Эта колдовская ночь...

Испанский мох свисал с огромных деревьев, окутывал ветви и бросал на подъездную аллею прохладную тень. Это должно было бы выглядеть мрачно, но почему-то не выглядело. Солнечный свет, пробивающийся сквозь увитые мхом кроны деревьев, создавал на плотно утрамбованной земле причудливые узоры.

Рори стоял, опершись на открытую дверцу машины, и пристально разглядывал все вокруг. Природа явно похозяйничала на некогда прекрасно ухоженной земле. Из-за густых зарослей ежевики рощи стали теперь почти непроходимыми, но дальнее пастбище, обнесенное когда-то белым забором, сейчас настолько ветхим, что он казался плодом воображения, похоже, еще использовалось по назначению. Застекленная беседка, почти скрытая под разросшимся плющом, еле держалась, а на подъездной аллее не осталось и намека на гравий или другое покрытие — всю ее избороздили рытвины и ямы.

Окидывая усадьбу оценивающим взглядом холодных серых глаз, Рори размышлял, подсчитывая, во сколько обойдется восстановление поместья. Необходимо будет соорудить подъездные дороги через рощи, пешеходные дорожки и площадки со скамейками для желающих уединиться гостей. Старую беседку придется снести и построить новую. С места, где он стоял, конюшни не были видны, но, возможно, их придется тоже основательно переделать.

Рори подумал о тех плантациях, которые уже купил и переделал в зоны отдыха, а потом перевел взгляд на дом. Снаружи, казалось, он находился в лучшем состоянии, чем большинство жилых зданий на старых плантациях, владельцы которых давно обнищали. Здесь во всем чувствовались забота и уход. Ведущие к дому низкие широкие ступени, веранда, крыльцо и массивные белые дорические колонны, а также зеленые лужайки и цветники перед домом — все производило хорошее впечатление. Потемневшие от времени красные кирпичные стены украшал зеленый плющ. Ставни выглядели неплохо, и Рори не обнаружил ни одного выбитого окна. Однако бог знает, что он увидит внутри! Возможно, прогнившие полы и покрытые плесенью портьеры…

Титулованный владелец Жасминовой усадьбы никогда не пускал внутрь фотографов, поэтому Рори не имел ни малейшего представления об интерьере.

Вздохнув, он сел в машину и поехал к дому.

Его пригласили на две недели. Этого времени вполне хватит, чтобы все осмотреть и понять, действительно ли на этот раз старый Джейк Клермон решил продать Жасминовую усадьбу или в очередной раз собирается провести серьезного покупателя.

Дважды вредный старик распускал слухи о том, что собирается продавать поместье, но только для того, чтобы, открестившись от всего, посмеяться над Рори и всеми, кто проявлял интерес к его усадьбе.

Во второй раз он проделал это в Чарлстоне год назад. В третий раз — полтора месяца назад, но только Рори «заглотил наживку» и… получил приглашение посетить и пожить в поместье! Это даже показалось ему несколько подозрительным.

Он нахмурился, припарковывая машину на покрытой гравием площадке перед домом. Неужели этот старый лис Клермон дважды устраивал представления с продажей поместья только ради того, чтобы избавиться от менее заинтересованных клиентов?! Эта мысль заставила Рори насторожиться. Его профессиональное чутье подсказывало, что Клермон хочет взвинтить цену. Впрочем, поместье было поистине бесценным!

Отмахнувшись от назойливых мыслей, он поднялся по широким ступеням и взялся за начищенный до блеска дверной молоток. Ему пришлось постучать трижды, причем третий раз довольно сильно, прежде чем тяжелая дубовая дверь наконец распахнулась. И тут Рори испытал потрясение, которое заставило его позабыть о цели своего приезда.

Перед ним стояла настоящая южная красавица времен Гражданской войны с завитыми в локоны волосами цвета воронова крыла, обрамлявшими сужающееся книзу утонченное лицо, одетая в настоящий кринолин, из-под оборки которого выглядывали носки шелковых туфелек. Лиф платья изумрудно-зеленого шелка образовал глубокое декольте, от созерцания которого у Рори перехватило дыхание. Тихое шуршание при каждом движении прекрасной незнакомки указывало на наличие под шелком как минимум дюжины нижних накрахмаленных юбок. Девушке могло быть чуть за двадцать, однако необычный наряд не позволял более точно определить ее возраст.

Рори был ошеломлен. Первое, что ему пришло на ум, так это то, что у Скарлетт О'Хара появилась соперница с такими же зелеными глазами и не правдоподобно тонкой талией.

— Что бы вы там ни продавали, нам ничего не нужно, — сказала она, окончательно сбив Рори с толку.

Хотя голос ее звучал нежно и мелодично, тон был вполне современным и слегка нетерпеливым. Она смотрела на Рори чуть озадаченно. На лбу появились тоненькие морщинки.

Рори с трудом стряхнул с себя оцепенение, оставив все вопросы на потом.

— Меня зовут Стюарт, Рори Стюарт, — представился он девушке и пояснил:

— Мистер Клермон ожидает меня.

— О! — Глаза цвета морской волны не слишком дружелюбно осмотрели его с ног до головы, прежде чем остановились на его лице. — Вы поторопились. Мы ждали вас не раньше завтрашнего утра, — довольно резко заявила она.

Рори не обратил внимания на эту грубость.

— Я закончил свои дела в Чарлстоне сегодня утром и решил пораньше приехать к вам. Но если это неудобно, мисс?.. — вопрос повис в воздухе.

— Клермон. Бэннер Клермон. Джейк — мой дед, — сообщила она.

Рори чувствовал себя неуютно под изучающим взглядом зеленых глаз, в которых все еще горела враждебность, и тут же вспомнил, что Скарлетт О'Хара тоже не отличалась деликатностью манер, если не сказать больше…

— Если это неудобно… — повторил он спокойно.

— Нет. Полагаю, что нет, — ответила она. Шурша юбками, она отступила, пропуская его в холл.

— Входите, — несколько резковато проговорила она.

Второе потрясение постигло Рори, как только он переступил порог.

Зная о том, что в старых особняках хозяева всегда стараются закрасить или заклеить обоями следы запустения в надежде получить больше денег, он в то же время не удивлялся тому, что большинство южных семейств продает свои дома только тогда, когда уже не имеет возможности содержать их. Увидев, в каком состоянии находятся окружающие дом земли, Рори решил, что и Джейк Клермон принадлежит к этому большинству. Но дом в Жасминовой усадьбе был полностью восстановлен и не мог не вызывать восторга.

Изумленно осматриваясь, Рори стоял молча. Холл был именно таким, каким должен был быть и, наверное, был лет сто назад.

Две широкие лестницы, расположенные по обеим сторонам просторного помещения, вели наверх; блестело отполированное дерево; толстый темно-красный ковер без единого пятнышка прикрывал ступени; с потолка свисала сверкающая люстра; везде стояли старинные столики с вазами, статуэтками и всякими мелкими безделушками; картины старых мастеров украшали стены, а на мраморном полу лежали тут и там искусно сплетенные коврики.