Фабрика

19 августа 2022 г.

Говорят, что сорок лет не отмечают.

Плохая примета.

Алексей считал это поверие смешным и нелогичным. Свои сорок он отпраздновал широко и с размахом, так же как и последующие сорок один и сорок два. Но сейчас ему больше всего хотелось, чтобы Сергей вдруг проникся верой в приметы и отменил празднование своего дня рождения в офисе.

На дне рождения будет нужно – и от этого никак не отказаться, не рискуя вызвать шквал новых слухов и пересудов – сказать тост. Выдавить из себя хотя бы пару добрых слов. А что он мог сказать?

С днем рождения, мой бывший лучший друг. Последние полгода я подозревал, что ты изменял моей сестре и воровал мои деньги. Но я не смог окончательно доказать твою вину даже самому себе, поэтому теперь делаю вид, что ничего не произошло. Прости. Давай выпьем за то, чтобы в следующие сорок лет подобное не повторилось.

Отличный тост, да. Но, к сожалению, придется придумать другой.

Алексей встал из-за своего рабочего стола, подошел к огромному, во всю стену, окну кабинета и некоторое время смотрел на выстроенные в отдалении от офисного здания производственные цеха и склад. Новые, красивые, современные здания – реальное подтверждение многолетнего успеха. Их успеха. Сегодня цеха было видно не очень хорошо. Дым от горящих лесов уже добрался до Коломны, и весь город затянуло удушливым смогом.

Как будто конец света.

Алексей вернулся к столу, взял ручку и бумагу.

Нужно придумать речь. Простую короткую речь. Это несложно.

Но мысли настойчиво возвращались к одним и тем же вопросам, снова и снова двигались по старому кругу.

Как ты мог, Серёга?

Что с тобой произошло?

Когда и почему ты превратился в крысу, готовую воровать у своей семьи?

А может, ты был таким всегда?

19 августа 2022 г.

– Почему, почему ты не можешь нас отвезти? – Тёма встал перед входной дверью и упёр руки в бока.

В тот момент он казался гораздо младше своих лет – капризничающий, готовый заплакать ребёнок, а не почти что подросток. А ведь всего пять минут назад, сидя на кухне и доедая очередное мороженое, он доказывал Саше, что уже взрослый.

– Мне нужно вернуться на работу, – глухо ответил отец, пытаясь его обойти.

– Уже вечер! Никто уже не работает!

– Тёма, успокойся, поедем на великах, – попросила Саша, но, разумеется, ни младший брат, ни отец не обратили на неё ни малейшего внимания.

– Мама бы нас отвезла! – со злостью сказал Тёма.

От лица отца, ещё секунду назад красного от злости и жары, мгновенно отхлынула кровь. Саша застыла.

– Да, – тихо согласился отец. – Она бы отвезла.

Тёма стиснул челюсти, кажется, пытаясь не заплакать, но у него ничего не вышло. По загорелой, чуть пыльной щеке скатилась первая слезинка.

– Папа, не волнуйся, мы доедем на велосипедах, – выдавила из себя Саша и быстро подошла к брату. – Тёма, малыш…

Она несмело коснулась его взлохмаченных волос. Очень светлые, густые, чуть волнистые – почти такие же были у мамы. Почти.

– Прости, – всхлипнул Тёма, вывернулся из-под её руки и сорвался с места. Он взлетел по лестнице на второй этаж, а ещё через секунду хлопнула дверь его комнаты.

Саша беспомощно посмотрела на отца.

– Я вас отвезу, – решил он. – Собирайтесь. Я пока доеду до магазина, возьму воды и… Что вы там ещё берёте на пляж? Что купить?

– Чипсы. Газировку. И что ты сам хочешь.

– Что я хочу?

Отец улыбнулся страшной, пустой улыбкой, и Саша поняла, что опять сказала что-то не то. Это происходило снова и снова, несколько раз на дню – любая самая обычная фраза могла сработать как триггер.

– Я…

Я не хочу ничего. Даже жить.

Да. Наверное, отец хотел сказать именно это.

Но, впервые за многие недели, он сделал над собой усилие и замолчал.

– Хорошо, – после паузы произнёс он. – Выберу сам. Что захочу.

Саша кивнула. Осторожно закрыла за отцом дверь и пошла в свою комнату. Надела купальник, сарафан, собрала волосы в хвост. Снова спустилась на первый этаж, прошла через цепочку комнат в прачечную, сняла с сушилки три полотенца, плавки Тёмы и вдруг почувствовала, как сильно устала.

– Артём! Иди сюда! – крикнула она в потолок, оседая на пол. Пыльный, не мытый уже неделю, но кому какое дело?

Пару мгновений Саше казалось, что брат сделает вид, будто не услышал, и придётся подниматься самой. Но тут же раздался приглушённый перекрытиями звук шагов, потом топот по лестнице, и она облегчённо выдохнула.

– Пришёл, – заявил появившийся на пороге прачечной Тёма.

– Одевайся, – скомандовала Саша. – Сейчас папа вернётся и отвезёт нас на машине.

– Ура!

Он выдернул из её рук плавки и снова убежал.

Саша от всей души позавидовала тому, сколько у брата сил. Она посидела ещё несколько минут на полу, затем поднялась и, захватив полотенца, побрела в сторону выхода из дома.

Дом был слишком большим для их семьи.

Он казался большим даже тогда, когда их было пятеро. Два этажа по полторы сотни квадратов каждый, мансарда, высокие потолки, бесконечные лестницы. Сейчас, для четверых, размеры дома стали невыносимыми.

Если бы Саша могла решать, она бы с радостью вернулась в старую мамину квартиру. Но квартиры уже не было, родители продали её сразу, как только закончили отделку первого этажа.