Чтение онлайн

За поворотом я, к своему величайшему облегчению, увидела егеря Бастера, потом рыжие волосы Марины и стоявших полукругом стрелков.

Бастер был все еще в своей нелепой шляпе. Рядом с ним стоял Алексей, затем Рори и Хэмиш. Между ними, на несколько шагов отступя, стояла Марина. Она зажигала одну сигарету от другой. Я надеялась, что они меня не увидят, но под моей рукой проскрипела ветка, и Марина с Рори обернулись. Вид у Рори был взбешенный. Бастер с улыбкой помахал мне рукой, сделав знак не шуметь. Рядом с Рори сидел дрожавший от возбуждения Вальтер Скотт, стараясь принять солидный вид. Марина на цыпочках подошла ко мне. При ближайшем рассмотрении она выглядела не блестяще, бледная, с запавшими красными глазами. Но даже сейчас ей было не занимать бравады.

— А я полагала, что вы на смертном одре, — сказала она. — Здесь очень интересно. Алексей уже пытался подстрелить пару овец и чуть не убил Хэмиша — жаль, что промахнулся.

— Чего они ждут? — спросила я.

— Голубей. Они запаздывают. Вчера у меня вышла жуткая сцена с Хэмишем, — сказала она, понизив голос. — Я пошвыряла в него все столовое серебро. Мы начали в четыре утра и продолжали, пока ему не пора было уходить. Он сказал, что я веду себя чудовищно и что он ни за что не даст мне развод. — Глаза ее лихорадочно блестели. — Рори говорил с вами?

— Пытался, — прошептала я, — но ваш милый братец помешал.

— Вся беда в том, что Рори чувствует себя ужасно виноватым перед вами, поскольку все для него складывается благоприятно и он может теперь на мне жениться. Если бы вы ушли к Финну, это бы упростило ситуацию для всех нас.

— Не хочу я уходить к Финну, — я невольно возвысила голос. — Почему вы считаете себя вправе коверкать людям жизнь? Вам не приходило в голову, что Хэмиш и я тоже что-то чувствуем?

Марина вперила в меня свои фарообразные глаза.

— Никогда бы я не стала надоедать человеку, который меня терпеть не может, — у меня для этого слишком много гордости, в отличие от вас.

— Да замолчите вы обе, — сказал Бастер.

Мы молчали, но мне казалось, что стук моего сердца слышен на весь лес.

Вдруг над вершинами сосен взмыли голуби, и раздался оглушительный треск ружей. Было такое впечатление, что нас настигла гроза, только вместо капель дождя с неба падали голуби. Оглушительная стрельба длилась минуты три.

Некоторым птицам удалось спастись, но многие валялись на земле. Стрелки кинулись отыскивать свою добычу. Вокруг, под окрики хозяев, носились собаки. Алексей стоял гордо, держа по две птицы в каждой руке. Стрелки обсуждали успехи и неудачи друг друга. Вальтер Скотт ринулся ко мне. Пасть его была набита перьями.

— Тут еще должны быть, — сказал Бастер, исчезая в кустах. Минутой спустя его большая красная физиономия вынырнула снова.

— Рори, пойди сюда на минутку, — позвал он тихо.

Рори, сопровождаемый Вальтером Скоттом, скрылся в зарослях.

Прошло совсем немного времени, и он снова появился с землисто-серым лицом, трясясь как осиновый лист.

— В чем дело, дорогой? — подбежала к нему Марина. — Что случилось?

— Хэмиш, — проговорил Рори. — Несчастный случай. Выстрел в голову. — Лицо его внезапно искривилось, как у собирающегося заплакать ребенка. — Не ходи туда, Марина. Это ужасно.

Вскрикнув, Марина бросилась в кусты к Бастеру.

Рори исчез в противоположных зарослях. Я услышала звуки судорожной рвоты.

Несколько секунд спустя появилась Марина. Она была в истерике.

— Вот видите, видите, — орала она на меня. — Рори убил его, убил ради меня, потому что Хэмиш не отпускал меня. Вы видите теперь, кого он любит?

— Не дури, Марина, — сказал, выходя из зарослей, Бастер. — Разумеется, Рори его не убивал, бедняга покончил с собой.

Появился Рори, ему удалось вернуть себе более или менее уравновешенное состояние.

— Я не убивал его, — сказал он, когда Марина кинулась к нему, — клянусь тебе, я не убивал его.

— Тогда это моя вина, — рыдала она, — я толкнула его на этот шаг, я сказала ему, что ненавижу и презираю его. О Рори, Рори, я никогда себе этого не прощу.

Я отвернулась. Я не могла вынести того, с какой нежностью он обнимал ее, гладил ее волосы, уговаривал ее успокоиться. Вдруг раздался какой-то страшный душераздирающий вой: все вздрогнули. Только спустя минуту стало ясно, что это воет рыжий сеттер Хэмиша.

— Ему одному он был небезразличен, бедняга, — сказал Рори.

Я совсем не помню, как мы возвращались.

Рори проводил меня домой. Он был в ужасном состоянии, его всего трясло. Войдя в дом, он налил себе виски и, не разбавляя, выпил одним глотком.

— Послушай, я должен поехать к ней.

Я автоматически кивнула.

— Да, конечно.

— Я боюсь, она совсем с катушек сойдет. Я чувствую что-то вроде ответственности. Ты понимаешь?

— Да.

— Хочешь, поедем вместе?

Я взглянула на него в последний раз, охватив этим взглядом все и ощутив сразу многое: коричневое меховое покрывало на софе, желтые подушки, его золотистый вельветовый пиджак, темные волосы и смертельно бледное лицо, запах краски, свое беспредельное отчаяние. Я покачала головой.

— Мне лучше остаться.

— Я недолго, — сказал он и вышел.

Значит, Хэмиш все-таки любил Марину. Что она такое сказала сегодня? Что она никогда бы не стала навязываться человеку, который ее не выносит.

Стало быть, кончена игра, которой не стоило бы и начинаться. Благородством чувств я не отличаюсь, но проигрывать умею.

Второй раз за два месяца я уложила вещи. У меня и в мыслях не было идти к Финну. Я ему нравилась, но он меня не любил. Не любил в том смысле, в каком понимал любовь Рори. И если Рори не для меня, то замены мне не нужно.

Я оставила ему записку.

"Дорогой!

Хэмиш дал свободу тебе и Марине. Я собираюсь поступить так же. Будь счастлив и не пытайся меня разыскивать.