Шрифт:
Глава первая
Большой пир Артаксеркса в Сузах; Царица Астинь отказалась исполнить приказ царя и придти на пир; Царь издал всеобщий указ,
«чтобы всякий муж был господином в доме своём».
Безмерно богат Артаксеркс1 – царь Персидский.
И в городе Сузы – столице своей,
с князьями – владыками всех областей,
(их сто двадцать семь – всё известные лица),
пирует он ночи и дни напролёт.
И время над пиром незримо течёт.
Полгода2 начальники войска и слуги
царя превозносят и ставят в заслугу,
что царство отца от врагов оградил,
расширил его и престол утвердил,
что Персией правит законно три года.3
А царь пожелал обратиться к народу.
И вновь затевает он праздничный пир –
огромной державы гроза, и кумир.
Величия блеск и богатство, и славу
явил он персидско-медийским князьям,
начальникам войска и старым друзьям.
И снова желает, по царскому праву,
для жителей Суз на садовом дворе
начать торжество – пригласить во дворец
богатых и бедных, великих и малых
на пир семидневный, чтоб всем показал он
могущество царства и силу его –
царя и владыки двора своего.
Весь сад огорожен резными столбами.
На мраморе их золотыми цветами
сияют на солнце, как небо в горах,
бумажные ткани на алых шнурах.
Огромный помост в этом рае тенистом
из мрамора, чёрных, зелёных камней
цветёт перламутром, огнём янтарей.
Он радует глаз пестротою лучистой.
И ложа из золота и серебра
гостей ожидают с утра до утра.4
Пирует народ. В драгоценных сосудах
разносят вино и роскошные блюда.
И много вина – по богатству царя,
по воле гостей, на пиру им дарят.
И чинно питьё. Таково повеленье,
чтоб пили свободно, но без принужденья.
Пируют неделю. Вечерняя синь.
на сад опустилась. Царица Астинь
для женщин торжественный пир закатила.
И царь вопросил: «С кем пирует она?
Пускай пред нами предстанет жена,
оставит на время, кого пригласила»!
Такие слова он в подпитье сказал,
и евнухов верных за нею послал.
«Пусть в царском венце и убранстве богатом
Царица придёт, поражая нарядом.
Пусть видит народ, как она хороша:
как роза прекрасна, как утро свежа!
Пусть видят князья – Артаксеркса супруга
красивей всех женщин Востока и Юга!
И замерли гости. Прекрасную ждут.
А время уходит, минуты ползут…
Но евнухам царским Астинь5 отказала.
Законы персидские знала она:
являться мужчинам жена не должна.
Царица Астинь во дворце оставалась.
Разгневался царь. Ярость вспыхнула в нём,
и царскую грудь опалила огнём.
И он обратился к советникам мудрым
и магам, сидящим пред ним, среброкудрым,
которые знают права и закон,
с которыми лично считается он:
«Скажите мне, как поступить по закону
с царицей Астинь, не явившейся к трону
по зову царя, обращённому к ней –
царице, жене непокорной моей»?
И князь Мемухан (из семи приближённых
Персидских, Мидийских великих князей
судил о делах он быстрей и мудрей)
сказал: «Господин должен быть непреклонным:
царица Астинь в непокорстве своём
виновна не только пред нашим царём.
Виновна она перед всеми князьями,
пред всеми народами и областями,
которыми правит великий наш царь.
Нарушен обычай, родившийся встарь.
Все жёны теперь поступать так же смогут.
Царица Астинь указала дорогу.
Откажут мужьям, на их зов не придут
и долгом супружеским пренебрегут!
И будет в стране огорчений довольно.
Царю невозможно того допустить.
И если желает он предотвратить
бесчестье мужей, чтоб им не было больно,
он благоволит в этот праздничный час
издать справедливый и мудрый указ,
который для Персо-Мидийской вселенной
пребудет во веки веков неизменным.
Как только лишь землю осветит заря,
не станет Астинь перед ликом царя
ходить и супругой его, и царицей.
И пусть эта честь ей отныне не снится –
жене, что нарушила мужний приказ.
По всем областям полетит твой указ.
Пусть нашей царицею станет другая,
прекрасней Астинь и умнее её,
что имя не станет позорить твоё,
послушна царю, с ним всегда соглашаясь.
Указ разошлём мы по царству не зря:
как только услышат веленье царя,
персидские жёны от края до края
склонятся покорно, мужей почитая».
И речь Мемухана угодна князьям.
И царь согласился с предложенным сам.
И в каждую область в начале недели
на всех языках письмена полетели,
чтоб каждый мужчина и ночью и днём
был полным хозяином в доме своём. 6
_______________________________________
1 Спорно то, какой царь действительно должен быть здесь подразумеваем. Во всяком случае, наиболее достоверно, что речь здесь может быть только или об Артаксерксе Лонгимане, или Ксерксе. Последние изыскания привели к мысли, что этот «Артаксеркс» есть не кто иной, как Агасфер (Ксеркс I, 485-465 г. до н.э., сын Дария I, сына Гистаспа). И библейский образ «Артаксеркса» как нельзя более сходен с «Агасфером» истории и обстоятельствами его правления. Так, все, что говорится о пространстве Персидской империи, об обычаях двора, о капризном, сластолюбивом, жестоком, мстительном, сумасбродном нраве Агасфера – все это наиболее приложимо к Ксерксу в описании его Геродотом;