Шрифт:
В кабинете начальника следственного отдела капитан юстиции, управляя с планшета изображением на большом экране, докладывала полковнику о том, что за последние сутки обнаружили еще два трупа игроков, учувствовавших в киберспортивном состязании «Битва дронов». Причиной смерти, как и в предыдущих случаях, стало отравление мозга серебром. Способ умерщвления не установлен, места инъекций не обнаружены. Итого шесть трупов.
– Мистика какая-то. Серебро. В голове. – Покрутил стикером полковник. – Может они принимали что-то? Что вы думаете, Кира?
– Я поговорила с нашими спецами. Им неизвестны оральные препараты, способные вызывать такую высокую концентрацию серебра.
– Хоть бы не глухарь. Ваши предложения?
– Считаю нужным привлечь гражданских экспертов. – Кира сбросила на экран список из десятка фамилий с указанием должностей и мест работы.
– Смотрю – все инженеры.
– Так точно. Нам нужны практики, которые могут предложить правдоподобные версии, от которых можно будет оттолкнуться.
– Разрешение даю. – Полковник ткнул стикером в свой планшет. На экране появился штамп «Утверждаю». – Привлекайте.
***
В просторной комнате, освещенной утренними сумерками, экран монитора озарял лицо мужчины в расцвете лет, сидящего за компьютерным столиком, и что-то быстро набирающего на клавиатуре. На экране чертеж какого-то устройства. В небольшом окошке программный код.
Внезапно телефон, лежащий рядом с клавиатурой, разразился противной мелодией, высветив текст «НА РАБОТУ!». Мужчина открыл файл на «рабочем столе», скопировал его в почтовую программу и отправил письмо. В телефоне в списке контактов нашел строку «Вася Заслон» и вызвал. На экране телефона появилось заспанное лицо.
– Михаил Афанасьевич. – Засоня бросил взгляд в сторону. – Еще же рано!
– Василий, извините, я послал вам письмо. Когда придете в лабораторию сразу займитесь делами из списка. Строго по пунктам. Подготовьте «грязные» вещества из перечня. Это важно, пожалуйста!
– Ладно, ладно, все сделаю.
Через полчаса Михаил спустился в метро на Пролетарской. Задержавшись перед турникетом, привычно повернул голову на биометрическую камеру и, не ожидая появления надписи: «Проход разрешен! Хорошей поездки!», сделал шаг в как раз открывающиеся дверки.
В вагоне на информационных экранах мелькали футуристические кадры с бросающимися заголовками «Битва дронов». Пара пассажиров активно спорили о тонкостях тактики использования РЭБ.
Первый доказывал, что один дрон может подавить управление сразу несколькими вражескими, а второй, что его подавят раньше, и тому останется только взорваться, надеясь осколками сбить нападавших. По стандартным алгоритмам, заложенным в дроны, если дрон теряет связь с оператором, то чтобы враг не перехватил управление, он самоуничтожается. Чтобы отключить дрон, нужно одновременно использовать несколько дронов, которые слетаются максимально близко к дрону-жертве. Если дрон-жертва взрывается, то осколками вероятно поразит нападающих. Но и нападающие об этом знают, и сразу после выстрела РЭБ-ом разлетаются в стороны, становясь легкими жертвами РЭБ-ов вражеских роев дронов.
Подъезжая к «Московским воротам» Михаил стал пробираться к выходу, путь к которому преградила девушка. «Разрешите пройти», – негромко попросил Михаил. Та развернулась, посторонилась и заулыбалась: «Проходите, герр инженер!». Почувствовав, что на него обратили внимание еще несколько дам, Михаил смущенно буркнул «спасибо» и, стараясь не тереться о девушку, протиснулся к дверям, и уже через десяток минут входил в монументальную парадную с табличками по бокам «ЗАСЛОН». Приложил карточку к считывателю, сделал шаг и неожиданно наткнулся на препятствие. С недоумением глянул вниз, створки не открылись. Сделал шаг назад и снова приложил карточку. Огонек прохода продолжал гореть красным.
– Михаил Афанасьевич! – К турникету с другой стороны подошел охранник и нажал кнопку. Створки открылись. – Проходите. Дайте, пожалуйста, ваш пропуск.
– Да, проверьте пожалуйста! А то, как я потом выйду? Придется поселиться здесь!
– Ваш пропуск аннулирован. – Безразлично сообщил охранник. – Сейчас я провожу вас к Евгению Семеновичу, он все объяснит.
Охранник сам открыл перед Михаилом дверь с красовавшейся табличкой «Начальник лаборатории трансмутации химических элементов Щедровский Е.С.», и пропустив Михаила в кабинет, закрыл за ним дверь. Щедровский сидел за интерактивным столом, перед которым навстречу друг другу стояло два стула. Михаил двинулся к одному из них, чтобы сесть:
– Что происходит?
– Не садитесь Михаил Афанасьевич! Вы здесь ненадолго. – Щедровский провел пальцем по столу, подтянув к Михаилу окно с документом. – Подпишите, и вы свободны.
– Что это?
– Там написано! Приказ о вашем увольнении.
– На каком основании?!
– Ваш проект «Мидас» закрыт! По вашей вине, между прочим. У вас было пять помощников, а остался один Полянский – ни то ни сё. От вас все ушли!
Неожиданно зазвучал вызов. Михаил достал телефон, на котором высветился неизвестный номер. Он повернул телефон экраном вниз, отключив звук:
– Ну и что?! Через несколько дней установка и так заработает. Я уверен!
Щедровский замахал руками:
– А я не уверен! Не верю я в ваш философский камень!
– Вы не можете меня просто так уволить!
– А вы думаете – это я так решил? – Засмеялся Щедровский. – Я, как и вы человек подневольный. Приказано вас уволить. Что я могу?
Телефон Михаила снова затрезвонил.
– Подписывайте, подписывайте. – Щедровский положил стикер на окно приказа.
Михаил нагнулся и в неудобной позе небрежно поставил закорючку, которую программа, однако, распознала, и припечатал приказ штампом «Документ подписан электронной подписью».
– Да. Это. – Покровительственно и с видимым облегчением продолжил Евгений Семенович. – Ваше обеспечение еще не закрывают, но, чтобы без него не остаться, рекомендую найти работу до конца месяца.
Михаил с красным лицом вышел из кабинета, где его ожидал охранник, отконвоировавший его на выход. Постояв на улице, Михаил двинулся в метро. Остановился перед турникетом на точке проверки биометрии. Ничего не произошло. Покрутил головой. Единственно, что изменилось – его заметил контролер и стал пристально за ним наблюдать.