Шрифт:
Алан Маршалл
ЭТО СЛЕДЫ КУРИЦЫ
Перевод Н. Ветошкиной
Миссия Мапун расположилась на западном берегу полуострова Кейп-Йорк. Именно там я впервые встретил Элана и Реймонда.
Реймонду было четыре года, а Элану шесть. Они были сыновьями мистера Кейна, главы миссии Мапун.
Вначале наши беседы проходили сдержанно, потом знакомство достигло той стадии, когда каждый из нас уже проникся к другому уважением и мы стали затевать длинные дискуссии на всевозможные темы, во многом находя общий язык.
Элан и Реймонд постоянно снабжали меня разными сведениями и настаивали на том, чтобы я заносил их в свою записную книжку и впоследствии где-нибудь использовал.
Реймонд был крепкий, подвижный мальчишка. Его ладное тело было темно-коричневым от загара; он, так же как и его брат, носил только короткие штанишки. Реймонд с готовностью пускался в любое рискованное предприятие, а Элан охотно признавал его явное превосходство в этом отношении и постоянно восхвалял смелость Я отвагу Реймонда.
Элан не отличался столь крепким сложением, как Реймонд, и его больше влекли интеллектуальные приключения в царстве философии.
Реймонд всякий раз с нетерпением ждал его глубокомысленных замечаний, и, когда Элан начинал излагать свою точку зрения по тому или иному вопросу, Реймонд выслушивал его с почтительным вниманием.
В это утро мы втроем говорили о домашних животных, и Элан рассказал следующую историю:
– У меня был поросенок, но он подох, и у Реймонда ; был поросенок, но он тоже подох. Мой, поросенок выбежал в дождь из дому - топ-топ-топ-топ. А потом вбежал обратно - топ-топ-топ-топ. А потом снова выбежал на дождь топ-топ-топ-топ. Он лежал под дождем, и Рози - это наша повариха - подняла его и поднесла к огню. Он согреется, объяснила она, и откроет глаза. Но он глаза не открыл. А потом взял и подох, по-настоящему подох. Я ревел всю ночь.
– Очень жаль, когда животные подыхают, - заметил я.
– Да, - сказал Элан, - как плохо все устроено: маленьким детям дают маленьких животных, а те подыхают. Например, щенки. Взрослые не играют с собаками, и им все равно, если собака подыхает. Дети играют с собаками и очень по ним горюют, когда собаки подыхают.
Как-то я отдыхал, сидя на песке; ленивой походкой, вразвалку ко мне подошел Элан. За ним плелись Реймонд и какой-то темнокожий мальчик.
Они встали передо мной и потребовали, чтобы я выполнил обещание, которое дал им утром.
– Ты не забыл о прогулке?
– спросил Элан.
– Нет, - ответил я, - станет попрохладнее, пойдем.
– А мне уже прохладно, - заявил Реймонд.
– Правда?
– без особого энтузиазма откликнулся я.
– Мы готовы, - сказал Элан.
– Надо, чтобы ты был готов, а за нами дело не станет.
Темнокожий малыш не произнес ни слова. Он стоял позади, сосал палец и пугливо смотрел на меня.
– Ну что ж, - сказал я.
– Пошли. Реймонд, будучи истинным джентльменом, положил руку на плечо темнокожему мальчугану и сказал:
– Это Джон. Он пойдет с нами. Он нам нравится.
Я почувствовал, что это решительное заявление было сделано в предвидении возможного возражения с моей стороны, и разрядил напряженную атмосферу, воскликнув:
– Здравствуй, Джон, ты и мне тоже нравишься.
Джон был молчаливым спутником, но хорошим товарищем. Реймонд поверял ему свои тайны, то и дело, обняв его за плечи, он с таинственным видом что-то шептал Джону на ухо. Что это были за тайны, я так и не узнал. Пока они шептались, мы убавляли шаг, дожидаясь их, а потом шли дальше - на наши планы это не влияло.
Мое внимание привлекли следы на песке. Все живое, что двигалось по мелкому песку под кокосовыми пальмами, оставляло на нем свои следы, и каждое утро по ним можно было обнаружить, где проползали ящерицы, жуки или змеи.
– Никогда не видел здесь ящериц, а на песке полно их следов, - заметил я.
– Они выползают только по ночам, но я их видел, - сказал Элан.
– Должно быть, и змеи выползают тоже по ночам, - пробормотал я.
– Почти все звери выходят гулять по ночам, - сказал Джон.
– А вот следы ястреба, - объявил Реймонд и присел рядом на корточки. Я взглянул на следы.
– Нет, это следы курицы, - поправил я.
Реймонд еще раз быстро оглядел следы.
– Нет, ястреба, - сказал он и плотно сжал губы.
– Курицы, - упрямо повторил я.
– Ястреба.
– Курицы.
Положение становилось щекотливым. Нашей экспедиции угрожала опасность. Я не мог придумать выхода и мысленно уже готовился к тому, что нам придется расстаться.
Тогда вперед выступил Джон и стал изучать следы; на лбу его при этом образовалась легкая морщина. От комментариев он воздержался, но я заметил, что, отойдя он стал рядом с Реймондом. Это было плохим знаком.
Элан решил взять инициативу в свои руки. Он присел около следов и сказал, обращаясь к Реймонду:
– Это все-таки следы курицы, Реймонд.
– Повернувшись ко мне, он добавил: - Но раньше Реймонд правда находил следы ястреба.
– Много раз, - тут же вставил Реймонд.
Джон подтвердил это и усиленно зачесал в затылке.
– В этом я нисколько не сомневаюсь, - сказав я.
Опасная минута миновала.
Мы поднялись все разом и отправились дальше, рассуждая о следах вообще.
– А ты запишешь то, что мы тебе рассказали, когда придешь домой? спросил Элан.
– Запишу.
– Ну так не расспрашивай больше никого о следах, Мы тебе о них все рассказали.
– А я и не собираюсь кого-нибудь расспрашивать, - сказал я.
– Вы сообщили мне все, что меня интересовало.
– Мы еще гораздо больше знаем, - заявил Элан.
– Если будешь с нами ходить гулять, мы тебе еще много о следах расскажем. Правда, Реймонд?
– Да, - подтвердил Реймонд.
Восхищенный взгляд, который Джон бросил на Реймонда, говорил о том, что и он так считает.