Эндана
Шрифт:
Младший сын короля Энданы не стал исключением и немного помедлил у черты, не решаясь сделать последний шаг.
Перед тем как войти в туман, принц, доверившись предчувствию, расстегнул перевязь и передал клинок наставнику:
– Я пойду без оружия.
Затем принц достал из-за пазухи старинный артефакт и крепко сжал его в ладони.
Делая первый шаг навстречу неизвестности, Эдвин меньше всего ожидал оказаться на ступенях мраморного портика в ухоженном дворике.
Юноша растерянно огляделся – туда ли он попал? Ведь загадочные стражи ни о чем не спросили. Эдвин вообще не поверил бы в их существование, если бы на мгновение не почувствовал на себе внимательный взгляд, от чуждости которого по спине побежал холодный ручеек пота.
Впрочем, где бы ни оказался его высочество, сомневаться не приходилось – это был не Кенлир. Как выглядит проход со стороны северян, юноша прекрасно знал по чужим рассказам.
Глубоко вздохнув, Эдвин вышел из тени портика. Лязгнуло оружие – путь принцу преградили скрещенные копья. Два молодых светловолосых воина, по-видимому охранявшие проход, с изумлением взирали на нежданного гостя. Эдвин вытянул руку с браслетом и мысленно выругался, почувствовав, как прилила от смущения кровь к щекам.
Воины, присмотревшись к украшению, обменялись короткими фразами. Его высочество насторожился – язык был тягучим, но в нем вроде как мелькнула пара знакомых слов. Правда, юноша все равно ничего не понял.
Наконец стражники опустили оружие и склонили головы в вежливом приветствии. Один из них забрал браслет и побежал сообщать о госте, а второй махнул рукой в сторону каменной скамьи, украшенной изображением грифонов.
Принц удивленно моргнул: скамейка была точной копией тех, что стояли во дворце на террасе!
Некоторое время молодые люди с нескрываемым любопытством рассматривали друг друга. Эдвин пытался найти подтверждение тому, что он попал именно к вейанам. Увы, это пока оставалось на уровне догадок – воин выглядел вполне заурядно. Обычный парень, разве что волосы, собранные в хвост на затылке, длиннее принятого в Эндане. И в одежде ничего вычурного: слегка приталенная рубаха навыпуск до бедра, штаны да легкая куртка.
Только украшенные вышивкой сапоги выглядели очень нарядно, впору девушкам носить. Да еще ногти на руках закрывали серебряные пластины. Похожими, только из золотой фольги, украшала себя знать Медоры. Правда, они еще и кисти рук краской разрисовывали.
Стражника гость тоже не особо впечатлил – на его лице мелькнуло выражение легкого разочарования, которое, впрочем, тут же сменилось вежливым вниманием.
Где-то в глубине дворика хлопнула дверь: вернулся воин вместе с еще одним юношей – по-видимому, жрецом: его одежда состояла из плаща и долгополой хламиды. По тому, как быстро вскочил и уважительно поклонился стражник, стало ясно: молодой человек имеет определенный статус.
Вновь прибывший, приложив руку к сердцу, то ли представился, то ли поздоровался:
– Итирия.
Эдвин повторил его жест:
– Эдвин Веллайн Ромна, младший сын энданского короля приветствует вас и просит о помощи.
Молодой человек развел руками, давая понять, что не разобрался в смысле сказанного.
Тогда принц решительно протянул руку и кратко сказал:
– Эдвин.
Его собеседник, осторожно пожав протянутую руку, снова повторил:
– Итирия.
Значит, все-таки имя.
Вейан вывел энданца на улицу через богато обставленный храм. Там их уже поджидали оседланные кони. Прохладный ветер ударил принцу в лицо и заставил зябко поежиться: какое холодное лето в этой стране!
Итирия, заметив движение гостя, торопливо сдернул с плеч шерстяной плащ, накинул его на плечи Эдвина и вскочил в седло.
Город вейанов местами напоминал Эдвину старые кварталы Награны: те же затейливые резные узоры на камне, те же пропорции домов. В то же время по дороге встречались совершенно невероятные здания. Больше всего юношу поразил один храм, выглядевший так, словно его выточили из цельного куска мрамора. Его стены были выполнены в виде переплетения гигантских растений, среди стволов которых замерли животные и птицы. Солнце насквозь просвечивало храм, и от этого казалось, что он светится расплавленным золотом.
Эдвин даже остановился, пытаясь как следует рассмотреть каменное чудо. Жрец с пониманием отнесся к интересу гостя, дав ему немного полюбоваться на святилище, а потом поманил рукой. Принц Энданы виновато кивнул – проводник был абсолютно прав, прося поторопиться.
По улицам спешили горожане. Его высочество, заметив среди толпы прехорошенькую девушку, перехватил ее заинтересованный взгляд и лукаво подмигнул. Девица от проявленного внимания смутилась, очаровательно покраснела и захихикала, прикрыв лицо рукавом. Настроение энданского принца сразу улучшилось: он решил, что, пожалуй, вейаны ему по душе.
Вскоре дорога вывела за пределы города. Правда, любопытства от этого у принца не убавилось. Еще бы! Ведь путники свернули в лес, который отличался от родных пейзажей Энданы еще больше, чем архитектура городов. Растения радовали глаз необычной формой и цветом листьев, а мелькавшие среди ветвей птицы – ярким оперением. Лес время от времени перемежался ухоженными садами редких усадеб.
Наконец лошади въехали под высокую каменную арку, за которой открывался вид на великолепный дворец. По-другому назвать это величественное и красивое здание язык не поворачивался. Судя по всему, в этом дворце и будет решен вопрос о помощи или… не решен. Правда, о таком варианте младшему сыну энданского короля думать совсем не хотелось.
Иноземному гостю отвели для отдыха просторные покои с окнами, выходящими в сад, и Эдвин вынужденно любовался цветущими клумбами вот уже вторые сутки.
Именно столько ушло на сбор совета мудрецов.
Первый вечер принц скоротал в обществе Итирии, в срочном порядке взявшегося за изучение энданского языка. Юноша откопал в дворцовом хранилище древний словарь. Нельзя сказать, что книга очень помогла – уж слишком отличался язык предков энданцев от того, на котором они говорили сейчас, но кое-какие слова все-таки не изменились. Новый знакомый оказался сообразительным, к тому же помог себе колдовством, так что уже на следующий день молодые люди могли худо-бедно общаться.