Чтение онлайн

Глава пятая. Возвращение.

Вернувшись из Обители в промежуток, мне было над чем подумать. Начиная от судьбы своего последователя, заканчивая знакомством со Скатах. Надо сказать, знакомство выдалось жарким... во всех смыслах. В процессе «знакомства» она поведала мне немало интересного.

Как оказалось, у жандармов есть дела, которые они не рассматривают официально. Преступления культистов одни из таких. Стоит жандармам только заподозрить тебя в связи с культом, как у них буквально развязываются руки. Убийство следователя, который занимался подобными делами, также рассматривалось в особом порядке.

Скатах пообещала помочь освободить Шпильмана, вот только взамен я помогу уже ее последователям. На первый взгляд честная сделка, как окажется по итогу, мы еще посмотрим.

Помимо этого, она мне рассказала, что мне не стоило использовать сразу две истины на себе. Почему? Таким образом я закрыл себе путь к просветлению. Так принято называть обретение полу божественной силы. В общем, по ее мнению, хоть я и не смогу в себе больше воплотить одну из оставшихся восьми истин, зато со мной и моими последователями куда охотней будут сотрудничать другие культы.

Также стало понятно, каким образом историю этого мира переписывали аж целых четыре раза. В общем, достигнув просветления, молодой полубог способен один раз переписать реальность. Поскольку истин раньше было всего двенадцать, а сейчас осталось восемь...

— Получается, по этой Земле бродят аж целых четыре полубога, — с усмешкой произношу. — Мне даже немного интересно, чем они сейчас заняты и что конкретно они переписали в истории...

Как оказалось, из-за конкуренции на пути просветления, многих неофитов заставляют выучить сразу несколько истин, это своего рода способ защититься от конкурентов. Раньше, со слов Скатах, подобное поведение считалось довольно низким, но в последние века эта практика стала распространена. Многие неофиты даже и не догадываются, что таким вот образом они ставят крест даже на самой попытке возвыситься и стать полубогом.

Меня вся эта возня не сильно взволновала. Становиться полубогом? Мне в любом случае этот путь закрыт, да и не сильно-то хотелось. Силы у меня и так более чем достаточно, мне не хватает понимания мистических путей! Вот и получается, что в целом для меня ничего не поменялось, хотя и появились некоторые нюансы, я стал больше понимать, что вокруг вообще происходит.

— Все эти напыщенные аристократы по итогу оказались не более чем слугами бессмертных, что обитают в Обители, — насмешливо произношу.

У каждого бессмертного есть свой культ. Причем на своей территории они безжалостно расправляются с конкурентами. В царской России, как оказалось, основной путь — эта лампада. Именно он считается богоугодным, когда как все остальные втайне преследуются! Отчего даже немного странно, почему меня не обучили еще какому-нибудь пути?

Уже после, обдумав все сказанное Скатах, многое из того, чему я был свидетелем раньше, обрело смысл. Незримая обычному человеку война, где ставками порой являются судьбы целых государств, а то и всей планеты. За подобную силу не жалко никого, особенно, если сам ты бессмертен, а твое настоящее тело спрятано в Обители.

— Удобно устроились суки, — мрачно произношу. — Так и хочется подложить бомбу под ваш бессмертный зад, возможно, на деле он окажется не таким уж и бессмертным?

Создав в руке лист бумаги, я стал записывать все, что мне удалось узнать. Мой кодекс для Общества святой Гидры требовал дополнения. Моим неофитам будет полезно знать, как дела обстоят на самом деле. Впрочем, сперва я проверю истинность слов Скатах. Как? Мы с ней договорились, что ее последователи меня призовут.

— Первым делом я выпью и кого-нибудь трахну! Причем не обязательно в буквальном смысле, сойдет и бульварная кабацкая драка...

Мои кулаки чесались, а душа требовала хлеба и зрелищ! Так почему бы и не совместить?

***

Энид Блайтон всю свою жизнь увлекалась мифами. Она с ранних лет писала сказки, рассылая их по журналам. Она постоянно получала отказы, лишь в четырнадцать лет ее рассказ впервые напечатали. Сейчас она знаменитая писательница детских сказок, вот только все это было лишь прикрытием для ее настоящих дел.

Ее увлечение мифами свело ее с бессмертной Скатах, легенде кельтских мифов! Она даже уехала из Лондона лишь для того, чтобы организовать небольшой культ в далекой России. Найти нужных людей, которые, как и она, увлекаются мифами, оказалось не так уж трудно, благо ее охотно приглашали к себе даже аристократы.

Энид уже собиралась отбыть обратно на родину, получившаяся ячейка уже могла работать автономно, когда к ней во снах вновь явилась Скатах. Она сказала, что у нее для Энид есть особое задание! Один из русских аристократов, завладел артефактом пути Стука. Скатах просила выкрасть артефакт, если получится.

Данное задание стало для Энид очередным вызовом. Ей удалось выйти на вора с пути мотылька, но та отказывалась идти на дело без силовой поддержки. Слишком хорошо охранялся нужный особняк, а ведь еще неизвестно, что ждет их внутри.

Блайтон как раз была в поисках кого-нибудь с пути грани, когда Скатах ошарашила ее, что им поможет молодой бессмертный! Эта новость шокировала девушку, она привыкла думать, что бессмертные не покидают Обитель, где их невозможно убить! Что за безумец согласился добровольно рискнуть своим бессмертием?!

***

Посмотрев на себя в зеркало, в уборной некой симпатичной писательницы, я был вынужден признать, что с выпивкой и в целом общении с людьми я малость погорячился. С моей красной рожей меня не только не пустят на порог, так еще и жандармов вызовут!

— А то как бы и не священников, — улыбаюсь своему отражению, отчего даже мне самому становится жутко.

От созерцания себя любимого меня отвлекает стук в дверь.

— Простите, — извиняюще раздается по ту сторону. — Я принесла вам одежду, как вы и просили... — помедлив, — и маску!

— Открыто, — произношу, не оборачиваясь.

Как назло, у меня нет заклинания маскировки. Подобной магией пользовались тихушники и разведчики, отчего в строевых войсках она, мягко говоря, презирается. Только честная сталь и магия! Поддавшись общему настроению, я так и не выучил данное заклинание, хотя возможность была.