Чтение онлайн

Наступает действительно большая беда.

И все, что в тебе, то как в общей беде,

И это всех нас достойно вполне.

Гемоглобины, лейкоциты искрометных кровей

Безупречно будут смешаны с твоей и моей.

Все растворится в чреве общей беды,

Гуляй, ведь неясно где я, а где — ты.

— Не дай бог, такое время. — Думаю я, потом оглядываюсь на Машку, прижавшуюся ко мне, вспоминаю про остальных своих любимых, родных и близких и снова себе говорю:

— Этого не будет, уже не будет, на этот раз все будет по другому. Ради них, ради меня, ради всех нас.—

И НАУ похоже со мной согласен, но они поднимают другую проблему. Это время «социального рока», а проблем хватает, отсюда и тематика многих песен. И уже звучит «Моя семья»:

В нашей семье, каждый делает что-то

Но никто не знает, что же делают рядом

Такое ощущение, словно мы собираем

Машину, которая всех нас раздавит

Наша семья — это странное нечто

Которое вечно стоит за спиною

Я просто хочу быть свободным — и точка

Но это означает расстаться с семьёю

— Нет Слава. — Снова думаю я, еще крепче прижимая к себе мою рыжую и добавляю, про себя конечно: — Я понимаю про что ты, но это неправильные семьи и неправильные страны. Все можно изменить, к лучшему конечно. И я знаю как, и иду к этому. И похоже, что такое ощущает и кто-то во власти, очень уж явно ощущается ненавязчивое внимание и помощь. По мелочам, но, как известно, Искра порождаем пламя, а камешек, лавину. Они это все похоже понимают и пользуются моментом, для и для страны, для людей и снова страны. По-хорошему, это всегда связано.—

У меня складывается впечатление, что мы со Славой на одной волне и он очень в тему моих размышлений запевает «Последнее письмо»

Мне стали слишком малы

Твои тертые джинсы

Нас так долго учили

Любить твои запретные плоды

Гудбай, Америка, о-о…

Где я не буду никогда

Услышу ли песню

Которую запомню навсегда

И новые мысли, как ответ на слова песни, под аккомпанемент поцелуев рыжей прелестницы, попавшей похоже в резонанс общего настроения концерта: — Да, нас и правда долго учили смотреть на Запад, через розовые очки. А тот раз, очки сломались, только после разрухи во всей стране, сейчас мы их мягко уберем и покажем, что у нас не хуже, а так как это наша страна, то и лучше. По определению лучше. Я за то, чтобы жить, где хочется, во Флориде, Вене, Новосибирске или Баку, но всегда искренне гордясь своей страной и оставаясь ее гражданином, независимо от места проживания. Вот тогда мы и становимся великими, когда мы сами решаем где, с кем и когда. А за нас решать не надо, ни нашим, ни тем более не нашим — Делаю совершенно недвусмысленный вывод я, а НАУ выдает еще один своих хит. Даже и вовсе нетленку «Доктор твоего тела»:

Я не буду лгать врачу

Это было и раньше

Мой приступ не нов

Это не значит почти ничего

Кроме того, что, возможно, мы будем жить

Мы должны быть внимательней в выборе слов

Оставь безнадежных больных

Ты не вылечишь мир и в этом все дело

Пусть спасет лишь того, кого можно спасти

Спасет того, кого можно спасти

Доктор, твоего тела

— И снова все верно, все гениально просто. И в этом весь Бутусов и Ко*. Не надо спасать всех, надо спасать своих, помогать своим и заботится о своих. В этом и есть наша задача и наша цель, я и стараюсь так жить. Сперва соя семья и мою любимые. Потом друзья и знакомые. Уже позже город и страна. Ну а мир, пусть подождет, пока до него дойдут руки. Это единственно правильная позиция. Эгоистичная, но правильный эгоизм. — Понимаю я и что-то, по-моему, понимает Машка.

Она уже перебралась ко мне на колени и похоже окончательно забила на то что происходит на сцене, ей важнее то что рядом. Руки, губы, родное дыхание, а если все это идет под сопровождение хорошей музыки, да еще в живую. Так оно еще и лучше.

— Точно лучше. — Думаю я. — Но людей становится многовато и одежды тоже. Наверно, нам пора?—

Я смотрю в ее глаза, ловлю согласие в ее взгляде и понимаю:

— У нас и правда становятся родственными души. Мы уже и думаем об одном и одновременно. Мистика, но так красиво.—

И мы, не говоря не слова, поднимаемся и в обнимку удаляемся.

Любовь и Страсть, вы ждите, мы идем.

20 апреля 1988 года

Среда

Бергамо, Италия

20:00 14*С

— Ну вот и второй евро выезд, теперь Италия. И ни какая-нибудь, а Ломбардия, Бергамо. Когда-то очень веселый регион был, да и сейчас тоже ничего. Столица тут конечно Милан, но и Бергамо, городок, очень даже ничего. — Думаю я, как всегда,стоя в центре поля и глядя на трибуны.