Эй-ай
Шрифт:
— Что это было? — поинтересовался Люк, когда ему надоело переводить взгляд с оконного проема на то место, где исчезло неведомое наваждение.
— Сколопендра, — шепотом отозвался Джулиан.
— А куда оно… она делась? В асфальте нет отверстия…
— Да не знаю я! Пошли отсюда!
— Я хотел бы посмотреть, что находится там, наверху… — осторожно предложил Люк.
— Ну уж нет!
— Тогда подожди меня здесь, Я быстро.
Так получилось, что вместо того чтобы пробираться на место встречи, назначенное Шилой как раз на случай, если группа вынуждена будет рассыпаться, Джулиан вошел в этот идиотский дом. Впрочем, не дом, то есть — не жилой дом. Это был бордель. Самый настоящий — с тонкими кружевными занавесками, запахами благовоний и огромным количеством мягких подушек в удобных и красивых кабинках.
«Я вообще-то невезучий, — подумал Джулиан, — но до такого пока еще не доходило. В бордель — с роботом!»
— Что это за место? — с интересом спросил Люк. — Гостиница?
— А? — Джулиан сел на одну из подушек и принялся хохотать. Хохотал он долго, со всхлипываниями, стуча иногда головой в обитую красной кожей спинку кровати. Ему было мокро и холодно, он сидел в борделе, с винтовкой и рюкзаком, в армейских ботинках, оставляющих мокрую дорожку на дорогих — или дешевых, кто их разберет? — коврах, и ржал. Слишком много пришлось ему вытерпеть за последние три дня, так что разрядка, видимо, была необходима. Остановился он только тогда, когда Люк, совершенно как то по-самурайски выхватив из ножен на поясе полуметровую трубу с ручкой, одним стремительным движением направил ее куда-то за Джулианово ухо, и тут же за спиной у юноши что-то грохнуло и покатилось.
— Лихо, — медленно произнес Джулиан, изучая остатки паука. — Он бы нас сейчас… Это у тебя что — лазер?
— Лазер, — подтвердил Люк. — А почему ты смеялся? Я так понял, что это НЕ гостиница?
— Это публичный дом, — объяснил Джулиан, поднимаясь. — Ты меня просто… врасплох застал. Со своим вопросом. Даже роботу полагается знать…
— Понятно, — задумчиво произнес Люк. — Только я не робот.
— А кто?
— Это секрет.
— Да какой там секрет? — возмутился Джулиан. — Я бы сказал, что ты — фотер, но тут такие помехи, что фотером невозможно было бы управлять. Значит, ты — Эй-Ай. Я думаю — голливудский. Слишком меч… лазер то есть, свой красиво выхватываешь.
— Школа годзю-рю… Кажется.
— Давай смотри, что ты хотел, и будем уносить ноги. Через полчаса сюда еще сотня пауков припрется.
Они не нашли ничего. Сколопендра, чем бы она ни была на самом деле, похоже, возникла в кабинке женского туалета и, проломив стену, вылетела в коридор. Затем — на улицу. Все.
— Интересно, — резюмировал Люк. — Но непонятно. Можно идти.
Глава 7
Группа Шилы должна была ждать в течение пяти часов в условленном месте, очень хорошем месте, по мнению того типа из городской полиции, который вводил их в обстановку. Точнее — из бывшей городской полиции, так как из города они вылетели чуть ли не первыми. Так или иначе, на эту маленькую площадь, зажатую между двадцатиэтажными бетонными коробками, выходило сразу пять улочек, а двери, ведущие в подвалы, отданные китайцам под складские помещения, не запирались никогда, так что можно было по идее и эти подвалы использовать для отступления. Вот только тогда они не знали, что из подвалов могут появляться пауки, а с крыш слетать «одеяла». Про сети, очень прочные сети из металлопласта, которыми тут и там затянуты были улицы, в ориентировке тоже ничего не говорилось, а между тем большинство сетей было под током.
— Сколько прошло? — поинтересовался Том Дикле, меланхоличный коротышка, который выполнял теперь обязанности радиста группы. То есть ничего не делал. Помехи…
Шила не ответила. Во-первых, у него есть часы. Во-вторых — не годится командиру поддерживать разговоры на заведомо дурацкие темы. Вместо этого она принялась изучать в бинокль окна домов на противоположной стороне. Смотреть было трудно, дождь продолжал поливать улицы с прежним упорством, и непонятно было, радоваться этому обстоятельству или огорчаться. Механической дряни на улицах точно поубавилось, хотя «призраков», кажется, стало больше.
Дома непривычно чернели в вечерних сумерках, ни огонька, ни музыки — уж на что Шила не любила тех, кто слушает музыку сам и вынуждает слушать ее своих соседей, но сейчас она предпочла бы звуки какой-нибудь вечеринки этой тишине. Затем на какое-то время в вышине вспыхнул ослепительный бело-голубой свет, и паутина, висящая вдоль дороги, пошла сыпать искрами. По крайней мере электричество у них есть. У террористов.
Впрочем, Шила не верила в сказку про злых террористов, захвативших столицу Америки. Не верила потому, что не было выдвинуто никаких условий, а также потому, что то, что наворотили эти «террористы» за месяц, регулярная армия не сделала бы и за год. Нет, в Нью-Йорке хозяйничало нечто новое, небритые дяди с самодельными бомбами в эту картину не вписывались. И потом — где они, террористы? Покажите хоть одного!
Свет погас минуты через полторы, и искр сразу стало меньше.
Затем ее внимание привлекло движение в полутьме, квартала за два. Шила подняла бинокль и нажатием кнопки перевела его в режим сумеречного видения.
Их было двое, то есть по меньшей мере двое, столько она насчитала, ругая вполголоса проклятые потоки дождя, закрывающие все на свете мутной пеленой, и проклятые молнии, от которых оптика поминутно слепла. Двое, и один из них явно был Джулиан. Забыв об осторожности, он и кто-то еще, судя по росту, лет пятнадцати — только пацанов им тут не хватало! — тащили по улице раненого, а может, и убитого, от этих болванов всего можно ожидать. Тащили к месту сбора.
Шила, орудуя двумя шкалами настройки сразу, умудрилась наконец поймать Джулианова спутника в поле зрения, затем она медленно опустила бинокль и задумалась. Похоже, зря она ругала мальчишку. Он таки нашел одного из… этих…
— Подъем, — шепотом скомандовала она. — Тревога! К бою!
Хорошо, если он один, этот парень в странной темно-серой форме, больше напоминающей скафандр. А что, если тот, которого они тащат, тоже из его банды и только притворяется раненым? Такие скафандры Шиле приходилось видеть пару раз, когда их бросали подавлять учебные десанты космопехоты, и она знала, что в бою с применением огнестрельного оружия их неприятель будет иметь существенное преимущество. Она, конечно, допускала, что Джулиан убедил незнакомца сдаться добровольно, но делать на это ставку не собиралась. Лучше перестраховаться.
— Давить числом, — свистящим шепотом произнесла она. — Огня не открывать, на нем защитный костюм. Готовы?
Разумеется, первым в комнату вошел Джулиан, что сильно осложнило дело, вошел пятясь, таща то, что Шила издалека приняла за раненого. Не раненый это был. Ее подчиненный и парень в доспехах волокли за голенастые ноги дохлого паука.
Первой в атаку бросилась Полина, единственная девушка, оставшаяся в группе, и единственная, кому Шила более или менее доверяла. Затем вперед с ревом устремился Том, а потом и вовсе пошла потеха. Длилось все это секунд десять.
— Вы зачем его бьете? — поинтересовался Люк. Он сидел на четырехметровой высоте на трубе вентиляционной системы и внимательно наблюдал за ходом сражения.
— Ой! — тихо сказал кто-то.
Шила выпрямилась, чувствуя, как к щекам приливает краска. Так сесть в лужу! Затем она посмотрела на того, кого они только что «брали». Нечего сказать, ребята постарались от души…
Наконец поверженный и втоптанный в остатки паука Джулиан завозился и открыл глаза.
— Ну вы даете, — пробормотал он, пытаясь подняться. Люк тут же спрыгнул вниз, чтобы ему помочь, и именно в этот миг Шила осознала, что перед ней не человек.