Чтение онлайн

Подошел Абель и крепко пожал руку. К нему присоединились противники рабства. Они обступили меня плотным кольцом — жали руку, хлопали по спине. Журналисты попытались взять интервью, но я отказался от комментариев. Все самое важное уже прозвучало в этих стенах.

— Вы молодец, Джен, — с восторгом сказал Кэриан. — Я горжусь вами. Мы все гордимся. Вы пожертвовали сотней рабов, чтобы спасти тысячи.

Я поднял голову.

— Что вы имеете в виду?

— Джен, теперь вы — лицо движения освобождения, его символ! Никто из землевладельцев никогда ранее не заявлял открыто о своих антирабских убеждениях. Да не где-нибудь, а в суде! Уверен, это очень важное событие, которое изменит многое. Вашу речь опубликуют множество газет, а я засужу каждую, кто изменит в ней хоть букву! О вас узнает вся страна.

— И что? Я же нищий теперь…

— Не переживайте, дорогой друг. Вы не останетесь в беде. Я заберу вас в Столицу, и там мы продолжим бороться против гнета эльфов.

— В Столицу так в Столицу, — устало вздохнул я.

— Ну же, выше нос! Давайте выйдем к толпе, народ ждет вас!

— Давайте как-нибудь потом? Я едва на ногах стою.

Абель улыбнулся и кивнул.

— Понимаю. Ну что же, тогда позвольте сопроводить вас на плантацию.

Мы покинули суд через запасный выход. У адвоката была припаркована крытая бричка на заднем дворе суда. Под аплодисменты немногочисленных зрителей, мы сели в нее и укатили из города окольными путями.

После обнародования приговора большая часть аболиционистов покинула улицы. Сторонники рабства хотели устроить массовые гуляния, но полицейские велели всем разойтись. Так что особых проблем в дороге не возникло. Нас никто не узнал.

Бричка катилась по зеленым холмам, я разглядывал кучерявые облака и молчал. Вдруг матерый хонто в упряжке замер и угрожающе затрубил.

— Что такое? — спросил я.

— Учуял территорию сородича.

До меня не сразу дошел смысл этих слов. А потом вдалеке показался черный шар с длинным пылевым следом. Шар несся прямо на нас, визжа и хрюкая на всю округу.

Я спрыгнул на землю и нагнул навстречу Свинье, иначе она попыталась бы добраться до меня и поломала бричку. Хрюшка подбежала и стала нарезать круги вокруг меня, задрав хобот и виляя хвостом. От топота шести копыт земля дрожала под ногами.

Потом животина завалилась на бок и засучила лапами, требуя ласки. Я опустился перед ней на колени и принялся чесать живот и грудь обеими руками. Свинья пронзительно визжала и тыкала пятаком мне в лицо.

Абель рассмеялся.

— Никогда не видел ничего подобного. Забавная вам зверушка попалась.

— Это да. Теперь, клыкастая красавица, я ничуть не сержусь на тебя за разгромленное поле. Пусть у Каласа голова болит или у кого другого.

Хонто перевернулась, встала на лапы и подставила спину. Я взобрался верхом и ухватился за щетинистый ирокез. Спина у животного была жирной и мягкой, можно вполне обойтись без седла.

— Поехали, — я легонько ткнул хрюшку пяткой в бок. — Попрощаемся с ребятами.

Эльфы уже знали о моем возвращении. Недаром же Свинья унеслась непонятно куда. Невольники сгрудились у крыльца. Тарсиэль, Ромэль и Триэль стояли в первом ряду.

— Тахин вернулся! — крикнул кто-то и был поддержан хором голосов. Вверх взметнулись кулаки.

Я смущенно улыбнулся и развел руками.

— Извините, ребята, но никакой я больше не Тахин. Меня лишили титула.

Эльфы смолкли и поникли головами. Дворецкий спросил:

— Господин, а вы не видели Кирру? Я думал, вы вернетесь вместе. Вчера она ушла относить вам еду и не вернулась.

— Видел конечно, — я слез с хонто и расправил спину. — В суде. Свидетельствовала против меня. Кирра — шпион Каласа.

— Вот же грязная сука! — выкрикнула Триэль и тут же прикрыла рот ладошкой.

Я вздохнул, подошел к рыженькой и крепко обнял. Формально я больше не являлся ее хозяином, и ничто не мешало эльфийке наподдать мне коленом промеж ног. И за изуродованную спину, и за предательство. Я заслужил это. Повелся на доступную пилотку и сам оказался предан. Вот вам и урок на всю жизнь.

Но Триэль лишь прижалась ко мне и беззвучно зарыдала.

— Я так рада, что вы вернулись, — прошептала она.

— Ну что же. Нам пора прощаться. Мы с господином Кэрианом уезжаем в Столицу, продолжать борьбу за ваше освобождение.

— Подождите прощаться, — сказал Ромэль. — Прежде я должен вам кое-что показать.

Мы прошли в дом. Я, доктор, адвокат и дворецкий. Пока топали к двери в подвал, Ромэль рассказал следующее:

— Через три дня после вашего ареста полицейские покинули плантацию. Свинья сразу же выбралась из ямы и начала бегать вокруг, утробно хрюкая. Ганэль пошел посмотреть, что там, и обнаружил вот это.

Слуга открыл дверь бывшей пыточной комнаты. На полу, слабо мерцая в полумраке, лежала куча ярко — синих камней. Абель удивленно выдохнул.

— Свинья отыскала в вашем поле жилу чистейшего манорода, — пояснил дворецкий. — Не знаю, как она его учуяла, но рыла именно в нужном месте. Я никогда не видел прежде, чтобы вещество залегало так близко к поверхности. Мы целую неделю по ночам выкапывали его и прятали в подвале. Здесь без малого тысяча урц минерала.

— Урц — это сколько?

Ромэль подобрал осколок размером с кулак и вручил мне. Я покачал его в ладони. Навскидку около килограмма.

— Господи, — Кэриан снял цилиндр и вцепился пальцами в чуб. — Один урц манорода стоит полсотни золотых.

— Значит, передо мной валяются долбанные пятьдесят тысяч? — я аж присвистнул.

— Все не так просто, — возразил Абель. — С момента оглашения приговора, земля и все что в ней вам не принадлежит. Вы не сможете продать это законно.

Я ехидно улыбнулся.

— А если незаконно?

— Можно попытаться реализовать манород в Герадии. У границ полно тоннелей, а одного контрабандиста мне недавно довелось защищать в суде. Дело я выиграл, но денег у клиента не было, пришлось поработать в долг. Думаю, он нам поможет. Этот человек как раз живет во Втором округе, совсем рядом.