Чтение онлайн

— Ну, разумеется, конечно же, да. А какой язык на этот раз?

— Мне кажется, что это французский, — сказала Саманта приглушенным голосом.

— Я изучал французский в средней школе.

Саманта и Дзено отправились слушать воду, вытекающую из душа.

Дженс уселся в кресло рядом с Кейт и продолжил ретроспективу:

— …группи? Да нет. Нет, конечно. Она вечно визжала и швырялась, чем ни попадя. Это был настоящий ад. А что у тебя?

Кейт рассмеялась.

— Я так и не смогла привыкнуть. Я пыталась, видит бог, пыталась! Но это все равно что быть в постели с самой собой. Все, чего ни коснешься, ужасно знакомо. Это не могло длиться долго. Нет, она не визжала и не швырялась разными предметами, но она уделала три моих лучших свитера и единственную нитку жемчуга, которая у меня имелась.

Сай открыл глаза, выпрямился и полез в карман за мобильным телефоном.

В ванной Саманта опытным путем установила, что струям, вытекающим из душа, нужно обо что-то удариться, прежде чем они начнут издавать быстрый и плавный поток французской речи. Когда она или Дзено держали в потоке кисть руки или (засучив рукав) всю руку, вокруг них в воздухе начинали звучать отдельные слоги, но они были так разрознены, что смысла уловить почти не удавалось.

— Не понимаю, почему не слышно целых слов. Раньше она произносила именно слова, — сказала Саманта разочарованно.

— Ну, цельных предложений я не слышал, но все же отдельные слова вроде звучат, — заметил Дзено.

— Добавлю-ка я горячей воды, — решила Саманта, поворачивая кран.

— Осторожно! — воскликнул Дзено. — Ты уже намочила блузку.

— Неважно. Я ее сама сшила, и сидит она плоховато.

— Ничего подобного, — возразил Дзено. — Она прекрасна и сидит превосходно. Но ты ее насквозь промочишь.

Саманта задержала на Дзено непонятный взгляд.

— Надеюсь, ты не подумаешь обо мне плохо, — сказала она наконец, — но, кажется, я догадалась, что нужно сделать, чтобы заставить воду говорить.

На кухне Кейт Свифт и Дженс Стиллсен беседовали о своей бывшей рок-команде. Кейт сказала, что до нее дошли слухи о распаде группы.

— Что произошло? — спросила она Дженса.

— Майк перестал курить травку, но компенсировал это выпивкой и начал выходить на сцену пьяным. Нельзя в таком состоянии играть на клавишных. Ну, а Джим, должен сказать, никогда не был хорошим ударником. Так что продолжать было уже невозможно.

— А о том, чтобы сколотить новую группу, ты думал?

— Постоянно думаю.

Сай Кляйнер говорил в мобильник:

— Я знаю, что у нас с тобой разница в три часовых пояса, дорогая. Я тебе об этом сообщал каждый раз, когда ты звонила. Но выгляни в окно. Уже утро. Ты должна завтракать в это время. — После секундной паузы: — Ты права. Я забыл, что сегодня суббота. Прошу прощения.

В ванной из душа били упругие струи горячей воды, клубы густого пара окутывали головы Саманты и Дзено, а запотевшее окно превратилось в расплывчатый прямоугольник туманного света. Дзено глядел, как Саманта расстегивает пуговицы на блузке, снимает ее и вешает на небольшой крючок на запертой двери. Когда она стала расстегивать лифчик, Дзено рванул свою рубашку так, что пуговицы брызнули в стороны и застучали по кафельному полу.

В кухне Сай Кляйнер продолжал вещать в сотовый:

— Я знаю. Я понимаю. Бухгалтерское дело — это наука, такая же, как и нанотехнология. И такая же сложная. Может, даже и посложнее. И мне это стало ясно как никогда раньше. Что? Да, и я стал лучше понимать тебя. И я скучаю по тебе. Вот почему я позвонил, чтобы пригласить тебя. Я хочу, чтобы ты ко мне приехала. — Он какое-то время слушал, потом продолжил: — Без проблем. Я больше не живу в одной квартире с Сэмом. То есть я имею в виду, что когда ты приедешь, я уже буду жить в другой квартире. А Сэм уезжает в Новый Орлеан. Ему там предложили работу шеф-повара в одном ресторане.

Дженс Стиллсен спросил, сочиняла ли Кейт Свифт в последнее время какую-нибудь музыку?

— Да, наваяла несколько вещиц, — призналась Кейт. — И две-три из них получились вполне приличными, не стыдно людям показать. Но ты же знаешь, тексты я писать не умею.

— Зато я умею, — сказал Дженс.

— Да, я думала об этом.

— А у тебя все та же сдержанная загадочная улыбка, — проговорил Дженс, немного наклонившись к ней. Кейт, в свою очередь, подалась к нему, преодолев свою половину пути.

Сай Кляйнер продолжал говорить в мобильный:

— Милая, я всегда скучал по тебе. Всегда. Мне необходимо, чтобы рядом со мной была сильная женщина. Ты это знаешь. Я так рад, что ты приезжаешь!

В ванной ничего не было видно из-за клубов пара и ничего не слышно из-за шума бьющей из душа воды. Вы, конечно, не могли бы их ни видеть, ни слышать, но вообразить-то можете, как они, сбросив одежды, стоят абсолютно голые, крепко обнявшись под хлещущими струями, прижавшись щеками и нашептывая друг другу самые восхитительные слова, а обтекающая их вода поет о Париже, о Елисейских полях и о любви под весенними ливнями.

Ну, что дальше, можете сами представить. Женщина Сая Кляйнера из Калифорнии, бухгалтер-криминалист, переехала на восток и поселилась с Саем в его новой квартире. Кейт Свифт перебралась к Дженсу Стиллсену, а к этому времени Саманта Джиардино жила уже у Дзено Авакяна. А чуть позже свихнувшийся сливной бачок в старом жилище Саманты действительно взорвался, разнеся вдребезги всю сантехнику и засыпав квартиру песнями.

Едва взявшись за перо, чтобы начать это повествование, я ощутил полнейшую бесполезность того, чем собираюсь заняться. И тем не менее я абсолютно уверен, что обязан написать этот рассказ, даже если его никто никогда не прочтет. Даже если вскоре я сам о нем и не вспомню. Поскольку все это не произойдет никогда.

Меня зовут Отто-Абрам Сиентсенхаль, я родился в Грогнице, в сотне километров к югу от Вены, где мой отец считался лучшим часовщиком. Впрочем, этот факт никак не связан с последующим повествованием.