Шрифт:
Пролог
Тёмно-синие мундиры россыпью двигались по яркой зелени. Среди нестройных цепей солдат тяжело топали, натужно пыхтя и выпуская клубы пара, шагающие машины с полусферическими матово-зелёными корпусами, а чуть позади приминали траву зубастые гусеницы больших бронированных бочек, ощетинившихся пушками. Словно сухопутные пароходы, эти стальные громады дымили трубами и ползли вперёд неотвратимо и безжалостно, готовые смять всё на своём пути и вспахать землю десятками снарядов.
Солдаты продирались сквозь высокую, по пояс, траву, а над их головами простёрли могучие ветви исполины, которых местные обитатели называли «одун», а люди — «богатырскими деревьями». Здесь, в Аркадии, такие встречались часто, хотя и обычных хватало. Поговаривали, что леса Аркадии необъятны.
Вдали грозно перекликались артиллерийские орудия, грохотали взрывы, а по небу плыла вереница дирижаблей, несущих тонны бомб, чтобы скинуть их на врага. Где-то вовсю кипел бой, но здесь, на левом фланге наступающей армии, тишину нарушали лишь грузный топот шагоходов да железный звон гусениц бронированных машин. Никто не стрелял. Ощетинившись штыками винтовок, люди храбро шли вперёд — туда, где под сенью могучих ветвей прятались остроухие эльфы, не желающие отдавать свои родные земли жестокому колонизатору.
Фёдор находился во второй цепи. Он сжимал винтовку, напряжённо вглядываясь вдаль, но видел лишь кожаные рюкзаки впередиидущих бойцов, да зелёную полосу леса, расстояние до которого медленно сокращалось. Сердце билось так, что отдавало в ушах, а под кепи и лбу выступил пот. Солнце нещадно жарило сквозь паутину листвы. Мир бесконечного лета — так говорили про Аркадию. Возможно, именно поэтому люди назвали его в честь утопической страны вечного благоденствия. Здесь, и правда, был настоящий курорт, но только не для тех, кто сейчас с рюкзаками на плечах и винтовками в руках брели, вероятно, в свой последний путь.
Зазвучали свистки капитанов. Солдаты остановились, замерли и шагоходы, выпустив пар механическими вздохами. На пути человеческого войска тёмно-зелёной стеной рос лес, и именно там, по сообщениям разведки, засели проклятые эльфы. Перед вторым пехотным полком князя Глинского стояла задача выбить их оттуда и взять четыре деревни, тем самым отрезав подступы к Багконаку — столице эльфийского королевств, на которую шла основная атака.
Капитан крикнул, чтобы опустились на корточки, и команда пронеслась над полем голоса младших офицеров, вторивших командиру роты. Фёдор вместе с остальными бойцами присел, спрятавшись в траве. Земля задрожала, и начался такой грохот, что заложило уши. Это заухали орудия боевых машин, сопровождавших пехоту. Били все калибры — лупили по лесу, стараясь уничтожить тех, кто скрывался в чаще. Земля вспучивалась и взлетала чёрными столбами, валились деревья, и воздух наполнился кисловатым запахом тротила.
Видя, как снаряды калечат лес, Фёдор чувствовал спокойствие и уверенность. Кто может выжить после такой бомбардировки? Много ли эльфов останется на позициях, когда артиллерия скажет своё веское слово? Дикари разбегутся в страхе и попрячутся кто куда после прилёта первых же фугасов. А потом зайдёт пехота и перебьёт тех, кто остался.
Всего какие-то два месяца назад Фёдор был обычным парнем, работавшим на заводе и мечтавшим о том, чтобы разбогатеть, а сейчас он сидел в высокой траве под пролетающими снарядами в ожидании приказа идти в атаку. Теперь он был солдатом армии великого князя Глинского, участвовавшей в очередном походе против эльфов из Аркадии.
А вынудила Фёдора пойти в солдаты банальная нужда. После того как пять лет назад отец погиб в пьяной драке, жизнь семьи Кривоносовых стала совсем тяжкой. Фёдору пришлось бросить учёбу, чтобы помогать матери, поскольку оплачивать аренду квартиры она в одиночку не могла. А потом и младшая сестра Лилия пошла работать, забыв о своей мечте получить высшее образование. Но на этом беды не закончились. Несчастный случай на производстве года назад унёс жизнь матери, и тогда с финансами стало совсем туго.
И вот Фёдору подвернулся шанс поправить их с сестрой материальное положение. Князь Глинский объявил набор в своё войско. Жалование обещали хорошее — аж сто рублей в месяц плюс компенсацию в случае ранения или гибели. Фёдор парнем был неробкого десятка, обладал некоторой физической силой и даже источником маны, пусть и совсем крошечным, а потому долго думать не стал. Надоело перебиваться с копейки на копейку без какой-либо перспективы. Те, кто великому князю служит, нужды никакой не испытывают — так в рекламной листовке говорилось, которые на заводе раздавали. И Фёдор решил пойти. Даже если ему суждено сложить голову в лесах Аркадии, так зато героем станет, а сестра, глядишь, в люди выбьется. Она — умная, ей негоже в трактирах официанткой бегать.
У Фёдора не было с собой часов, чтобы понять, как долго шла артподготовка; по ощущениям — не менее часа. Но вот орудия смолкли, и опять раздались свистки офицеров. Батальон зашагал дальше — прямиком к изуродованному фугасами лесу.
Люди вошли в чащу одни, без поддержки бронетехники, и только шагающие машины неустанно следовали за пехотой, уверенно продираясь сквозь кустарник, ломая на пути тощие деревца и перешагивая упавшие стволы. Здесь росли обычные сосны, но были они гораздо выше тех, что встречались в человеческом мире, а впереди под куполом неба простёр свои ветви очередной зелёный исполин.
Холодный пот выступил на лбу Фёдора. Здесь была вражеская территория, и хоть боевые машины, артиллерия и дирижабли за последние сутки проутюжили лес вдоль и поперёк, и воронки зияли повсюду — одни свежие, они ещё дымились, другие старые. Над землёй стелился дым. А вот следов противника не наблюдалось. Действительно ли пушки и бомбы эльфов? Или остроухие затаились где-то в чаще и ждут, желая заманить людей поглубже напасть из засады?
Про эльфов Фёдор всякого наслушался за два месяца, проведённых в учебке, но в трусости их редко обвиняли. Наоборот, унтер, которому уже довелось поучаствовать в сражениях и получить ранение, твердил, что нельзя остроухих недооценивать. У них тоже были сильные заклинатели, и пусть эльфы не имели пушек, бронированных бочек и шагоходов, зато на их стороне воевали древолюды, драконы, клыкачи и прочие грозные существа, из-за чего покорение Аркадии для людей не стало лёгкой прогулкой. Шестьдесят восемь лет назад был открыт этот мир, примерно тогда же началось завоевание, и до сих пор великим князьям не получалось подчинить гордых аборигенов.
Фёдор все глаза проглядел, всматриваясь в деревья. Говорили, будто именно в кронах эльфы любят устраивать засады. И хоть ружьями и пулемётами они пользовались редко, но напитанные маной стрелы с наконечниками из адамантия, по словам некоторых ветеранов, пробивали даже броню шагоходов.
— Эльфы на деревьях! — раздался крик слева, и тут же захлопали винтовки, а пулемёты прерывисто затрещали.
Фёдор вздрогнул и стал судорожно водить по сторонам стволом винтовки, выискивая противника на соснах. То же самое делали и остальные.