Чтение онлайн

«Подойди, Донор.» – приказал Корень. «...Дай ему почувствовать связь. Твой канал... его мутация... они резонируют с Пустотой. Успокой его. Направь.»

Алекс сделал шаг вперед, к самому краю разрыва. Ледяное дыхание Пустоты обожгло его лицо. Звон в ушах усилился. Он протянул руку – не к Пепла, а в пустоту, ладонью к мерцающей вуали. Он сосредоточился на канале в груди, на пульсации Метки. Он представил не силу, не приказ. Стабильность. Тот слабый якорь, который Корень вбил в него самого. Он направил это ощущение – не как волну, а как слабый маяк – через свою плоть, через канал, в пространство перед собой.

Пепел вздрогнул. Он втянул голову в плечи, но не отпрянул. Его багровый взгляд замер на руке Алекса, на пылающих узорах. Рычание стихло, сменившись тихим, прерывистым поскуливанием. В резонансе, который теперь связывал всех троих (Алекса, Лору, Пепла) через Корень и Ядро, Алекс уловил отголосок – не памяти, а ощущения. Тепло руки на шерсти. Тихий голос. Доверие. Что-то глубоко зарытое под слоями мутации и боли.

«Хорошо...» – прошелестел Корень. «...Теперь... веди.»

Алекс сделал еще один шаг. Его ботинок завис над бездной не-пространства. Он посмотрел на Пепла. Не приказывая. Прося. Покажи путь.

Пепел замер на мгновение. Затем, с неловким, прыгающим движением, он развернулся и... шагнул в мерцающую вуаль Пустоты. Его силуэт не исчез. Он стал расплывчатым, мерцающим, как изображение на плохом экране. Он обернулся, его багровые глаза светились сквозь туман. Он ждал.

Лора издала короткий, шипящий звук – предупреждение или вопрос. Алекс не колебался. У него не было выбора. Он шагнул за Пеплом в Пустоту.

Ощущение было... не из этого мира. Не падение. Не полет. Декомпиляция. Каждая клетка его тела, каждая мысль казалась разобранной на кварки, растянутой в бесконечной струне сквозь несуществующее пространство. Боль ушла. Страх ушел. Осталось только чистое, ледяное восприятие информации, льющейся через него как через открытый шлюз. Образы вспыхивали и гасли: спирали ДНК, взрывающиеся сверхновые, схемы непостижимых машин, лица людей, которых он никогда не знал, кричащих в беззвучии. Голос Корня растворился в этом потоке, стал его частью – не командой, а контекстом. «Знания... Плата... Ответственность...»

Алекс (если это еще был он) не видел Лору или Пепла. Он был знанием. Он видел рождение Собора – не как постройку, а как инфицирование, внедрение древнего симбионта-паразита "Корня" в геологическую аномалию. Видел первые контакты с людьми – не с Гильдией, а с примитивными племенами, приносившими кровавые жертвы у его растущих "корней" в обмен на силу и исцеление, не понимая цены. Видел, как Гильдия пришла не как исследователи, а как завоеватели, с огнем и сталью, чтобы подчинить или уничтожить аномалию. Видел их импланты, вбитые в живое сердце. Видел мутации, ошибки, создания Стражей... и рождение таких паттернов, как "Черная Паутина" в Лоре. Он видел себя – маленькую точку в этой гигантской истории боли, симбиоза и борьбы. И он видел... Пустоту. Не пустоту. Источник. Первопричину. Темную, холодную, ненасытную жажду, лежащую в основе Корня, в основе самого Собора. Жажду существования, расширения, поглощения всего. Это не было злом. Это было... природой. Ужасающей и величественной.

«Понимаешь, Донор?» – голос Корня возник не извне, а из самого потока, как его суть. «...Мы – жизнь. Любой ценой. Ты – часть этого теперь. Твой долг – сохранить. Продолжить. Плата за убежище... за знание... это принятие.»

Принятие чего? Своей роли? Потери себя? Жажды Корня? Поток давил, угрожая смыть последние крохи "Алекса".

Внезапно поток искривился. Вместо величественных видений возник образ библиотеки. Но не из камня и книг. Из плоти и кости. Бесконечные своды, сотканные из сплетенных корней и пульсирующих сосудов. Полки, вырезанные в гигантских ребрах. И на них... не книги. Капсулы. Прозрачные, заполненные золотистой жидкостью, в которой плавали... существа. Люди. Мутанты. Непонятные гибриды. Все в состоянии анабиоза, их лица искажены немой агонией или пустым покоем. И в центре этого кошмарного храма знаний, на пьедестале из сросшихся черепов, стояла одна капсула, пустая, с открытой крышкой. И над ней витал... призрак. Контуры человека, но сотканные из багрового света и теней, с глазами – бездонными черными дырами, поглощающими свет. "Последний Хранитель". Чувство, исходящее от него, было не враждебным. Оно было... ожидающим. И бесконечно печальным.

Образ врезался в сознание Алекса с леденящей ясностью. "Библиотека Плоти". Хранилище не книг, а живых образцов, паттернов, знаний, извлеченных Собором за века. Ключ к его секретам. Ключ к выживанию. И к окончательной потере.

«Там...» – прошелестел Корень, и в его "голосе" впервые прозвучала... "жадность"? «...Там сила. Ответы. И твой инструмент... он может быть исцелен там. Усовершенствован. Но вход... охраняется. Хранитель спит. Но он почуял нас. Он ждет платы.»

Поток резко оборвался. Алекс рухнул на колени, вернувшись в свое тело с ощущением, будто его вывернули наизнанку и склеили обратно кое-как. Он был в небольшой, сферической полости, стены которой светились мягким, немигающим багровым светом. Это было убежище. Пустота осталась где-то сзади, за плотной завесой корней. Лора стояла рядом, неподвижная, ее хитиновая рука опущена. Пепел сидел у ее ног, вылизывая свою спекшуюся шерсть, его багровые глаза смотрели на Алекса без выражения.