот медленно продолжал:
– Легко сказать – изложи свою версию. А если она совершенно невероятна?
Следователь затаил дыхание ожидая, что Жюв выскажется более подробно. Но полицейский молчал. Тогда господин Фузилье встал и поднял палец.
– Кажется, я понял, промолвил он. – Вам опять не дает покоя этот загадочный Фантомас. За каждым преступлением вам видится его тень, и вот теперь вы хотите свалить на него убийство маркизы де Лангрюн!
Жюв беспомощно развел руками:
– Вы можете смеяться, но это так, мсье!
Следователь рассердился:
– Черт побери, Жюв! Я вовсе не хочу вас обидеть, но вам не кажется, что этот Фантомас стал вашей навязчивой идеей? Куда ни плюнь, везде Фантомас!
Инспектор потупился:
– Похоже, что так, мсье…
Господин Фузилье нахмурил брови и продолжал очень веско и серьезно:
– Вот что, Жюв, я скажу вам одну вещь. Думаю, вы простите мне небольшую нескромность.
– О чем разговор, конечно!
– Так вот, дорогой инспектор. Как вы недавно точно заметили, мы знакомы не первый год, и это позволяет мне сделать вывод, что я неплохо вас знаю. Зачем вы ко мне пришли? Не для того ли, чтобы получить информацию о недавней краже в Руайяль-Паласе?
Инспектор улыбнулся:
– Совершенно верно, мсье. Мне необходимо знать все об ограблении княгини Данидофф.
– Так я и знал, – заключил следователь. – И, конечно, это дело рук Фантомаса!
– Ну, это еще придется доказать! – энергично запротестовал полицейский.
– Доказать? – удивился следователь. – По-моему, в этом случае доказывать нечего. Разве вы не видели визитной карточки, которая осталась у княгини? Ведь на ней выступила весьма недвусмысленная подпись!
Жюв пододвинул стул и уселся на него верхом. Положив на спинку подбородок, он пробормотал:
– Визитная карточка – приманка для дурачков. На мой взгляд, Фантомасом здесь и не пахнет…
– Ах, не пахнет! Позвольте узнать, почему вы пришли к такому умозаключению?
– Вспомните, что мы знаем о Фантомасе! Хладнокровный убийца, гений… Неужели вы представляете, что он так просто оставит на месте преступления доказательство того, что он его совершил?! Да это просто невозможно! В таком случае можно утверждать, что все свои последующие злодеяния он будет совершать, надев фирменную кепочку, на которой будет написано: «Фантомас и К°»!
Представив себе эту картину, следователь невольно засмеялся. Затем сказал: