Чтение онлайн

Выждав ещё одну короткую паузу – я открыл глаза. Солнце снова неожиданно ослепило меня, я шагнул. Почувствовал невероятное, будто сделал свой первый шаг. Я хотел вертеться в разные стороны в поисках хотя бы чего-то, в поисках живого мира, в надежде, что у меня все еще есть право на жизнь, в надежде, что меня не стерли. Но я нашел в себе силы отбросить все эти безумства. Я по-прежнему стоял на железной дороге. Не помнил, что произошло. Всё слишком резко, быстро и невозможно. Я заставил себя повернуться направо – ничего. Просто лес вдалеке и безжизненная обочина рядом, пустующая, никому не нужная, списанная в людских предпочтениях, никто не проходил по ней вероятно несколько месяцев, ее предназначение вычеркнули, она стала одинокой, мертвой. Я протер руками глаза. Ничего приятнее за последние дни я не испытывал. Жгучее солнце – это словно пытка, чертовски жестокая на самом деле, и когда я протер глаза – испытал восторг от того, что у меня есть руки, которые я смог использовать для необходимого в тот момент наслаждения. Иногда восхищаешься даже подобными, с первого взгляда, незначительными вещами. Наконец, я понял, что я существую и по-прежнему нахожусь в этом мире, никуда не делся. Повернулся налево, глубоко в подсознании ожидая чего-то, и действительно. Мужчина. Самый настоящий мужчина. Я не испытывал чувства глубокого удивления, не испытывал и страха от того, что я в местности, где нет никого кроме меня, жалкого подростка и мужчины, которого я впервые вижу. Почему-то я поверил ему, хоть верить было ещё и не чему. Его взгляд, который он не собирался отводить от меня, внушал смешанные чувства и доверием не обделил. Я знал! Я знал, что случай с поездом случился не по волшебству, хотя в него я верил. Нет, не во всяких фей, магов, эльфов и прочую выдуманную нечисть. Понятие волшебство – для меня нечто особенное и индивидуальное. Но, неподалеку от меня, действительно стоял реальный мужчина, пристально уставившись на меня, при этом сохраняя странную улыбку на лице. Руки у него были в карманах, в зубах классическая сигара, я не разбираюсь в марках сигар, поэтому для меня она классическая. На голове шляпа. Сам был облачен в строгий черный костюм, без галстука. Я тоже не любил галстуки.

Знаете, я не боялся его. Не испытывал испуг от того, что возможно он меня и спас от подъезда. Вопрос: как? Я же обезумел.

Любой другой человек задался бы вопросом: какого мать его черта он в шляпе? Любой другой человек сходу назвал бы его странным, старомодным стариком, но не я. Понимаете? Я видел в нем не обычного человека, а удивительного. В тот момент я им восхищался. Смотрел и тоже улыбался.

Вскоре, двинулся ему на встречу.

– Эй, парень, давай же, иди сюда, – мужчина поднял правую руку, ладонью призывая подойти к нему. При этом, с большим удовольствием раскуривал сигару, причмокивая каждые пять секунд. Любил я замечать и такие подробности. Развитие дедукции ещё никому не мешало. – С тобой всё в порядке? – После этой фразы, он движением теперь уже левой руки профессионально вынул изо рта сигару и бросил на землю, мастерски затушив её ботинком. А после расхохотался, видимо от сказанного. – Я знаю, что ты недоумеваешь кто я. И прости уж за подобный официальный тон. Привычка. – Он похлопал меня по плечу. Я продолжал молчать, был весь во внимании, ждал каждой фразы. Абсолютно. – Ну, поздоровайся что ли, парень.

– Аа.. Здравствуйте… сэр… Что… со мной… произошло? И… как вы в этом поучаствовали? – Я не запинался, нет, я просто растягивал фразу, чтобы он максимально точно её понял. Мне казалось, что он ждал от меня каких-то грандиозных речей, чего я абсолютно был уверен, он бы не получил, потому что я был ошарашен и поражен, а при таком еле-еле выдавливается пару невнятных слов. Обычно не любил говорить с незнакомцами на улице, но когда решался – испытывал невероятное облегченное, наполненное мыслями о преодолении чего-то грандиозного в жизни.

– А ты разве не помнишь? Мне знакома эта ситуация. – Я вообще не понимал о чем он. – Всё по порядку, понял?

Что я должен был понять? О чем он? По какому порядку? Что мне предстояло узнать? Чтобы это ни было, я не был готов. Вот тогда я и напугался. Что если сейчас я скажу ему, что я ничего, ни черта, ни единого слова сказанного им – не понял. Абсолютно. Он примет меня за недалекого? Хотя, я себя зря накручивал, просто нагружал и без того напряженную обстановку. И в любом случае, меня не покидала пугающая мысль о том, что он знает кто я. Меня черт вас дери, чуть поезд не сбил! А он, судя по всему, меня спас. А что, если не было никакого поезда?

Мне причудилось.

Навряд ли.

Невозможно. Мой мир не настолько скучен, в нем всё живое. Я сам создал это живое, я породил в себе нового человека, не отредактировал свою личность, а изменил её, пересоздал, если современным языком. Поэтому я верил, что всё это – было реальностью. Почему нет?

– Я, честно, сэр… Не могу понять, что именно сейчас происходит. Меня чуть не сбил поезд, понимаете? Мне страшно. По-настоящему страшно, как бы я сейчас себя не настраивал. Вы меня… спасли? Да? Вы? Никто другой? Именно вы… прыгнули за мной, чтобы избежать моей смерти? Зачем вам это? Кто вы? – Я задавал эти вопросы с невероятной скоростью, без запинки, они словно были заготовлены ещё несколько дней назад. Записаны в блокноте, отправленном в левый карман моих брюк. Если вы всё было именно так. Я просто выпалил все это. Язык сам их назвал, глубоко в подсознании я их заготовил, язык выбрал момент и выпустил наружу. Из клетки, закрытой металлическими трубками, между которыми не пролезет даже мизинчик младенца.

Так всё и было.

Внезапно, мужчина полез во внутренний карман пиджака, извлек оттуда идеально выполненный портсигар, взял одну сигару. Из кармана брюк извлек коробок спичек, выполненный тоже в необычном стиле, и зажег уже зажатую в зубах сигару парочкой движений двух пальцев. Откуда у него такие навороченные вещицы? Восхищался ли я? Конечно же. Даже в наш год я бы не постеснялся назвать его джентльменом. Через несколько секунд он заговорил, всё ещё придерживая улыбку, что меня радовало как ребенка в цирке. Я хотел произвести впечатление, которого он от меня ждал. А может и не ждал, я не знаю.

– Ты, парень, да, чуть не попал под поезд – это правда, не отрицаю. Зачем мне отрицать, если ты и сам убежден в том, что это правда? Разумеется, это правда и ты это знаешь. Как я оказался здесь и сейчас? Как я тебя спас и зачем? Разве для тебя это имеет хотя бы малейшее значение? Ты сам прекрасно понимаешь, что если ты не услышишь тех слов, которых просишь сейчас – будет лучше. Но тебя также, безусловно, волнует ещё кое-что, не буду отрицать малой, видишь, я с тобой соглашаюсь, я, можно сказать, вижу тебя насквозь. – После последней фразы я весь покрылся мурашками. Я был настолько ошарашен, что просто не знаю, после этой фразы я не мог придумать ни слова, чтобы что-то ему ответить. Просто раскрыл рот и внимал. Удивительный человек. Потрясающий. Я ждал именно этого. Оно настало. Это был человек. Для меня был заготовлен человек. Я чувствовал. – Но моей главной целью было далеко не спасение тебя пару минут назад. Это часть миссии, всего лишь часть. Ты сразу отключился, да ты черт возьми, если уж на то пошло, шел отключенным. Я знал, увидеть со стороны такой момент – великолепно. Поучаствовать в нем – еще лучше.

Меня уже не волновало, что он говорит и о чем. Я думал, к чему же всё это приведет. Куда он уйдет, куда я пойду, что мне делать после этого разговора? Как вернуться в обыденную жизнь? Несколько минут меняли мою жизнь.

– Что же вы от меня хотите? – Я честно, не хотел этого спрашивать, но любопытство одержало верх.

– Пойдем, прогуляемся, малец. – Он прикоснулся к сигаре, продолжив наслаждаться великолепием настоящего табака, и двинулся вперед по направлению железной дороги, по шпалам. Я последовал за ним, не видел никаких других вариантов развития событий, ни единого, только этот. – Знаешь, я в твоем возрасте был довольно странным малым, – последовала ухмылка. – И все вокруг охотно соглашались с тем, что я странный. Все просто это приняли как должное. У всех были определенные звания и меня прозвали странным, да, именно. Я искал что-то, сам не помню и до сих пор не знаю что, там, где быть этого не могло, – затяжка, указательным пальцем левой руки мастерски поправил шляпу. – И это я вижу в тебе, – а уж на этой фразе он расхохотался и немного прибавил шагу, повеселел.

Я перестал удивляться всему тому, что он говорит ещё минут десять назад. Хотя, насчет времени я точно не уверен. Возможно, мы с ним вообще секунд тридцать от силы разговариваем, никто не знает. Я даже и предположить не могу, почему его веселят подобные фразочки, он весь наполняется энергией и позитивом. Опять же, мне было абсолютно всё равно. Пусть хоть скажет, что он из чертового космоса спустился, я буду внимательно слушать и никак не реагировать.

– Эх, помнится мне моя школа. Забавное место. Не любил я её. Нет, ходил, не пропускал занятия, но видел, что этим я попросту тратил свою жизнь. Кому то, безусловно, вопросов нет, и не может быть, школа была нужна, не было места, куда можно было сунуться помимо дальнейшего обучения. Да и у меня, честно говоря, смутные были планы, но как видишь, я здесь, не умер от голода, сунулся туда, куда и хотел. Я поверил в свои идеи и реализовал их. – Затяжка. – Я тебе не буду советовать насчет образования, смысла для тебя уже нет. Ты… запоминай, запоминай всё это. Пригодится.

– Откуда вы знаете? – Я всё же пересилил себя и вставил слово, мне нужно было его вставить. Не поддержав разговор, всё пошло бы совсем в другую сторону, совсем другими словами, совсем другая тема. Но я выбрал эту тему. Задал вопрос.

– Да… Этого, парень, ты пока не поймешь. А жаль, жаль конечно. – Он снова проделал, уже успевший мне понравиться, ритуал – выбросил сигару, мастерски достал новую и идеально её раскурил. Не подумайте, я не балдею от процесса курения, сам пробовал только раз. Не просто ради забавы, развлечения или потому что это круто, а мне было нужно. Не планирую конкретизировать для чего именно, но подмечу, что для творчества. А оно у меня странное было, я им и вроде бы и занимался, а вроде бы его и не было. Я был уверен, что оно есть, мог про него часами рассказывать, но в тоже время, мне казалось, что развить его так и не удастся. И понимаете, я не знал, чего именно не хватает, что мне следовало дополнить, какую недостающую деталь. Я мучился, терзал себя, то творчество – было для меня не просто увлечением, я ставил его выше всего для себя. Но удержать его не получилось. Не смог найти ответ. А может и не старался его искать, честно говоря, черт его знает. Мне уже нет никакой разницы.